У кабинета руководителя отдела радиоиндуцированных онкологических заболеваний Института клинической радиологии, входящего в состав Национального научного центра радиационной медицины НАМН Украины, доктора медицинских наук, заслуженного деятеля науки и техники Украины Александра Литвиненко всегда многолюдно. За консультацией к нему приезжают больные не только из Киева и столичной области, но и многих других регионов страны, приходят пациенты различных клинических отделений института и, конечно же, те, кому предстоит операция, а делать ее будет лично Литвиненко. Сразу оговорюсь: можно считать, что им повезло. Ибо как-то в разговоре президент Национальной академии медицинских наук Украины, академик НАМНУ Виталий Цымбалюк назвал профессора Литвиненко одним из лучших хирургов в области рака молочной железы у женщин.

 

 

Именно об этом заболевании говорю с Александром Александровичем и я. Ежегодно выявляется примерно порядка 16,5 тысячи новых случаев рака молочной железы, рассказывает он. Вновь зарегистрированных, не считая тех пациентов, которые «переходят» с предыдущих лет. Это большая цифра для женского населения, подчеркивает профессор. К тому же заболеваемость ежегодно увеличивается в среднем на полтора-два процента.


— То есть к профилактическим обследованиям такие пациентки не прибегали?


— Тут, как говорится, две стороны медали. Женщины обычно приходят к врачам с опухолью где-то порядка 3—3,5 сантиметра. Более мелкие размеры патологических образований в груди выявляются, как правило, редко.

При среднем времени удвоения размеров, составляющем 90—110 дней от времени появления одной клетки до увеличения опухоли до одного сантиметра, — примерно 8,4 года. То есть если женщина обращается к нам с опухолью размером в один сантиметр, это означает, что она живет с ней не один год — 6—8—10 лет. Повторюсь: порядка 30 процентов пациенток, у которых выявляется рак молочной железы, имеют уже метастазы в подмышечных лимфоузлах. Еще у 30 процентов они выявляются при микроскопическом исследовании. Поэтому лечить заболевание необходимо комплексно или комбинированно — сочетать несколько методов. Это и химиотерапия, и хирургия, и гормоно- и лучевая терапия. Раньше, кстати, считалось, что опухоль метастазирует, когда достигает в размере одного сантиметра или имеет подмышечные лимфоузлы. Сегодня эта доктрина поменялась: считается уже, что опухоль может метастазировать, когда имеет 100—200 клеток, то есть когда начинают образовываться новые сосуды.


— С чем это можно сравнить, чтобы наглядно представить ее размер? 


— Скажем, трехмиллиметровая опухоль соответствует размеру спичечной головки и имеет количество клеток десять в третьей степени. И проблема в том, что диагностировать опухоль такого объема невозможно.


— Вы имеете в виду отечественные возможности?


— Речь о мировых масштабах. Диагностировать опухоль сегодня можно, начиная с полусантиметра. А точнее сказать — 5—7 миллиметров. То есть уже в это время мы можем говорить о метастазном процессе в организме. И поэтому начинать лечение нужно с предоперационной химиотерапии. И еще раз повторюсь: лечить комплексно, ибо надо подействовать на те клетки, которые и улетают, отрываясь, и которые уже оторвались до прихода к нам пациентки с заболеванием. От момента образования одной клетки до вырастания опухоли до размеров, несовместимых с жизнью, происходит более 40 удвоений. А до достижения размера в один сантиметр удвоений происходит уже 30. Но пациентку с опухолью в один сантиметр мы видим редко — как правило она обращается, уже имея опухоль в 3—5 сантиметров. И важно быстро продиагностировать и успеть ее пролечить, ибо время играет против. Получается своеобразный подводный айсберг: 20 удвоений мы еще не видим, это доклинический этап, а 7—10 удвоений — это надводная часть — мы ее видим. А психология пациентов какая? Приходят к нам, затем ходят по другим докторам, собирают мнения, плюс часть ходят к знахарям, и времени для лечения практически не остается. Как-то мы провели исследование по изучению опухолевых клеток в костном мозге. При первой-второй стадиях в 52 процентах в нем есть метастазы. То есть подмышечные узлы не видны, опухоль небольшая — порядка одного сантиметра, но уже есть метастазы в костном мозге. Это свидетельство того, что лечение, прежде всего предоперационную химиотерапию, нужно начинать немедленно.


