Голос Украины - Главное — не останавливаться в саморазвитии

Наверняка провинциальному пареньку из маленького городка Кролевец, что на Сумщине, поступавшему после школы в харьковский «инжек», как когда-то студенты ласково назвали свой вуз, и в голову прийти не могло, что через каких-то три десятка с небольшим он переступит порог не только студенческой аудитории, но и ректорского кабинета. И станет не только ректором Харьковского национального экономического университета, но и его реформатором, который за неполных десять лет сумеет сделать заурядный институт лучшей экономической школой страны. Сегодня ректору ХНЭУ, доктору экономических наук, профессору, заслуженному деятелю науки и техники Украины, кавалеру ордена «За заслуги» ІІІ степени Владимиру Степановичу Пономаренко исполняется 60 лет.

Свое ректорство в Харьковском экономическом университете он начал со всесторонней интеграции учебного, научного и производственного процессов, задавшись целью не дипломы выдавать, а готовить экономическую элиту страны; с упразднения многих ненужных вещей, и прежде всего уравниловки. Молодые преподаватели сегодня не «почитывают» лекции, а «пашут» как над подготовкой студентов, так и над своей собственной. И это усердие оценивается по достоинству как карьерным ростом, так и денежным вознаграждением. Своих лучших студентов он уже много лет выискивает по всей стране, проводя экономико-математические олимпиады, вручая символические студенческие билеты еще до окончания ими средней школы. Таких оказывается немного — 20—30 человек, но это высококреативные ребята с отличной экономико-математической подготовкой.

Уже три года вступительные экзамены проводятся независимой организацией, которая сейчас называется «Украинский центр оценки качества образования», без участия сотрудников и преподавателей университета. Результаты поступают в приемную комиссию университета сначала по электронной почте, а потом в ведомостях с мокрыми печатями. Таким образом он обеспечил объективную независимость оценки качества подготовки абитуриентов и избавил себя от общения с недовольными родителями. В результате в ХНЭУ поступают сильнейшие. Диплом вуза признают во многих европейских странах.

Социально-экономическое развитие университета впечатляет. По сравнению с 2000 годом фонд заработной платы в вузе увеличился в 35 (!) раз; площадь учебно-лабораторных корпусов выросла на 15 тыс. кв. м; общежитий — на 16 тыс. кв. м, крытых спортивных сооружений — более чем в 6 раз; количество мест в читальных залах, количество компьютеров — почти в 10 раз. Главное жизненное кредо ректора: саморазвитие — путь к успеху! Он уверен, что если вуз не потеряет таких темпов развития, то уже в следующем десятилетии станет в один ряд с лучшими экономическими школами Европы.

— Владимир Степанович, так получилось, что вам довелось рядовой провинциальный институт вывести в лидеры экономического образования страны. Сегодня Харьковский национальный экономический университет не только одно из самых престижных учебных заведений страны, но и своеобразная экономическая лаборатория поиска наиболее эффективных форм экономического развития украинского государства. Что главное в подготовке современных кадров?

— Один из основных принципов Болонского процесса заключается в том, что наука должна стать первичным звеном в университетском образовании. Это действительно очень важно для подготовки тех специалистов, которые требуются как современной экономике, так и будущей экономике знаний. Вдумайтесь только: если преподаватель сам не занимается научными исследованиями, то каким образом он может привить любовь к синтезу новых знаний своим ученикам? Поэтому мы говорим в нашем университете, что если доцент и профессор не занимаются научными исследованиями, то они всего лишь ретрансляторы знаний. Но, по-моему, сегодня с этим легче и лучше справляются компьютерные технологии?

Наука в университете — для нас ключевой вопрос. Это критерий и продвижения по службе, и материального поощрения, которое у нас, кстати говоря, уже вещь далеко не условная. У лучших профессоров зарплата не менее 6,5 тыс. гривен в месяц, у доцентов — до 4,5, у ассистентов — около 3 тысяч. У нас разработана собственная система, которая «привязана» к конкретным результатам научно-педагогической деятельности. Например, подготовил несколько кандидатов наук — получил в свой личный зачет определенное количество балов. Написал монографию — еще плюс, а если еще и на английском, если твои статьи вышли в зарубежных изданиях — то твои баллы возрастают многократно.

— В общем, повалять дурака не приходится. Коллеги с вами не перестают здороваться?

