Досье

Михаил Алексеевич Сидоржевский — председатель Национального союза писателей Украины.

 


Родился 5 мая 1958 года в селе Старый Солотвин на Житомирщине. Закончил факультет журналистики Киевского университета им. Т. Шевченко.


Работал корреспондентом житомирской областной молодежной газеты, а также главным редактором журнала «Книжковий огляд», газет «Вільне слово», «Пресс-Форум», «Українське слово», «Нація і держава», «Літературна Україна». С октября 2009 года — главный редактор «Української літературної газети». Автор пяти книг.


29 ноября 2014 г. избран председателем Национального союза писателей Украины.

 

Во время встречи с коллективом «Голоса Украины».

 

Ред.: Не считаете ли вы, Михаил Алексеевич, что у нас слишком много творческих союзов?


М. С.: Есть такая версия, но логики в этом особой нет. При этом сторонники революционного решения проблемы жалуются, что, дескать, союзы «жируют» на государственных деньгах. Так вот, докладываю, что на все национальные творческие союзы государство ныне выделяет аж 5 млн грн в год. В том числе Союзу писателей — 920 тысяч в год. Их нам хватает ровно на два месяца.


И еще. В государственном бюджете на 2018-й запланировано увеличение расходов по многим направлениям в части финансирования культуры и искусства (эта тенденция прослеживается в течение нескольких лет, и слава Богу). Исключение составляют буквально несколько позиций, и среди них — «государственная поддержка национальных творческих союзов», размер которой остается неизменным с 2015-го, хотя за это время общая сумма бюджетных средств, выделенных для Министерства культуры, выросла в два с половиной раза — с 2 млрд 313 млн гривен до 5 млрд 316 млн гривен.
Это при условии обесценивания гривни, сумасшедшего роста коммунальных тарифов и размеров земельного налога.


Ред.: А если сравнить с опытом наших ближайших соседей: Польша, Болгария? Какое там финансирование?


М. С.: Сразу отмечу: сторонники прекращения нищенского финансирования и апологеты ликвидации национальных творческих союзов, ссылаясь на опыт стран Европы, почему-то «забывают» или, скорее, просто не знают, что в европейских странах существуют детально разработанные государственные программы поддержки культуры, в которые каждый год вкладываются десятки и сотни миллионов евро. Читатель, интересующийся вопросом поддержки культуры в странах Европы, подтвердит, что там государственная помощь преобладает над частной, хотя и частная существенная. В некоторых европейских странах союзы поддерживаются благодаря государственным и евросоюзовским программам поддержки, на грантах или при содействии литфондов, в других — непосредственно финансируются государством.


Кроме того, при содействии Европейского парламента и Европейского Совета уже много лет финансируется программа «Культура», общий годовой бюджет которой (без аудиовизуальной индустрии, бюджет которой 755 миллионов евро) составляет 400 миллионов евро и доступ к которой имеют все творческие организации и художники стран Евросоюза, а также некоторых других стран (в это число, к сожалению, не входит Украина). В частности, есть программа содействия проектам переводов литературы, размер финансовой поддержки в пределах которой составляет от 2 000 до 60 000 евро для одного человека.


Также существует Европейский совет писателей, который решает писательские проблемы.


В Украине всего этого нет даже в заоблачных обещаниях, не говоря уж о планах или, тем более, результатах.


Ред.: Кстати, Иван Федорович Драч говорил, что во Франции в распоряжении союза писателей буквально две комнатушки и что государство их фактически не финансирует, а они в основном держатся издательством журналов.


М. С.: Да, Дом писателей власть пыталась забрать и во времена Кучмы, и во времена Януковича, кое-кто из председателей НСПУ даже сам публично, с трибуны, обещал его «продать».
Очень уж мозолит глаза кое-кому в высоких кабинетах этот красивый особняк на Банковой.


Теперь по поводу Франции. В этой стране лишь на так называемое культурное спонсорство ежегодно выделяются миллиарды евро (в частности, в 2015-м — 3,5 млрд евро). Во Франции сотни, если не тысячи, литературных премий и огромное количество литературных конкурсов, и все они очень хорошо финансируются. Кроме того, во Франции существует разветвленная система налоговых льгот для компаний и корпоративных фондов на развитие культуры.


К слову. Что имел в виду Иван Федорович, когда говорил это? Оставить Союз писателей вообще без государственной поддержки, забрав еще и все имущество?..


Между прочим, аналогичные примеры есть в странах «постсовка». В свое время государственная власть Грузии принудительно выселила писателей из здания, где работал союз. Чем не пример для подражания?..


