«Абсурд! У Шевченко не было детей»

Как известно, мать Тараса Екатерина умерла, и Григорий Шевченко женился вторично. Сыном от второго брака и был Иосиф. Брат родился, когда Тарасу исполнилось семь лет. «У Иосифа был сын Трофим, у Трофима — Терентий, у Терентия — дочь Валентина, она долгое время работала директором литературно-мемориального музея в селе Шевченково, бывшей Кириловке. А моя прабабушка Одарка была ее родной сестрой», — подробно перечисляет Наталия Петровна. Она — седьмое поколение потомков брата великого поэта. В свое время тетя моей собеседницы Мария Левонтьевна Голуб, жившая в Киеве, составила генеалогическое древо рода Шевченко, начиная от его отца, Григория Шевченко.

Наталия Бондаренко родилась в селе Шевченково на Черкасщине. Запомнилось родное село живописными холмами, долиной, прудами: «И повсюду масса калины. А на пруды люди ходили стирать. Каждый шел со своей кладкой, колотили, полоскали белье, потом оно сохло, потом рублем разглаживали».

Мать Наталии Петровны вырастала в многодетной семье. «Посреди дома стоял длинный стол и две скамьи, — продолжает моя собеседница. — Когда все поели, дед Левонтий Климович приказывал, что кому делать. Любил порядок. Один пасет свиней, второй — гусей, третий — поросят. Кто-то один — корову. Без коровы никак нельзя было, корова — это все».

Несмотря на бедность, все дети в крестьянской семье получили высшее образование. Все до одного! Что касается отцовской семьи, то она тоже из Шевченково, но перед войной перебралась на Донбасс, в Чистяково (теперь Торез). «Отец и мать поженились в 1942-м, и сразу отец ушел на фронт, — говорит Наталия Петровна. — Я родилась, когда он воевал. А после демобилизации предложил маме ехать на Донетчину. Говорил, что не хочет возвращаться в село. Помню, как мама меня везла в поезде, а я всю дорогу плакала и просилась назад, вспоминала своего двоюродного брата Ванечку: я с ним любила играть». Потом семья каждый год летом ездила в родное село: на Донбассе — работа, жилье, на малой родине — природа, чистый воздух, воспоминания.

И отец, и мать Наталии Петровны учительствовали. Так же учительскую дорожку избрала и дочь. С первой попытки поступила в Горловский институт иностранных языков. «Когда я училась, то особо не афишировала, кто я и чья родственница. Открылось все случайно. На территории Донетчины жили по меньшей мере четверо потомков рода Кобзаря. В соседней Пантелеймоновке тогда жили мамины двоюродные сестры Ольга Ивановна и Анна Ивановна. Все знали, что они — правнучки брата Шевченко, и их часто приглашали на встречи со студентами. Однажды они приехали в Горловский институт выступать и спрашивают: «А где здесь у вас учится праправнучка Шевченко?» Ректор не поверил: «Кто? Бондаренко? Но ведь она никогда не говорила об этом...» А что было говорить? Это сейчас все возродилось, все свои корни ищут. А раньше заводишь речь о родословной, на тебя так смотрят, будто что-то придумываешь».

Один чиновник на информацию о том, что в Горловке живет праправнучка Кобзаря, отреагировала так: «Абсурд! У Шевченко не было детей». В семье хранятся две справки, которые удостоверяют происхождение из рода Шевченко. Один документ подписан директором литературно-мемориального музея поэта, второй — председателем и секретарем исполкома Шевченковского сельсовета на Черкасщине. Но размахивать справками в высоких инстанциях Наталия Павлось, простая учительница французского языка, не привыкла.