Недавно, по приглашению редакции «Голоса Украины», наш коллектив навестил Иван Драч (на снимке), известный украинский поэт, политик и общественный деятель. Иван Федорович не впервые гостит в нашей редакции, так как у него здесь есть давние друзья и симпатики. Встреча была живым диалогом поэта с журналистами. Говорили обо всем: истории, политике, литературе. Драч в публичном самопроявлении, как всегда, отличался темпераментом и иронией. Он пришел не с пустыми руками, принес две сумки своих книг, которые мгновенно разобрали «на автографы». Вниманию читателей — сокращенная запись встречи.

— Иван Федорович, вы были народным депутатом первого демократического созыва. С 1991 года прошло более 25 лет. На ваш взгляд, каковы итоги?

— Когда мы начинали, у нас было главное препятствие — Советский Союз. Наш основной замысел — достичь независимости. Тогда я возглавлял «Народный рух Украины». Думали, добьемся независимости, и все проблемы сами собой решатся. Пророчил нам «Дойче Банк», что Украина со своими запасами и мощностями вырвется вперед и будет лучшей в Европе... Получается, мы были романтиками.

Когда мы творили независимость, другие руками и ногами загребали все себе и обогащались.

Провозглашения независимости удалось добиться, потому что наши коммунисты боялись Ельцина. Думали, он доберется до них, и придется им солоно. И они за независимость проголосовали.

Называлось государство Республика Украина, а ныне называется украинский олигархат...

— А вы были членом коммунистической партии?

— Тридцать лет.

— То есть вы себя можете зачислить и к «Народному руху», и к «Группе 239»?

— Нет. Тогда много коммунистов, такие как Павлычко, Яворивский, были в «Народной раде», которая насчитывала 125 членов. Тогда Юхновский возглавлял Народный совет.

— Все были очень осторожны?

— Разве Черновил был осторожен? Сначала Рух был умеренный, а он говорил, что надо вырываться вперед, все это ломать.

— У «Народного руха» был единый план достижения независимости Украины?

— «Народный рух» провозгласил программу. В Доме кино проходило ее обсуждение. И пришел туда Кравчук — заведующий отделом агитации и пропаганды ЦК Компартии Украины. Встречу записывало телевидение. Кравчук предложил в телепередаче отвести 20—30 минут выступлениям руховцев, а час — себе. Рух громил власть, как только мог, а потом эту телепрограмму пустили по всем каналам. Лучшей рекламы и не надо! К нам пришли вступать люди с завода «Большевик», «Арсенал», из Института математики.

Когда мы делали цепь из людей Киев—Львов—Ивано-Франковск («цепь Воссоединения»), Л. Кравчук надел спортивную куртку, темные очки, сел в машину и поехал посмотреть. Доезжает до Житомира, а люди стоят. Какие-то женщины, мужчины выносят им еду. И он это видел. Туда ехал заведующим идеологическим отделом ЦК КПУ, а возвращался будущим президентом, потому что он понял, какова сила народного порыва, как меняется народ и ситуация.

— Вы несколько скептически оцениваете ситуацию в Украине, но если начать все сначала, вы бы не изменили свою позицию?

— Главным было — создать независимое государство. Ради этого тысячи людей прошли лагеря. Левко Лукьяненко, Вячеслав Черновил, Михаил Горынь, Богдан Горынь, Степан Хмара и другие. Они возвращались на свободу и поднимались на борьбу.

— Какие вы видите перспективы в Украине?

— Думаю, что с олигархатом будет тяжело. Они основные моторы нашего государства, каждый имеет в парламенте своих депутатов. Но все равно коррупция понемногу будет уменьшаться, утончаться, станет деликатной. Такой, какая она всюду есть: и в США, и в Европе...

Конечно, следующие выборы дадут больше умных и порядочных людей в парламенте, и он свою роль будет исполнять намного лучше. Я позитивно смотрю в будущее, я человек коренного крестьянского оптимизма.

— Кто вам из политиков нравится?

— Есть часть политиков — хороших умных ребят. Хорошо работалось с Леонидом Кучмой. Его определяют как деятельного четкого политика, хотя именно он и основал этот олигархат. Но Кучма же 11 лет выдержал Украину как государство. Я с уважением отношусь к Леониду Кучме, хотя и писал о нем иронические, сатирические стихи. С ним у меня нормальные человеческие отношения.

Ныне ему досталась тяжелейшая работа. То, что делает в Минске он, Марчук, Геращенко, — суперважно для нашего государства.

— Говорят, если бы мы в свое время избрали президентом Вячеслава Черновила, то Украина пошла бы по пути Польши...

