Революция Достоинства победила потому, что украинцы проявили огромную силу духа, сплоченность и жертвенность. Каждый, кто был на Майдане, занимался своим делом: одни с палками и камнями в руках защищали свою территорию свободы, другие занимались логистикой — довозом людей, поставкой продуктов, лечением раненых, а некоторые осуществляли информационное сопротивление неистовой пропаганде, которая полилась с экранов проплаченных антиукраинскими олигархами телеканалов.

Народный депутат Роман Заставный (на снимке) относился к тем воинам, которые вели борьбу на информационном фронте. И не потому, что он журналист, а потому, что аналитика — это его стихия. А еще потому, что он внимательно следит за современными технологиями, более того, сам принимает участие в создании новых инновационных проектов.
Впрочем, предоставим слово самому Роману Заставному.
— С самого начала Революции Достоинства я вместе с сыновьями вплоть до победы находился на Майдане в Киеве...
— А почему не в Тернополе, ведь на то время вы были депутатом городского совета?
— По моему глубокому убеждению, создать Майдан в Тернополе, где 99 процентов населения хочет изменений в обществе и победы демократии, не было сложно. Создать всеукраинский Майдан — вот какой была глобальная задача.
И еще одно: очень неприятно об этом говорить, но в городах, где население единодушно, более того, без колебаний жертвует деньги на нужды революции, на местных майданах были случаи банального заработчанства, выстроенного на горлопанстве. Впрочем, пусть это будет на совести тех политиканов, которые этим занимались.
Но... Именно это помогли мне осознать, что мое место в Киеве.
— Вам было страшно?
— Да, было. Для многих людей, особенно, тех, которые не были на Майдане в Киеве, Революция Достоинства воспринимается как что-то возвышенное, романтическое... Возможно, для истории именно так и должно быть. Но... Я знал больше других. Я знал, что ситуация была критической, угрожающей, непредсказуемой, что в любой момент против народа могли бросить вооруженные войска, «титушек» и т. п. И жертв могло быть в десятки, а то и в сотни раз больше.
Я трезво оценивал ситуацию. И потому был страх. Но именно страх побуждал нас к принятию решений и к действиям.
— И в чем они состояли?
— Вместе с друзьями, большинство из которых львовяне, мы создали инициативную группу и поставили перед собой задачу — организовать действенное сопротивление неистовой, невероятно сумасшедшей антимайдановской, антиукраинской пропаганде. За исключением нескольких телеканалов и эфэмок, которые довольно объективно освещали тогдашние события, большинство из них развязали отвратительную по сути, но довольно эффективную информационную кампанию, направленную на противопоставление Запада и Востока Украины. Восточные регионы, в частности Донбасс, подавались как кормильцы, как доноры государства, а западные — как логово сепаратистов, путчистов...
Время от времени мы собирались в одной из кафешек поблизости Майдана и методом мозгового штурма искали способы рассказать восточным украинцам всю правду о Майдане, о ситуации в государстве.
Первая наша акция называлась «Позвони побратиму на Восток». Рядом с Домом профсоюзов поставили несколько палаток, установили огромный информационный плакат, закупили несколько сотен мобильных телефонов... Все, кто имел друзей, знакомых на востоке, имели возможность позвонить им и рассказать правду о том, что реально происходит в Киеве. Особенно ценными были звонки майдановцев, приехавших с востока. Они звонили родным — родителям, детям, братьям — и успокаивали их: на Майдане очень дружеская обстановка, никакой агрессии, никто никого не убивает, не обижает и т. п.
Со временем стало понятно, что одних звонков мало: количественно недостаточно, а затраты времени — большие. Было принято решение отправлять на восток эсэмэски. Их тексты мы согласовывали с координационным советом Майдана. В целом было отправлено почти миллион сообщений. Разовая рассылка достигала 200—300 тысяч.
— А где вы брали базу номеров мобильных телефонов?
— Об этом лучше молчать, — шутит Роман Иосифович, — но сейчас можно сказать. Конечно, мы нарушали закон, но в тех условиях это было оправдано. Многие работники—операторы мобильной связи были сторонниками Майдана, поэтому шли на сотрудничество. Более того, они отправляли эсэмэсок больше, нежели мы проплачивали. Нам шли навстречу даже в компании МТС, которая была российской.
— Сколько денег было израсходовано на эти акции?
— По крайней мере мне известно о 700 тысячах гривен, которые израсходовала наша группа, а также по-
способствовали предприниматели, находившиеся на Майдане. Впрочем, это дело стоило, по необходимости, даже больших денег.
— Еще один вопрос. Как чувствовала себя ваша жена, зная, что муж и сыновья находятся в такой горячей точке?
— И не спрашивайте. Каждый день звонила, просила присматривать за ними, сдерживать их. Что и делал. Хотя это было непросто: упрямые, горячие, они постоянно стремились быть на передовой.

Михаил ЛИСЕВИЧ.
Фото предоставлено Романом Заставным.