Кандидату в народные избранники Альберту Шибалову не спалось: неподъемным бременем давили на сердце проблемы. Во-первых, как удержать свой бизнес на плаву в бушующем, диком и опасном житейском море; во-вторых — как при всем этом стать депутатом. Тяжелые думы волна за волной накатывались из ночного мрака на его взлохмаченную голову, как вдруг что-то слишком яркое, как для ночной тьмы, засветилось посреди его большой спальни, и ошеломленный Альберт вдруг постиг непостижимое: его посетил ангел. Очертания и черты ангела стали удивительно четкими, и это прекрасное человекообразное существо произнесло поразительные, очень красивые и справедливые слова голосом, который иначе, как ангельским, назвать просто невозможно.

— Поздравляю, Альберт, ты стал избранником! — в голосе этом звенела неподдельная гордость за Шибалова. — Небеса будут поддерживать тебя в благородном стремлении послужить своему народу.

Шибалов сразу же поверил в настоящесть происходящего, ведь в парламент он стремился исключительно для того, чтобы все свои силы, весь ум и благородство отдать, как говорится, ради ближнего. Щеки Шибалова и шея вспыхнули ласковым весенним теплом, и он мысленно отметил про себя, что наконец-то справедливость восторжествовала.

— Но, — обеспокоенно предостерег ангел, — поддержка небесная возможна только при условии предельно искренних и бескорыстных стремлений претендента на ответственный мандат народного доверия. Скажу больше: избранника судьбы ожидают всяческие большие и малые самопожертвования, даже довольно аскетичный образ жизни. О бизнесе же, увы, придется забыть...

Полыхание щек, ушей и шеи мигом пропало. Альберт почувствовал ледяное арктическое дыхание от каждого последующего слова ангела. Шибалов не то что побледнел, а стал белее мела, что, наверное, не осталось незамеченным для ангела.

— Впрочем, — чуть заметно улыбнулся посланник небес, — твоя избранность, Альберт, необязательна. Каждый человек сам хозяин своей судьбы. И если озвученные условия небесной поддержки неприемлемы, достаточно всего лишь своевременно подать мне об этом знак — зажечь эту плошку.

И улыбающийся ангел, поставив на подоконник маленькую плошку, тут же растворился во тьме.

Альберт Шибалов дрожащими вспотевшими пальцами начал шарить по поверхности тумбочки, пока не нащупал эту чертову зажигалку и пачку сигарет. Тренированные систематическими упражнениями в фитнес-центре мышцы легко подбросили его тело с кровати и швырнули к окну. От волнения, охватившего все естество кандидата в народные избранники, пальцы его не слушались, но все же высекли огонь и с первой же попытки засветили плошку. Альберт задыхался, и потому в поисках свежего воздуха рванул дверь на балкон своей элитной квартиры в элитном доме элитного микрорайона, называемого простыми людьми Царским Селом. Шибалов жадно затянулся табачным дымом и посмотрел вокруг с высоты своего четырнадцатого этажа.

— Ого! — вырвалось удивленное. — Да я здесь не один!..

В тысячах царскосельских окон мерцали тусклые огоньки ангельских плошек.

Шибалов чуть не брякнулся в обморок, увидев такую картину. Он впервые по-настоящему понял силу конкуренции в своей нелегкой и праведной борьбе.