— Смотрите на реалии. За Л. Кравчука было более 50 процентов, за В. Черновила — 25. И в Верховной Раде такое же соотношение: «Народная рада», которую возглавлял Игорь Юхновский, это где-то 100—125 депутатов, остальные —«против». Украина к тому времени готова была к независимости на одну четверть. Нет, в той ситуации никто не мог стать президентом, кроме Леонида Кравчука. Хоть моя семья разделилась так: я и мой сын Максим голосовали за Черновила, а моя жена и дочери — Марьяна и Мария — за Юхновского.

Сын Максим уже на том свете семь лет. Его убили. Дочь возглавляет украинское отделение «Радио «Свобода» в Праге. У меня трое внуков. И надо идти вперед.

— Имеете в виду не только политику, но и творчество?

— Издательство «Фолио» издает мой 12-томник. Я сейчас работаю над последними томами. Несколько первых уже вышло.

— А там есть стихотворение, посвященное бухгалтеру Ющенко?

— Оно называется «Тендерна рівність» (читает по памяти):

Славні мої діти

Ми гермафродити

А наш вождь-бухгалтер

Все ж носить бюстгальтер

Любить міфи-міфчики

І міняє ліфчики

Любить мані-маники

І міняє станики

Станики-нацицники

Дістає поличники

Від Юлі-мужчини

Часто й без причини

А Юля штаниною

За народ стіною

А Юля-мільярдерша

У народі перша

Коли ж наш бухгалтер

Скине свій бюстгальтер.

Когда-то Ющенко меня допек, и я прочитал этот стих в присутствии 20 народных депутатов. Он обиделся, говорит: «Сами вы бухгалтер!»

Когда он шел на выборы, его команда неважно работала, поэтому Ющенко меня пригласил как главу Конгресса украинской интеллигенции, мы с Николаем Жулинским ездили по всей Украине и агитировали за Ющенко.

— Вернемся к литературе. Как вы оцениваете молодых коллег?

— Вот готовлю 12-томник, его редактирует Иван Рябчий — сам поэт, переводит французских, бельгийских поэтов. Уважаю его как литератора. Поэтессу с Донбасса Любовь Якимчук очень люблю. Оксана Забужко, Юрий Андрухович, Любко Дереш — я их уважаю, люблю, читаю с удовольствием.

— А какой видите будущую судьбу Украины?

— С Украиной будет все благополучно. У нас наросло столько людей, что мир от Украины никуда не денется. Есть поколение, которое выросло на Майдане и идет воевать, защищать государство. Мы — государство и будем государством. И это самый большой просчет Путина.

— Сколько книг уже вышло из запланированного 12-томника?

— Четыре. Первые три — стихи, четвертый — драматические поэмы, в конце снова будут стихи. Ныне вычитываю 11-й том, который называется «Политика».

Работаю с Юрием Шаповалом над фильмом о Михаиле Грушевском к 100-летию Украинской революции. А еще — над пьесой «Довженко, Сталин и бабы». Это о том, как к Довженко приехала его мать. Ее встречают Солнцева, ее мать и домохозяйка Довженко. И о том, как русские женщины — кацапки, принимают украинку, которая им варит вареники, поет украинские песни. А россиянки угощают кулебякой и поют свои песни.

— А Сталин что?

— Посмотрим. Кстати, у Довженко в комнате было одно окно как окно, а второе — портрет Сталина. И он постоянно с этим портретом ссорился или мирился. Такая вот реальная и удивительная история.

Их поколение прошло через такие ужасы... Вот Владимир Сосюра. Его постоянно держали под колпаком, намекали, что могут посадить. Его жена Мария была агентом КГБ. Ее возили по всем концлагерям как подсадную утку. На нее «ловились» бандеровцы и их потом расстреливали.

— А как с читателем?

— Читателей стало меньше. Раньше слушать меня приходили тысячи людей, и тиражи были больше: 50—100 тысяч. А теперь 500—1000 экземпляров.

— А кто издает ваши книги?

— Издательство «Коло» из Дрогобыча, харьковское «Фолио».

— Что касается Союза писателей: насколько он действенный? Раньше членство в нем было чрезвычайно почетным.

— Я по этому поводу разочарован. Идет «война» между всеукраинским союзом писателей и его киевской организацией. Не мирятся руководители между собой. Я им говорю: если так, то очень скоро вас из этого дома выселят...

Когда-то в Париже я зашел в их союз писателей, так они занимают две комнаты. В одной — глава союза, во второй — бухгалтер, секретарь. У них другая система: писатели объединяются вокруг издательств, журналов, газет.

— А кто для вас пример в писательском деле?

— Иван Драч (смеется). У меня были прекрасные учителя — Николай Бажан, например. Есть на кого равняться. Это дает духовную пищу и утешает. Когда вспомню, сколько пережил Иван Франко, то понимаю — грех жаловаться на свою судьбу.