Ред.: Исходя из этого, возникает вопрос: возможно, в Украине вообще не нужны творческие союзы? Или они не нужны в том виде, в котором они существуют ныне?


М. С.: То есть, говоря словами героя Булгакова, «в печку Каутского»... Знаете, что будет после «демократической» ликвидации национальных творческих союзов, которые ныне отстаивают государственные позиции, но которых «у нас слишком много»? Вакуум обязательно и быстро будет заполнен деньгами, причем в основном далеко не украинскими. Как грибы после дождя будут расти разные, щедро финансированные соседями, маргинальные центры на подобии «Союза южнорусских писателей» и т. д. Какие «цветочки» они «будут создавать» после этого очередного нашего наступания на грабли и как это будет соотноситься с украинскими национальными интересами, когда созреют «ягодки», — несложно спрогнозировать, ведь и красноречивые примеры есть — Крым и Донбасс. То же произойдет на руинах других украинских творческих союзов — если они будут уничтожены руками украинской же власти при содействии «демократизаторов» с революционным зудом.


Вместе с тем, признаюсь честно, меня многое не устраивает в работе Союза писателей, в работе руководства.


Ред.: Руководство — это же и вы в частности.


М. С.: Да, конечно. Но это и секретариат, и правление союза, и руководители областных организаций.


На самом деле ХХІ век требует новых форматов. Цели, которые сегодня стоят перед культурой, требуют адекватных ответов. Считаю, что мы не нашли ответы в силу субъективных и объективных факторов, по причине чрезвычайно сложного положения, в котором Союз писателей находится в последние годы. Кроме того, на сегодняшний день организация многое взяла в наследство из прошлых времен — советских, когда все союзы финансировались в достаточной степени. Юрий Михайлович Мушкетик рассказывал, что он вообще не имел понятия, что делается в бухгалтерии: какие там деньги, когда они пришли или не пришли. Этим занималась бухгалтерия, и не существовало никаких проблем. Во времена Яворивского было так же. У нас был Дом писателей имени Чехова в Ялте и коктебельский комплекс, от которых до 2014 года поступали немалые средства. Да и государственная поддержка во времена управления союзом Ю. Мушкетиком и В. Яворивским была несравненно выше, чем сегодня. Во времена президентства В. Ющенко размер государственной поддержки НСПУ составлял 2,5 млн гривен.


Сегодня все это уже совсем в других пропорциях, поэтому мы вынуждены или сойти с дистанции, когда союз уменьшится до размера какого-то клуба по интересам, или же мы найдем адекватные ответы и сохраним Союз писателей, но уже обновленный. Я, конечно, склоняюсь ко второму варианту и стараюсь действовать в этом русле.


Ред.: Вы согласны, что в таком виде, в котором он существует сегодня, союз не нужен?


М. С.: Нет, я не говорю, что не нужен, он требует обновления.


Ред.: Хорошо, тогда, пожалуйста, назовите нам этапы обновления и что именно в нем нуждается. Каким бы вы видели союз, какие задачи перед ним должны стоять?


М. С.: Прежде чем ответить на этот вопрос, хочу сказать, что есть у нас среди коллег и, как это ни удивительно, среди людей, которые не состоят в Союзе писателей, те, кто особенно сейчас почему-то проявляют значительный интерес к организации: скандалы в интернет-пространстве, на форумах, в прессе и т. п. Это мне напоминает известный приснопамятный лозунг «сбросить Пушкина с корабля современности», после чего отобрать все и поделить — опять-таки, по одному из известных героев Булгакова. Что дальше будет?


Ред.: Правильно, в этом вопрос и состоит. Мы эти все скандалы, форумы пока выносим за рамки конкретного вопроса. Вы пришли и возглавили когда-то очень мощный союз, так?


М. С.: Так.


Ред.: Вы же видели какую-то перспективу? Какие задачи вы ставили перед союзом и как их выполнять?


М. С.: Сразу после избрания, а это было 29 ноября 2014 года, если откровенно, первые несколько недель у меня был действительно шок от той информации, которую я получил. Понял, какие колоссальные проблемы стоят перед союзом и в какой момент я пришел им руководить. Перед тем, вы знаете, председателем был Виктор Федорович Баранов, последние полтора года он очень тяжело болел, то есть работа практически не велась, я был три года главой Киевского писательского союза и это все видел.


Ред.: Давайте конкретнее: что вы планируете изменить?


М. С.: Мы начали работать и буквально 3 марта 2015 года на заседании правления НСПУ утвердили программу деятельности. Нам нужно было несколько месяцев, чтобы прийти в себя, понять, где мы находимся, и спланировать с секретариатом и правлением действия. Итак, несколько ключевых направлений.


