Приближается третья годовщина Майдана. Но до сих пор вопросов больше, чем ответов. Кто же давал преступные приказы стрелять и издеваться над мирными гражданами? Почему до сих пор не идентифицированы все правоохранители — участники расстрелов? Почему рассмотрение дел в судах затягивается, а осужденных «стрелочников» освобождают? Почему бывшие «беркутовцы» и их командиры до сих пор работают в силовых структурах? И еще множество «почему».

 

Вчера Комитет Верховной Рады Украины по вопросам предотвращения и противодействия коррупции заслушал информацию Генеральной прокуратуры, МВД, Национальной полиции, Службы безопасности Украины об установлении и привлечении к уголовной ответственности лиц, виновных в совершении преступлений против мирных граждан — избиения, похищения, истязания, расстрелы — во время Евромайдана 2013—2014 годов. Но дискуссия показала, что почти за три года результатов очень мало. И создается впечатление, что расследования затягиваются умышленно.


Председатель комитета Егор Соболев отметил, что с тех пор у нас уже третий Генпрокурор, поменялся Председатель СБУ, только министр внутренних дел тот же. Но сдвигов в расследовании дел о событиях на Майдане почти нет. На заседание комитета приглашали всех руководителей силовых ведомств, но прислали только заместителей, а Генпрокуратура отправила письмо о ходе расследований. «Должны не дать обществу забыть, перевернуть страницу, не вытеснить из памяти, пока преступления не будут раскрыты, а виновные наказаны», — подчеркнул Е. Соболев. Генпрокуратура сообщила в письме, что в тюрьмах нет ни одного осужденного, все правоохранители, которые были осуждены за преступления на Майдане, в частности, милиционеры, издевавшиеся над Михаилом Гаврилюком, условно освобождены с испытательным сроком. Многие дела, в первую очередь о расстрелах на Майдане, похищениях, истязаниях, еще не переданы в суд.


Адвокаты семей Небесной Cотни Виталий Тытыч и Евгения Закревская рассказали, что за более чем два с половиной года открыты производства только в отношении лиц «уровня ниже низшего», и даже тех, кто случайно оказался в эпицентре событий. По словам адвокатов, хуже всего расследованные эпизоды — разгон студентов 30 ноября, убийство Нигояна, похищение людей, в частности, Игоря Луценко, незаконное прослушивание, гибель майдановцев возле Дома офицеров 18 февраля, нападение на Автомайдан. «Продолжается судебный «пинг-понг» — апелляционный суд передает слушать дела в Печерский райсуд, который и выносил зимой «пачками» решения по участникам Евромайдана, — отметила Е. Закревская. — И дела не слушаются в судах, а находятся в подвешенном состоянии». По мнению адвокатов, противодействует расследованию и то, что многие подозреваемые продолжают работать в системе МВД, и со стороны МВД поступают в суд письма с очень положительными характеристиками своих сотрудников.


Тамара Швец, жена героя Небесной Сотни Виктора Швеца, офицера-подводника, утверждала, что следствие никак не движется, а руководство МВД избегает встреч с родственниками погибших. «Вопрос ко всем правоохранительным органам — что они делают?» — сказала она, рассказав, как при опознании тела погибшего на Майдане мужа следователь спросил — ваш муж пошел на людей за деньги или за идею? На что ответила, что их сын погиб молодым, а муж решил пойти на Майдан после того, как был убит Сергей Нигоян.


Еще один пострадавший на Майдане — Александр Тимошенко, который работал на Майдане как журналист в желтом жилете и с бейджем «Пресса», но был ранен 20 февраля, продемонстрировал альбомы со своими фотографиями — где крупным планом лица «беркутовцев» и других силовиков, кто стрелял в мирных граждан, которые до сих пор почему-то не опознаны. В том числе и тот, кто в него стрелял. 


«Создается впечатление, что прокуратура беззубая и что она на стороне тех, кто выполнял преступные приказы, — сказал А. Тимошенко. — Все идет к тому, что они выйдут сухими из воды».


Врач по специальности Василий Пазиняк, депутат со Львовщины, оказывающий медпомощь пострадавшим майдановцам возле Дома офицеров 18 февраля 2014 года, а потом был жестоко избит «беркутовцами», также утверждал, что расследование преступлений на Майдане умышленно затягиваются. Он рассказал, что сначала на судебные заседания из 170 потерпевших приходили почти все, а затем — все меньше, сейчас — единицы. По словам В. Пазиняка, на потерпевших совершается психологическое давление, во время судебных заседаний их допрашивают, словно преступников, требуют подписать «соглашения о примирении». Кроме того, пострадавшие не могут за собственные средства приезжать на суды. Дела «отфутболивают» от одного суда к другому. А почти 300 судей, сажавших активистов Майдана, продолжают творить правосудие и даже получили повышение.


Депутаты поинтересовались у присутствующего заместителя председателя Нацполиции Константина Бушуева — почему в новой полиции на руководящей должности работает один из руководителей киевского «Беркута» во времена Майдана? На это правоохранитель ответил, что никаких ходатайств от суда об отстранении этих работников от служебных обязанностей не было. И что... «ему нужны сутки, чтобы разобраться».


Народные депутаты были единогласны в выводах: расследование дел о преступлениях на Майдане фактически не двигается, умышленно затягивается — в этом есть и политическая составляющая. Юрий Тимошенко рассказал о деталях событий 18 февраля на Крепостном переулке, о которых почему-то почти не говорят, но свидетелем которых он был лично, оставшись живым благодаря бронежилету, удержавшему пулю. Депутат рассказал, как командир отряда «беркутовцев» вышел вперед и разрядил в людей всю обойму своего пистолета. Как возле Дома офицеров почти сто людей «лежали трупами, покотом на асфальте, а «Беркут» их добивал, круша дубинками головы, как арбузы». В то же время депутат считает неслучайным, что за три года после Майдана в тюрьмах сидят сотни, а то и тысячи майдановцев, а приспешников-«беркутовцев» выгораживают руководители правоохранительных структур, которые погрузли в коррупции.


«Почему их не садят? Потому что они нужны, потому что они ручные и будут выполнять любые команды, — сказал народный депутат Владимир Парасюк. — Посадят одного — посыплется вертикаль, потому что круговая порука. Нужно признать виновным не Януковича, ибо с ним и так все ясно, а тех, кто сейчас ходит рядом с нами».


Борислав Береза извинился перед всем обществом, Небесной Сотней и родственниками погибших за то, что почти за три года до сих пор не осуждены те, кто отдавал преступные приказы. «Это действительно позор для депутатов, для Украины и для всех нас, — сказал избранник. — Если не можем получить ответы сейчас, то вряд ли получим их когда-то». Юрий Деревянко предположил, что к промедлению с расследованием преступлений на Майдане причастно и руководство правоохранительных структур и предложил выразить им недоверие и отстранить от должностей. «Идет саботаж, и действует преступная организованная группировка — прокуроров, судей, адвокатов, которые защищают «беркутовцев», — заявил Олег Осуховский. Игорь Луценко напомнил о заключении Совета Европы — что в Украине совершается противодействие расследованию преступлений на Майдане и предложил создать в парламенте ВСК для контроля. Председатель комитета Егор Соболев предложил инициировать отставку Генерального прокурора за «умышленный саботаж» в расследовании преступлений на Майдане.

 

Заведующий секретариатом комитета Юрий Сорочик, председатель комитета Егор Соболев и заместители председателя комитета Юрий Савчук, Борислав Береза.


Фото Сергея КОВАЛЬЧУКА.