Ныне с коллегами, с Дмитрием Павлычко (он возглавляет оргкомитет), собираем средства на памятник Ивану Франко и его жене Ольге Хоружинской, поставим близ Музея литературы, там есть часовенка, где они венчались.

— А чему вы учите своих внуков?

— Все внуки разговаривают на украинском. Старший знает и английский, окончил второй курс педуниверситета имени Драгоманова. Две внучки живут в Праге — 10 и 13 лет. Одна учится в чешской школе и одновременно изучает английский, а вторая — учится в чешско-английской школе. А дома разговаривают на украинском.

— А что сами любите читать?

— Для упомянутого фильма читал много материалов о Г. Грушевском, Петлюру, Винниченко.

— А есть неизвестная информация о Михаиле Грушевском?

— Это детали, но выразительные. Когда Грушевский возвращался из Москвы в Киев, чтобы возглавить Центральную Раду, вагон, в котором он ехал, загорелся, и весь багаж сгорел. И Грушевский, лидер государства, вышел на киевский перрон в тапочках! Когда мы имеем претензии к Грушевскому, Петлюре, Винниченко, Ефремову и другим, что им не удалось построить Украинскую Народную Республику, я вам расскажу интересную деталь: в Киеве на то время проживало 500—600 тысяч населения, из них половина — великороссы (кацапы), остальные — поляки, евреи и малороссы. И когда есть претензии к этим людям, которые основали Украинское государство, то посмотрите среди кого они действовали.

Давайте лучше я вам что-то прочитаю о любви:

Індіанка Ліліан

Я індіанка Ліліан — Лілея Водяна.

Кажеш, в очах моїх грає невинна вина.

Крає серце вина, а я не провинна.

Хочеш вина? Я не невинна.

Віддайся моєму танцю, індіанському ритму.

Ти мовчи і цілуй, я — говоритиму.

Я індіанка — мешкаю в резервації.

Трохи дотична до старої цивілізації

Племені пуебло, що в штаті Аризона.

Зараз — моделька, бавлюся у фасонах.

Бавлюся, та не вірю білому світу неситому.

Ти танцюй і цілуй, я — говоритиму.

Я індіанка — відроджую старовинні строї,

Ті, що були у нас в мезозої і палеозої.

Маю своє ательє. Вірю в свою породу.

Віддаю свою вроду для реклами

свого народу.

Тільки ти не дивуйся,

як я після всього витиму.

Ти мовчи і цілуй. Я — говоритиму.

Я червоношкіра Лілея Водяна.

Червоному бути з червоною —

чую я — первина.

Я — червоношкіра, запахуща у мене шкіра.

Звела з ума вже не одного лицеміра.

Отож не лицемір у світі несамовитому,

А мовчи і цілуй, а я — говоритиму.

Я індіанка — сповідую звичаї

свого племені.

Кажуть, ліниві ми, підступні і темні.

Знайшли в нас уран.

Нас відсунули від урану.

Доларами залатали уранову нашу рану

Й купили мене за уранову здачу.

Ти мовчи і цілуй, я — трохи поплачу.

Я індіанка — господиня цього континенту.

Давно нас вживають насподі.

Спаплюжені ми дощенту.

Хочеш трави баламутної,

щоб повірити в мої сльози?

Мені досить одної затяжки,

мініатюрної дози,

Щоб світ цей запропастився

— Вам пришлось чем-то пожертвовать, когда вы пошли в политику?

— А сына убили за что? В 2013 году сожгли мой гараж вместе с автомобилем. И до сих пор не нашли, кому это было надо. В этом страшном мире, если ты занимаешься политикой, то всегда чем-то жертвуешь.

Я на 81-м году жизни, пытаюсь собрать то, что написал за свой век. И закончить то, что начал. Очень много всего незаконченного. Некогда отдыхать.

Фото Андрея НЕСТЕРЕНКО.

Больше фото здесь — www.golos.com.ua

 

ИЗ ДОСЬЕ «ГОЛОСА УКРАИНЫ»

Иван Драч родился 17 октября 1936 года в с. Тележинцы на Киевщине. Поэт, киносценарист, драматург, публицист, переводчик, государственный и общественный деятель, первый руководитель Народного руха Украины (1989), народный депутат Украины трех созывов, лауреат Шевченковской премии, кавалер Ордена князя Ярослава Мудрого V степени, Герой Украины (2006). Он — автор полусотни книг, его имя значится в титрах нескольких культовых украинских фильмов («Криниця для спраглих», «Пропала грамота», «Камінний хрест», «Дід лівого крайнього»). Поэзии Драча переводились на немецкий, польский, чешский, латышский, белорусский, молдавский и другие языки.