— Конечно, не всем нравятся эти нововведения. Ведь раньше как было, в том числе и в нашем вузе, — все делили на всех и якобы поровну. Но в каком вузе, если не экономическом, лучше всего должно быть известно, что уравниловка в современном мире — вещь абсолютно бесполезная. Люди ведь только тогда по-настоящему работают, когда их труд ценят.

— Но на этом инновации не закончились. Все экзамены — письменные. Говорят, преподаватели, было, даже взбунтовались, засылали к ректору «недовольных» студентов, требуя возобновить устные экзамены, а то, мол, скоро, говорить разучимся.

— Да, было дело. Но знаете, что я им посоветовал? А вы больше общайтесь, спорьте на семинарских занятиях, на лабораторных работах, на защитах курсовых проектов. Но если говорить серьезно, то устный экзамен — это всегда очень удобная площадка для сговора студента с преподавателем и это не всегда объективный результат. Поэтому у нас все экзамены письменные, дабы и ум, и отсутствие такового всем были очевидны. Причем имена экзаменуемых подлежат шифровке, а оценка за дисциплину интегрированная и включает баллы блочно-модульного контроля. То есть речь идет не об удаче-неудаче на экзамене, а о всесторонней оценке работы студента в течение всего семестра по всем направлениям обучения. Более того, мы так строим экзаменационный процесс, что проверяем не столько знания дисциплины, сколько степень компетентности, которая им освоена в ходе обучения. Ведь на том или ином предприятии или организации, куда в конечном итоге придет наш выпускник, никого не интересует, знает ли он, образно говоря, таблицу умножения или нет, важно чтобы он умел ею пользоваться в процессе выполнения профессиональных функций. Нам кажется, в последние годы мы научились этому учить студентов, уж простите меня за такое выражение.

— Владимир Степанович, вы сторонник многих европейских новелл в образовании. А что сами нового внесли в эту систему практического обучения, чего в ней не приемлете?

— Вот чего мы не приняли в западной системе — так это свободный график учебного процесса. Может, со временем и наш менталитет изменится, но сегодня для наших студентов, на мой взгляд, это еще слишком большой соблазн. Все закончится тем, что большинство ребят начнут учиться, сдавать лабораторные, контрольные работы, модули в самый последний срок. Мы же себя знаем, нам всегда не хватает перед экзаменом одной ночи. Поэтому очень важно так построить учебный процесс, чтобы студент учился на протяжении всего учебного года, а не только в период сессии.

В то же время не могу не констатировать, что у нас с каждым годом растет количество молодых людей, которые понимают, что они сами должны устраивать себя в профессиональной и повседневной жизни.

— Надо, наверное, сказать о том, что этот «рост сознания» не случаен: целеустремленных молодых людей вы давно уже «вычисляете» еще за школьной партой.

— Да, есть такой грех (удовлетворенно улыбается). Ведь хорошего специалиста мы можем получить только из стоящего абитуриента. Да, у нас проблемы в средней школе. И обязательное независимое тестирование, которое сейчас вводится, для нас, как я уже говорил, обычное дело, и оно объективно необходимо сейчас в Украине, прежде всего для того, чтобы оценить реальное состояние дел и резко повысить качество обучения в средней школе. По нашим исследованиям, где-то в 70 процентах случаев в аттестатах абитуриентов оценки завышены на несколько баллов. Вот поэтому и должен быть сформирован реальный единый стандарт для всей страны, который к тому же время от времени необходимо корректировать по мере роста качества среднего образования в целом по стране, а не в отдельно взятой школе.

Но если говорить о наших олимпиадах «Экономист», то притягательность их прежде всего в том, что с самого начала мы поставили перед собой задачу сделать не лазейку в вуз для нужных людей, а действительно честный конкурс для отбора наиболее подготовленных детей. И должен сказать, что так оно и получилось, и дети нам поверили. Вот поэтому сегодня нет такого уголка страны, из которого бы не приезжали школьники на наши олимпиады и не становились нашими студентами де-факто еще до окончания школы.