Прежде всего, мы обновили издательство «Український письменник». Нас не устраивало его тогдашнее руководство, которое фактически было вне Национального союза писателей Украины. То есть союз здесь, а издательство существует в параллельных мирах. Я поставил вопрос принципиально категорично, и мы отстранили руководителя, который в целом неплохой издатель, но имеет свое частное издательское предприятие, поэтому он работал и там, и там. На сегодняшний день издательство «Український письменник» работает в контексте деятельности Союза писателей. Менее чем за полтора года издали почти 50 книг, несмотря на имеющиеся проблемы.


Понимая важность для писателей контактов с читателями, мы разрабатываем и это направление деятельности. Это происходит в формате литературно-художественных фестивалей, встреч с читателями, презентаций. Таких литературно-художественных фестивалей, несмотря на финансовые трудности, мы провели большое количество. Есть у нас и перспективные планы, которые надеемся реализовать.


Мы довольно принципиально подошли к молодежной политике. Это чрезвычайно важно, потому что Союз писателей, большая его часть — это люди предпенсионного и пенсионного возраста.


Ред.: Они на вершине творческой славы.


М. С.: До, но не все, кое-кто находится на вершине воображаемой славы. То есть должно быть обновление организации, должны быть молодые силы. Тянуть мы в союз не можем. Многие молодые люди не являются членами Союза писателей, но в последнее время с их стороны появился интерес к организации. Кстати, еще год-два назад кое-кто из них говорил, что союз не нужен вообще. Кто-то из радикальных крикунов-коллег обещал привести атошников или псевдоатошников, поджечь шины и выкурить Сидоржевского и всю команду из Дома писателей, утверждал, что союз нужно закрыть. Причем те, кто так говорил, позже изменили свои планы и начали говорить, что, дескать, надо зайти в союз и возглавить его, но при этом, по их словам, Союз писателей должен быть обновлен. Я о необходимости обновления говорю с ноября 2014 года, и не только говорю. Но это должно произойти без использования большевистских подходов. Это должен быть, естественно, не революционный процесс, а эволюционный. То есть, возвращаясь к вопросу о молодежной политике, отмечу: это обязательно для нас. Мы ныне нацеливаем и нашу приемную комиссию, и областные организации, которые у нас действуют во всех областях и являются крупными и чрезвычайно мощными организациями, на привлечение в союз молодежи. После семилетнего перерыва мы возродили международный конкурс «Гранослов». Мы вернули уже забытые творческие совещания молодых литераторов  и за год провели их в Киеве, Харькове, Тернополе, Одессе и Львове. Ежемесячно молодежь собирается на литературно-художественные вечера под названием «Творческий ковчег» и др. И молодежь идет сейчас в союз. Другой вопрос: возраст — это как временный бонус. Могу сказать, что процент графоманов и талантливых среди 18- и 80-летних приблизительно одинаковый. Молодость — это не признак каких-то преференций, по которым человек может заходить в союз легче, проще, чем человек в возрасте. Критерий должен быть один: талант.


Следующая позиция: международная деятельность союза, что чрезвычайно важно. Мы интенсифицировали наши международные контакты. Мы совершаем поездки, принимаем гостей. Проводили конференции с белорусами, причем с белорусским оппозиционным Союзом писателей, там два есть. Мощные контакты у нас с польскими, чешскими, молдавскими, румынскими, азербайджанскими писателями. Это обмен делегациями, мы ездим на литературные мероприятия в эти страны. Они приезжают к нам. Вспомню лишь об участии украинских писателей в таких художественных мероприятиях, как международный фестиваль «Украинская весна» при участии польских поэтов (Киев — Борисполь — Харьков), «Галицкая литературная осень», проходившая у нас во Львове, Ивано-Франковске и в Польше, в международном литературном фестивале «Поэты без границ» (г. Поляница-Здруй, Польша). Довольно содержательным было участие наших поэтов и прозаиков в литературном фестивале в Познани. За последний год-полтора издали две антологии: украинско-польскую двуязычную «Улица надежды» и «Антологию европейского верлибра» (33 украинских поэта, 18 — болгарских) — двуязычное украинско-болгарское издание. По этой же аналогии начато составление (и перевод) однотипных двуязычных «Антологий украинского верлибра»: украинско-польского, -чешского, -венгерского изданий.


Кроме того, у нас ныне еще одно направление, которое не касается сугубо литературных проблем, но оно является вопросом выживания союза.


