Известный киевский ученый-медик Исаак Трахтенберг выпустил роскошный двухтомник своих мемуаров под названием «Остановиться, оглядеться...» (Издательский дом «Авіценна», К., 2008). Автор, признанный токсиколог, имеет и немало научных работ, а именно «Наука о яде на службе криминалистике». Но мемуары читаются с не меньшим интересом, чем криминальный детектив. Дело в том, что Исаак Михайлович Трахтенберг, родом житомирянин, всю жизнь живет в Киеве, на Тарасовской улице, имеющей давнюю славу обители поэтов, врачей и художников. Собственно, эта улица и навела автора на счастливую идею — описать свою среду. И не только профессиональную (хотя коллегам-врачам отдано в мемуарах немало места), а и более широкую среду, в которой фантастически переплетены десятки человеческих судеб. За этим предстает уникальный киевский культурный слой, которого не придумаешь просто так, в нем надо долго жить, чтобы описать. Бальзак для своей «Человеческой комедии» специально собирал эти сплетения разных судеб. И здесь он бы плакал от зависти — так как наш мемуарист имеет замечательную коллекцию знакомств и жизненных сюжетов. Он и сам — часть этой удивительной коллекции. Интересуется не только медициной, а и искусством. Среди его хороших знакомых — Амосов и Райкин, Басилашвили и Водяной, Кофман и Глущенко, Дзюба и Параджанов. Кстати, когда Система устроила Параджанову судилище, Трахтенберг свидетельствовал в пользу подсудимого. И это еще не все. Дочь и зять автора — Ксана Медведь и Сергей Хотимский — известные художники, ученики великого Данила Лидера. Итак, автор хорошо знал и Лидера, и его окружение, целую когорту блестящих деятелей театрального Киева — Молостова, Каменькович, Митницкий, Резникович. Когда об этом читаешь, думаешь невольно: мало кто из деятелей искусства мог так щедро описать свою среду! Ведь они — ревнивые, а у нашего мемуариста нет ревности, есть только увлечение. 
Что в этих мемуарах вызовет сопротивление — так это излишек цитат. Автор слишком любит ссылаться на мудрые мысли классиков. И делает это даже тогда, когда пишет о собственной семье. Аж вздыхаешь с облегчением, когда цитат нет (как в разделе о театральном администраторе Недзвецком). А иногда те цитаты просто курьезные. А именно в разделе о петербургском (родом из Киева) актере-комике Михаиле Светине. Мемуарист цитирует Светина: я, дескать, комик из Крыжополя. Ах, как смешно — унижать себя и свою родину тем Крыжополем. Конечно, комики — не все умные, и иногда лучше, чтобы вне сцены они рта не открывали. Тем более, что с той самой Крыжопольщины происходят достойные люди, вот хотя бы и коллега мемуариста — знаменитый академик Д. Заболотный. Ну, Светин мог этого и не знать. В конце концов, в двухтомнике, слава Богу, намного больше таких страниц, которые сглаживают впечатление от подобных цитат.