Задание на олимпиады мы составляем таким образом, чтобы отобрать людей не только с хорошим знаниями, но и креативно мыслящих. Это ведь творческие люди, именно из таких вырастают настоящие экономисты, менеджеры, руководители производств. Это интеллектуальная элита общества — не пригласим мы их к себе на учебу, другие заберут. Кроме того, мы проводим ежегодно олимпиады для школьных отличников. Это тоже неплохо подготовленные ребята, однако статистика за семь лет такова. Изо всех абитуриентов, которые к нам поступают, где-то 20—25 процентов — медалисты. Но только три четверти из них становятся нашими студентами. Но в целом из всего набора заканчивают у нас образование процентов 60—65, а остальных отчисляем. Мы сознательно идем на эти жертвы, не держимся за кошелек контрактника, потому как нерадивые студенты только мешают плодотворной работе в академических группах. Престиж, имидж вуза — прежде всего.

— Вы делаете ставку на подготовку практического специалиста. За вашими выпускниками, возможно, в скором времени будут выстраиваться очереди, потому как они готовы сразу приступить к выполнению практических заданий.

— Вы знаете, по некоторым специальностям уже выстраиваются. Например, в стране остро не хватает нормировщиков труда. Когда в 80-х годах к нам приезжали французы, они поражались, что наши дипломные проекты —это серьезные практические работы с элементами внедрения. Они переняли наш опыт и сделали большой скачок в этом направлении. А мы за это же время, к сожалению, сделали шаг назад. Некоторые вузы ушли от формирования у студентов профессиональной компетентности, перестали студентов готовить для работы.

— Преуспевающих учеников, но слабеньких специалистов.

— Не нужно весь контингент готовить для научной деятельности, кому-то ведь надо и практической деятельностью заниматься по специальности. Так вот мы как раз стараемся готовить специалистов для практической деятельности. Концепция развития нашего университета предполагает разделение подготовки академических и профессиональных магистров. Разработаны для них разные учебные планы, разные преддипломные практики. Молодые люди должны с первых шагов в профессии делать профессиональные шаги, а не учиться всему и как-нибудь.

Наша переходная отечественная экономика уже часть мирового экономического процесса. Ей уже нужны кадры европейского уровня! И мы обязаны денно и нощно рубить это интеллектуальное окно в Европу, разумеется, если на деле, а не на словах хотим быть частью общего европейского дома. Все наши научные статьи мы сегодня дублируем на английском языке. По каждой специальности два-три дипломных проекта размещаем на университетском сайте на английском языке. Заключаем договора о совместной научной деятельности с коллегами многих европейских экономических университетов. Сама жизнь подталкивает нас к этой бурной деятельности. В Украину идет сильный иностранный капитал, ему требуются хорошие специалисты. В сентябре нынешнего года открываем несколько групп, где все предметы будут преподаваться только на английском языке. Кстати, посол Франции уже вручал нашим студентам дипломы европейского образца. Только таким образом нужно доказывать свою состоятельность в мире. Другого пути нет.

— Выпускники, которые оканчивали ранее вуз и давно в нем не были, не узнают свою альма-матер.

— Скажу просто: все, или почти все, проблемы нашей экономики — в управлении финансовыми потоками. Мне удалось направить их на благое дело, поэтому и капитально строим, и шикарно ремонтируем наши учебные корпуса и общежития. К сожалению, мы еще не полностью оснастили, как бы мне того хотелось, наш библиотечный корпус. А задумка такая. Мы должны научить наших студентов самостоятельно учиться, мыслить и работать. Так вот для того, чтобы самостоятельно учиться, надо, чтобы студент приходил на свое учебное место, садился за компьютер и работал. Сейчас у нас около сотни компьютеров в читальных залах для работы студентов. Через год их должно быть до 500. Со временем еще прикупим. Причем мы уже создали оптико-волоконную связь с библиотечными залами, студенческими общежитиями и кафедрами. Студент сможет из читального зала или своей комнаты в общежитии в интерактивном режиме связаться со своим преподавателем, задать ему вопрос, получить ответ. Вот это тот класс, тот уровень, к которому надо стремиться.

— Владимир Степанович, вы возглавляете один из лучших экономических университетов страны, привили своим коллегам идею необходимости много и добросовестно работать, воспитали десятки тысяч своих выпускников, которые работают сегодня, пожалуй, во всех уголках мира. Довольны?

— Нет, конечно. Перефразируя известный парадокс «Путь к цели — все, сама цель — ничто», я бы сказал так. Сама поэтапная деятельность по достижению цели действительно приносит удовлетворение, а собственно ее реализация требует немедленного формирования новой цели — иначе развитие останавливается! Боюсь показаться банальным, но скажу: жизнь — это саморазвитие.

Харьков.

Фото автора.