Мы пересматриваем и чрезвычайно жестко подходим к вопросу жизнедеятельности организации: за счет чего ей выживать? Месячный бюджет приблизительно 450 тысяч гривен. 920 тысяч гривен бюджетных средств в год нам хватает на два месяца. Можно о чем-то красиво говорить, планировать, но за что жить, за что существовать?


Киевсовет установил нам кабальный размер земельного налога за пользование помещением на улице Банковой: 157 тысяч гривен в месяц. Пять месяцев начисляли такую сумму, прежде чем нам удалось втрое уменьшить размер земельного налога. Ситуация критическая — 23 октября суд должен рассматривать вопрос о налоговом долге и налоговом залоге. Под налоговым арестом находятся три наши объекта: Банковая, 2, Дом творчества писателей в Одессе и Дом писателей в Харькове.


(От редакции. Как сообщил председатель НСПУ, за время, пока интервью готовилось в печать, руководством союза был подписан предварительный договор о продаже за 2 млн 104 тыс. грн (80 тысяч долларов) здания недостроенного ресторана в Одесском доме творчества писателей, благодаря чему союз погасил налоговый долг. Описанное в налоговый долг имущество союза (а это Дом писателей в Киеве, Одесский дом творчества писателей и Дом писателей в Харькове) снято с налогового залога, так что угроза его потери устранена).


Также существуют проблемы с отдельными недобросовестными арендаторами, с которыми мы вынуждены будем расторгать соглашения об аренде.


Кстати, мы инициировали вопрос по подготовке закона об отмене для национальных творческих союзов земельного налога. Недавно по этому поводу была проведена встреча с Председателем Верховной Рады Андреем Парубием, в которой, кроме главы НСПУ, приняли участие академик Николай Жулинский, глава Шевченковского комитета Юрий Щербак, Герой Украины Левко Лукьяненко, писатель Еремей Гоян и Борис Пономаренко, советник главы НСПУ, курирующий вопрос связей НСПУ с органами власти. Во время встречи Председатель Верховной Рады поддержал нашу инициативу. На сегодняшний день соответствующий законопроект зарегистрирован в парламенте под номером 7219. Обращаюсь к народным депутатам с просьбой поддержать этот законопроект.


Ред.: Вы уже переходите к имущественным проблемам. Кое-кто из оппонентов обвиняет нынешнее руководство союза в неэффективном использовании объектов, находящихся в ее собственности: в Ирпене, Одессе и, собственно, дом Союза писателей.


М. С.: Я могу комментировать каждую ситуацию.


Ред.: Вы сказали, что расторгаете соглашения аренды. То есть они были заключены некорректно по отношению к союзу, так? Кто их подписывал?


М. С.: Со стороны союза их в основном подписывали прежние руководители.


Ред.: Из этих договоров аренды, которые существуют на сегодняшний день, вы ни один не подписывали?


М. С.: Подписывал.


Ред.: Они тоже неэффективные?


М. С.: Частично. Почему неэффективные? До моего избрания, во времена управления В. Яворивского, арендаторам (а это ООО «Евротранзит» и ООО «Черноморская телерадиокомпания») была предоставлена возможность на льготных условиях занять два объекта для аренды по Банковой, 2: один из них по цене 104 гривни за квадратный метр, другой — 130 гривен за квадратный метр. В феврале 2015-го мы пересмотрели эти арендные соглашения, заключив договор с «Евротранзитом» на три года (с ЧТРК Яворивский подписал соглашение на 25 лет), подняв цену для обоих арендаторов до 190 грн за кв. метр.


Это тоже цена довольно невысокая, и в феврале 2018-го мы собирались ее поднимать. Но арендаторы (на самом деле отношение к обеим компаниям имеет один человек) очень проблемные, поскольку на сегодняшний день размер долга перед нами по обоим объектам составляет более полумиллиона гривен. Мы писали многочисленные претензии, неоднократно разговаривали, просили погасить долг, но противоположная сторона ссылается на отсутствие денег и гасить долг не спешит. В конце концов, мы вынуждены были обратиться в суд.

 

Это лишь один пример, но он не единственный. Во времена того же Яворивского было подписано соглашение на аренду другой части нашей территории, в том числе знаменитого кафе «Эней» с росписями Базилевича (которые, кстати, тут же были уничтожены — а это шедевр искусства). Ныне это кафе пустует, там пыль и паутина по углам. Но сразу после первого соглашения было подписано дополнительное, которое позволяло арендатору вкладывать деньги в ремонт и реконструкцию. Поэтому они вложили деньги в ремонт и реконструкцию и в судебном порядке начали претендовать на то, чтобы отобрать это имущество согласно нашему законодательству.


