Из ГДР в Западную Германию и западный сектор Берлина к 1961 году бежало 2,7 млн. человек - преимущественно молодые, образованные, квалифицированные люди. Под угрозой оказался баланс рабочей силы страны. Как было его удержать?
Тогдашний первый секретарь ЦК СЕПГ Вальтер Ульбрихт обратился за помощью к Никите Хрущеву — по вопросу... захвата Западного Берлина. Тот выслушал с пониманием, но от авантюры отказался: это было бы грубейшим нарушением решений Крымской и Потсдамской конференций, и могло привести к началу новой мировой войны. Тогда Ульбрихт предложил другую, «домашнюю», заготовку: разделить Восточный и Западный Берлин стеной. Что нашло понимание у советского лидера.
Ночью 13 августа 1961 года началось ее возведение. К утру город «разрубили» на д ве части.  9-километровая стена разделила не только мосты, площади, кладбища, бульвары, пруды и парки, но и человеческие судьбы...
Можно ли было избежать строительства стены, расколовшей не только Германию, но и мир? Известен диалог лидеров СССР и США Никиты Хрущева и Джона Кеннеди во время Венской встречи 1961 года. Хрущев: «Война или мир — теперь все зависит от вас. Если вы пошлете в Берлин одну дивизию, я отправлю туда две». Кеннеди: «Вы хотите добиться любой ценой изменений, а я — нет». Хрущев: «Мирный договор с ГДР со всеми вытекающими отсюда последствиями будет подписан к декабрю этого года». 
Под «мирным договором» Хрущев подразумевал установление реальной границы между двумя Германиями под контролем советских войск. Он вспоминал позже: «Что я должен был делать? Только в июле 1961 года ГДР покинули более 30 тысяч жителей, причем лучших и наиболее старательных. Нетрудно было рассчитать, что восточногерманская экономика потерпит крах, если мы не предпримем какие-либо меры против массового бегства. Существовали лишь две возможности: воздушный барьер или стена. Воздушный барьер привел бы к серьезному конфликту с США, не исключено даже — к войне. Итак, оставалась стена».
А вот — запись размышлений Кеннеди: «Потеряв Восточную Германию, СССР лишился бы Польши, да и всей Восточной Европы. Он должен был что-то делать, чтобы остановить поток беженцев. Может быть, стена? Мы не сможем возражать. Я могу объединить альянс (НАТО) для защиты Западного Берлина, но не в силах удержать открытым Восточный Берлин».
А количество инакомыслящих и возмущенных нарушением прав человека в ГДР увеличивалось. Тысячи людей по-прежнему хотели вырваться из социалистического рая, и им это удавалось. Хонеккер не мог с этим смириться, и приказал пограничникам открывать огонь на поражение по нарушителям границы. Вскоре число жертв режима превысило 200 человек. Кризис достиг апогея в 1987 году, когда во время рок-концерта у Рейхстага при попытке перейти границу вспыхнули массовые беспорядки. Вмешался президент США Рональд Рейган, который обратился к лидеру СССР: «Господин Горбачев, будьте любезны, разрушьте эту кровавую стену».
Покладистый Михаил Сергеевич, конечно, не набросился на стену с киркой. Но отношения между руководителями двух братских стран стали обрастать симптомами противоречий. День 40-летия ГДР — 7 октября 1989 года проходил в атмосфере массовых манифестаций и беспорядков. Жители Восточного Берлина встречали Горбачева с надеждой: «Горби, помоги!» Он помог быстро. Тысячи граждан ГДР, осужденных за попытку бегства из страны, были амнистированы, и им разрешили выехать на Запад. 18 октября политбюро ЦК СЕПГ сняло с Хонеккера «оковы» всех руководящих должностей, а в ноябре рухнула и Берлинская стена. Германия стала единой.
На снимках вид на Стену с Восточного Берлина — от Бранденбургских ворот. Ее строители предполагали, что она простоит сотни лет, и преодолеть ее сможет разве что птица; Стена у Бранденбургских ворот 9 ноября 1989 года. Стены рушатся, если этого пожелает народ.