— Вопрос о специфике Киевщины, которую определяет воздействие последствий Чернобыльской катастрофы: не связаны ли результаты, полученные в ходе названных вами исследований, о влиянии именно их?


— Все, что я говорил, касается ситуации в мире в целом. В принципе заболеваемость раком молочной железы в крупных городах выше, чем в сельской местности. Тут сказывается воздействие ряда факторов, в частности экологии, питания и его структуры, образа жизни и т. д. Так или иначе, но сегодня, в частности в нашем отделении, мы делаем акцент на лучевую нагрузку, которая увеличивается из года в год. Сошлюсь на такой факт. Считается, например, что рак щитовидной железы в Украине связан с ростом именно лучевой нагрузки, прежде всего с Чернобылем. Так вот, на 1000 облученных дозой один грей 10 пациентов заболевают раком щитовидной железы. На 1000 облученных женщин — опять же десять заболевают раком молочной железы. То есть действие ионизирующей радиации на щитовидную и на молочную железы примерно одинаково. Это дает основание говорить о том, что ионизирующее излучение является одним из ведущих факторов в развитии рака молочной железы. Так, кстати, считаем не только мы — такова позиция и ВОЗ. Нужно учитывать и то, что при этом включаются и генные механизмы деления клеток. И активизирует их именно ионизирующее излучение.


— Как часто профессору Литвиненко и его коллегам приходится оперировать?


— Еженедельно мы делаем порядка 10 операций. У нас 30 хирургических коек и столько же химиотерапевтических. Они полностью заполнены. Причем надо учитывать, что химиотерапию проходят не только пациенты с заболеванием молочной железы.


— Хирургические вмешательства исключительно радикальные или применяются и малоинвазивные технологии?


— Иногда да. Но надо помнить, что рак — серьезное заболевание. Посему при этом недуге прибегаем в основном к радикальным операциям. Разумеется, в сочетании с комбинированной терапией.


— Успехов вам и удачи вашим пациентам.


— Спасибо. В стремлении к этому мы с ними союзники.

 

ФАКТ

Каждые 35 минут в нашей стране регистрируется новый случай рака молочной железы. Каждый час от этого заболевания умирает одна женщина. По словам руководителя институтского отдела, примерно у 30 процентов женщин рак молочной железы выявляется в возрасте до 40 лет. То есть это заболевание становится моложе. У 30 процентов пациентов при постановке диагноза обнаруживаются метастазы в лимфатических узлах, у 10 — имеются уже отдаленные метастазы. А это означает, что они какое-то время «ходили» с опухолью размером не менее одного сантиметра.


Беседу вел Виктор КОЛОМАК.


Киев.

 

Из Бюллетеня национального канцер-реестра Украины №17


Общее количество случаев заболеваемости раком молочной железы в 2014 году, по уточненным данным, — 13744. На каждые 100 тысяч женского населения насчитывалось 70 больных. Общее количество умерших в отчетном году — 5926.


Наивысшие показатели женской заболеваемости имеют место в Киеве — 89,2 больных на 100 тысяч женского населения, в Николаевской области — 82, Сумской — 80, Запорожской — 79,8, Днепропетровской — 78,8. Самые низкие — в Закарпатской и Ивано-Франковской областях — по 47,8.


Наивысшая заболеваемость присуща женщинам в возрасте от 60 до 74 лет. Но ее рост начинается уже с 35—39 лет.