Начались судебные тяжбы еще в 2011-м или 2012 году. На сегодняшний день мы выиграли суд в первой инстанции, выиграли апелляционный суд. Это очень непростое дело, но мы это делаем и я убежден, что победим.


Ред.: Когда вас избирали председателем, то упрекали, в частности, в том, что вы написали очень мало произведений.


М. С.: Это правда.


Ред.: Что изменилось с тех пор?


М. С.: Немногое. Я автор всего пяти книг. Вот одна из них. «Час фарисеїв і героїв» — это публицистика. Дело в том, что я ваш коллега, журналист по образованию. Заканчивал факультет журналистики Киевского университета в 1985 году. Прошел хорошую школу в житомирской молодежной газете — корреспондент, завотделом писем и социальных проблем, потом был редактором многих газет. И «Літературної України», и других, порядка шести-семи. То есть я работал как журналист и редактор. Писал статьи, публицистику. Но на определенном этапе начал писать стихотворения. Однажды, когда работал заместителем главного редактора газеты «Літературна Україна», главный редактор Петр Перебийнис, прочитав некоторые из моих поэтических произведений, сказал: «Эти стихотворения надо издавать книгой». Так в 2006 году появилась книга «Навпіл між обома світами». В 2006-м меня приняли в Союз писателей. В 2007-м вышла вторая книга — «Здвиг», о событиях первого Майдана, немного позже — третья: «Туга за свободою», тоже публицистика. Потом была книга «Память нашего рода» — интересуясь историей, я исследовал свой род до середины XVIII века, создал гениалогическое древо, написал такую своеобразную книгу. Уже в 2015 году появилась книга «Час фарисеїв і героїв» — о нашей бурной современности.


То есть сегодня у меня действительно всего пять книг. Возможно, было бы лучше, чтобы председателем Союза писателей избрали того, у кого много книг? Кстати, так считает даже министр культуры, который почему-то неоднократно высказывал свое мнение по поводу руководства Союзом писателей. Мол, надо, чтобы его возглавляли «те поэты и писатели, которые презентуют украинское государство — а их никогда там нет, — Жадан, Андрухович, Забужко, Кокотюха». (Оставляя сказанное без комментария, все-таки отмечу, что трое из четырех названных уважаемых коллег не являются членами Союза писателей. К сведению министра культуры. А председателя писатели выбирают еще с советских времен на съезде тайным голосованием, а не по указке министра).


Почему-то на съезде 2014 года в числе пяти или шести кандидатов ни Жадана, ни других, названных министром, не было. В конце концов, я сам особо не стремился к этому. Но, поскольку коллеги меня выдвинули, считаю, что было бы неправильно и несправедливо, если бы я ковырял печку и отказывался. Тем более в чрезвычайно сложное для союза время, когда он был разбалансирован и его перспективы были непонятны. Выдвигали — значит, я согласился. И выбрали 249 голосами «за». За кандидата, занявшего второе место, отдали 67 голосов.


В конце концов, на должности председателя Союза писателей должен быть менеджер. Я не менеджер, но пришлось этому учиться три года, и за это время многое узнал. Самое главное — умение работать с людьми, руководить ими. Это очень важно. Чувствовать людей. Работа с людьми — это ключевое. Чувствовать коллектив, понимать, как он реагирует. Если руководитель от этого дистанцируется, то начинаются какие-то негативные процессы.


На сегодняшний день, конечно, оппозиция есть. Через год, кстати, в ноябре, будет съезд. Там и выяснится, кого выберут на должность председателя на следующий срок.


Ред.: Говорят, что до того, как вас выбрали председателем, вы провели очень много консультаций в регионах в неформальной обстановке?


М. С.: Конечно. Безусловно.


Ред.: Вы сказали, что не хотели, но вас выдвинули. Но до этого вы проводили консультации?


М. С.: С января 2012-го по ноябрь 2014-го был председателем Киевской писательской организации, а еще раньше, с 2007-го, возглавлял творческое объединение публицистов Киевской организации союза писателей.


Незадолго до съезда ко мне стали приходить коллеги, мы проводили открытые беседы о перспективах. И, естественно, при этом говорилось, что вот я мог бы баллотироваться и побороться за должность председателя союза. После некоторых размышлений я согласился. И стал работать на реализацию. Ведь действую по принципу: можно медлить, размышлять, сомневаться до момента принятия решения. А если уж решил — так действуй без сомнений и промедления. И только для победы. Стал ездить, встречаться с людьми и в Киеве, и в областях. Бесспорно, и я, и мои коллеги провели значительную работу.


Ред.: Есть такой заместитель председателя Киевской писательской организации Крюгер?


М. С.: Крюгер?.. Не было и нет такого заместителя.


Ред.: А что это за история?


М. С.: Крюгер — это незначительный, не заслуживающий внимания эпизод. На самом деле полтора года назад об этом писали в прессе, был бунт, по сути, секретарский бунт против председателя, против главного бухгалтера, которого обвинили в финансовых злоупотреблениях. От меня требовали отстранить главного бухгалтера. Я категорически отказался это делать. Началась грязная кампания против меня с целью дискредитации, освобождения от должности, вплоть до тюрьмы, поскольку обвинения были криминального характера. Ни одно из них не подтвердилось. В конце концов, трое из пяти секретарей-бунтарей подали заявления на увольнение по собственному желанию, а еще одного вывели из секретариата и отстранили от должности заместителя председателя НСПУ.


Очень обидно, что все это началось, и очень обидно, что все это продолжалось, по сути, до недавних пор. Ныне мы налаживаем нормальное сотрудничество. Хотя с их стороны были заявления в Генеральную прокуратуру, в Национальную полицию, в суды.


Что касается Вано Крюгера, то руководитель Киевской организации предлагал его на должность заместителя председателя этой организации. Но по штатному расписанию, утвержденному председателем НСПУ, такой должности в КО НСПУ нет. В конечном итоге этот писатель работает в аппарате столичной организации — менеджером по литературным проектам.


Ред.: Произведения каких молодых литераторов планируется издавать в ближайшее время?


М. С.: Я могу назвать одну фамилию, например, Олег Янченко. Необычайно талантлив. Фрагменты из его романа «Война начала века» печатались в нескольких номерах «Української літературної газети». Прекрасный стиль, пластичный своеобразный поток сознания. Относительно молодой, не знаю, есть ли ему 40. Для писателей это еще не возраст. Есть несколько молодых, весьма интересных — и поэты есть, и прозаики. Тот же Саша Хоменко. Прекрасный литературовед, невероятной мощи, силы. Или Александр Стусенко, великолепный пародист, сатирик, равных которому в этом жанре, по моему мнению, нет. Ныне среди молодых есть очень много интересных, которые подтягиваются в союз, сейчас работают и пишут.


Ред.: Николай Славинский руководит издательством?


М. С.: Да, Николай Борисович Славинский. Он руководит издательством и справляется. Есть проблемы, финансовые на первом месте. А еще помещение. Огромная часть была завалена книгами. Мы навели там порядок.

Все, что нужно, остается и разложено по полкам. Из старых изданий там очень многое осталось. Навели порядок в Ирпенской библиотеке. Теперь взялись за библиотеку на Банковой, 2. Богатейшая. Огромное количество фолиантов XIX, начала XX века. И оно все в подвале было, в таких условиях. Теперь все выставляем.


Ред.: Существует движение «Читай українською в зоні АТО». Вы к нему не приобщались?


М. С.: Мы передали книги во время Шевченковского праздника, который в этом году проходил на Луганщине. Прекрасно провели мероприятие. На очень высоком уровне. Ездили по многим райцентрам Луганщины — и Славянск, и Старобельск — словом, побывали в шести или восьми райцентрах. Мы передали библиотечку в административном центре в Северодонецке. Кроме того, передавали детские книжки. Были также поездки от НСПУ к военным в зону АТО, в ходе которых привозили книги.


Ред.: В продолжение затронутой темы. Редакция принимала участие в Шевченковских днях на Луганщине. Люди очень хотят увидеть писателя — в маленьких селах, в райцентрах. Ведь для них это важно — что приходит кто-то со словом, не этот бездуховный телевизор, порой пропагандистский. Особенно если речь идет о прифронтовой зоне, где все еще работает российское телевидение, а вот приезжают писатели, и это огромный прорыв.

Писателей воспринимали словно какой-то светоч. Скажите, продолжаете ли вы такую традицию, речь — не только о пограничной зоне, а вообще, — ездить к людям. Есть ли какая-то программа поездок писателей именно к старшеклассникам, в библиотеки райцентров?


М. С.: Есть афоризм: «Воин, действующий безупречно в благоприятных обстоятельствах, — бумажный воин». У нас обстоятельства далеко не благоприятные. Мы не можем даже отремонтировать бусик, чтобы ездить на своем транспорте.


Но все-таки сделано многое. В частности, регулярно проходят встречи писателей с читателями в библиотеках Киева. Март — Бородянка, литературно-художественный фестиваль, инициированный и проведенный нами, «Бородянка-букфест». Май — Борисполь, там мы в третий раз устроили международный поэтический фестиваль ронделя. Тогда же, в мае, провели в Ирпене литературно-художественный фестиваль. 1 июля — в Макарове, 24 августа — в Буче... В Ирпене в начале сентября устроили фестиваль бардовской песни «Ирпенский парнас».


Кроме того, при участии союза проходили литературные мероприятия в Одессе, Ривном, на Франковщине («Писательская ватра над Черемошем», дни Франко в Лолине), на Закарпатье: в Мукачево и Виноградове, Международный фестиваль интеграции слова в современное артпространство «Литавры» на Черниговщине, фестиваль «Лесины источники» в Новограде-Волынском, «Просто на Покров» в Коростене, «Русалка Днестровая» на Виннитчине, всеукраинский фестиваль новеллы на родине Гр. Косынки в Обуховском районе... Поверьте, это еще далеко не все.


Мы готовим еще несколько мероприятий до конца года. То есть стараемся подходить к этому системно. Мы чувствуем, что у народа — книжный голод, люди хотят купить и услышать что-то умное. Слушают и задают вопрос.

Мы работаем в этом направлении. И в дальнейшем будем подходить системно. Мы создали агентство популяризации художественной литературы. Оно действует, и как раз в формате этого агентства проходит часть литературно-художественных фестивалей. Другие мероприятия тоже — презентации и т. п.


Ред.: Какова ситуация в Ирпене с вашим Домом творчества? И второе, если можете ответить: какова ситуация с расследованием поджога дачи Виктора Баранова?


М. С.: По поводу второго сразу отвечу, что не имею об этом ни малейшего представления. Моя версия, что там сошлись интересы двух заинтересованных арендаторов. Но, в конце концов, велось какое-то следствие, пусть оно отвечает на такие вопросы.


А что касается Ирпеня: 30 сентября состоялось открытие парка писателей на территории Ирпенского дома творчества писателей. Это было сделано согласно постановлению съезда 31 марта этого года.


Мы приняли единственно правильное решение в этой ситуации. Почему? Потому что, во-первых, Ирпенский дом творчества — это почти 11 гектаров территории. Земля принадлежит местной громаде, она в коммунальной собственности, а Союзу писателей ее передали в постоянное пользование. Треть, а может, и меньше занимают наши домики, построенные в 50-х годах и с тех пор не ремонтировавшиеся. Есть дома, в которых нет отопления. Зимой они стоят закрытыми. В остальных — условия, скажем так, далекие от современных. Хотя там временно живут наши работники из числа иногородних. Там писатели, у которых нет крыши над головой, живут на льготных условиях. Василий Голобородько, Шевченковский лауреат, переселенец с Луганщины, проживает бесплатно.


Но возвращаюсь к вашему вопросу. Так вот. Мы приняли решение. А почему нам пришлось это сделать? Давно поговаривали, что, мол, писатели запустили парк. В городе заводили речь о том, чтобы забрать его у писателей.

У нас не было ни возможности, ни денег, чтобы все упорядочить, отремонтировать дома.


Руководство Ирпеня неоднократно обращалось к нам с предложениями по облагораживанию нашей территории и более эффективному ее использованию. Мы медлили с решением, опасаясь потерять парк.


В конце 2016 года ирпенские депутаты на сессии приняли постановление об установлении земельного налога за пользование землей нашего Дома творчества в размере 98 тыс. грн в месяц, что в несколько раз выше преждних расценок. Это был тот же путь, который устроили нам депутаты Киевсовета за пользование землей под Домом писателей на Банковой (157 тыс. грн в месяц), в результате чего мы попали в петлю налогового долга.


Мы оказались перед выбором: идти на компромисс или продолжать отказываться от сотрудничества, но при этом рисковать через какое-то время получить еще одну головную боль. Создав рабочую группу от союза, мы начали сложные переговоры.


Вышли на оптимальный вариант: вся территория в Ирпене юридически остается за нами и условно делится на три части. На одной — средствами города обустраивается городской парк писателей, который 30 сентября открыли. Территория парка очень красивая: там можно проводить различные мероприятия. Вторая часть территории, с домами и инфраструктурой, остается за союзом. Третью передадут в пользование будущему инвестору, но без права застройки многоэтажек. За полученные от инвестора средства мы сможем провести реконструкцию нашей части территории: вода, отопление, канализация — чтобы добиться комфортных цивилизованных условий проживания наших писателей.


Я абсолютно спокоен за те имущественные решения, которые мы приняли на съезде 31 марта (Ирпень) и 28 сентября (Одесса). Принимая их, мы поступали в полном соответствии с Уставом союза и с действующим законодательством.


Ред.: Каковы критерии приема в союз?


М. C.: Технические критерии: как минимум две изданные книги, три рекомендации от членов Союза писателей с трехлетним стажем, фото, заявления. И, бесспорно, должен быть соответствующий уровень.


Ред.: А почему в последние годы идет негативный поток информации о союзе?


М. С.: Согласен с вами — союз больше известен скандалами... К сожалению. Мы вынуждены защищать наши позиции и отстаивать честь организации. Грязь и спекуляции вокруг нее — это работа сил, заинтересованных в маргинализации союза и его уничтожении как структуры, последовательно отстаивающей государственные, проукраинские позиции, популяризируя украинское слово и украинскую культуру в чрезвычайно сложное для нашего государства время.


Ред.: Проводятся ли мероприятия, направленные на популяризацию украинского слова, культуры на востоке нашей страны?


М. С.: Частично я уже ответил на этот вопрос ранее. Работать там тяжело. Сложно даже собрать членов союза на отчетно-избирательное собрание, ведь чуть ли не половина писателей Донетчины и Луганщины живут на оккупированных территориях.


Ред.: А как насчет Шевченковских дней?


М. С.: В нынешнем году, как уже было сказано, Международный шевченковский литературно-художественный праздник «В сім’ї вольній, новій» провели на Луганщине. Мероприятие прекрасно организовали и провели — благодаря содействию Министерства культуры (в мероприятиях на Луганщине принимал участие заместитель министра культуры Юрий Рыбачук), местных властей во главе с председателем ОГА Юрием Гарбузом (он тоже присутствовал на празднике), а также оргкомитета во главе с первым заместителем председателя НСПУ Виктором Мельником и главой Луганской писательской организации, секретарем НСПУ по работе с молодежью Богданой Гайворонской.


Ред.: Есть писатели и поэты, ставшие вынужденными переселенцами. И так сложилось, что это люди, особенно поэты, непрактичны в быту. Сегодня они живут в чрезвычайно сложных условиях. Не мог бы союз как-то помочь им? Есть ли возможность инициировать для них какие-то проекты?


М. С.: Мы можем помочь этим людям: предоставить временное жилье в Ирпене на льготных условиях. Мы это и делаем. Я уже упоминал, что Василий Голобородько живет бесплатно. Несколько писателей-переселенцев, в том числе Антонина Листопад с Луганщины, жили временно. Мы готовы предоставлять им жилье и на длительное время. Плата невысокая — всего 1450 гривен в месяц. Условия проживания: вода, туалет, душ.


Также мы максимально способствуем этим нашим коллегам в получении разных социальных льгот. Так, государственную президентскую стипендию для поддержки выдающихся деятелей в сфере культуры в размере 1968 грн получают 87 членов НСПУ, в том числе многие из восточных регионов.


Это реально. А вот что касается проектов... Обращались по поводу предоставления жилья для Василия Голобородько к Виталию Кличко. К сожалению, положительного решения нет.


Ред.: Вы рассказали о пропаганде украинской литературы в Украине. А есть какие-то проекты за границей?


М. С.: Вы действительно считаете, что Союз писателей с его жалким бюджетом может реализовать проекты за границей? Для реализации этих проектов нужны средства, и немалые. Это прежде всего государственное дело, в частности и компетенция новосозданного Института книги. К сожалению, в нынешнем году ему даже не дали возможности реализовать бюджетную программу «Украинская книга», что уж говорить о высокозатратных «проектах за границей». Не хочу об этом говорить.


Ред.: А что вы порекомендуете прочитать из украинских книг?


М. С.: Посоветовал бы читать классику. Я люблю украинскую классику: Василий Стефаник, Юрий Яновский, Григор Тютюнник...


А из современников — очень мощные Василий Портяк, Любовь Пономаренко, Оксана Забужко, Вячеслав Медвидь, Владимир Лис, Мирослав Дочинец... Это если говорить о прозе. А поэзия у нас богатейшая и одна из сильнейших в Европе.


Нынче я пишу роман-эссе о нашей действительности за последние 25 лет. Вот отрывок из этой книги, который начинается так: «...Война, безжалостная и абсурдная война начала века, сперва скромно и политкорректно названная странной аббревиатурой из трех букв, станет хозяйкой этой страны калиновых соловьев и перманентного словоблудия...».


Ред.: Спасибо за беседу.


Фото Андрея НЕСТЕРЕНКО.