Просто не верится, что уже 20 лет во Львове действует Творческая мастерская «Театр у кошику». Без юридического адреса, места для репетиций и зрительского зала. Но несмотря ни на что, они снова пригласили львовян на премьеру. На этот раз — в кофейню «Дзиґа». А первую премьеру сыграли в Киеве в Центре театрального искусства имени Леся Курбаса, вторую — в Центре Ежи Гротовского во Вроцлаве. И вот — наконец во Львове спектакль по пьесе Тадеуша Ружевича «Старая женщина высиживает» в прекрасном переводе львовской поэтессы Ярины Сенчишин.

 


ТМ «Театр у кошику» — это прежде всего идейный вдохновитель и режиссер Ирина Волицкая и актриса Лидия Данильчук. Этим двоим по силам все: от Стефаника и Шевченко до Шекспира. И даже Ружевич — представитель театра абсурда, становится для них возможностью поговорить о настоящем. Героиня «Театру в кошику» обычная необычная женщина, живущая рядом с нами. Вот сидит она за столиком, как и все люди, держит баян, начинает неожиданно играть. И зритель, не выходя из уютной львовской кофейни, оказывается... в каком-то привокзальном кафе.


Ирина Волицкая «селит» свою героиню в это условное кафе, где развивает настоящее апокалиптическое действо, до жути тревожное. Сидит Женщина — Лидия Данильчук (на снимке), такая львовская, словно только что зашла с улицы и потеряла туфельку где-то на Коперника (лейтмотивом будет звучать «Na ulice Kopernika»). Ее диалог с миром пронзительно экзитенциален, хотя реального партнера нет. Но Ирина Волицкая выстраивает актерское существование так, что партнерами становятся и чашка кофе, и стакан, в котором героиня Лидии Данильчук стоически ищет чистоту, словно идеальный мир, и мистический гул поездов, и глаза зрителя, завороженно следящего за каждым движением актрисы, и баян как продолжение ее голоса. Она эмоционально сдержана, каждое слово — высечено на скрижалях времени. Текст Ружевича, написанный в 1966 году, звучит на удивление современно, он — словно о нас. Она молвит спокойно: «Сынок», как прелюдию, обращение к воображаемому кельнеру, и мы даже не можем представить, как голоса всех матерей сольются в этом горько-тревожном крике: «Сынок!» в финале, где уже не будет надежды на избавление. Он не услышит. Она будет говорить за всех женщин Земли всех времен, за всех их нерожденных или потерянных детей, будет верить, что можно достичь мира в мире и в исстрадавшемся сердце. Эта изысканно-чудаковатая дама с пурпурным шарфом, который в какое-то мгновение жутко напомнит петлю безысходности... И только это «Сынок» будет возвращать героиню к жизни. Масштабное режиссерское мышление Ирины Волицкой развивает ассоциативный ряд до бесконечности, вплоть до парафраза Анны Карениной. Сценический антураж минималистичен. Только стол и стул, в пространстве которых живет актриса. Ее тело гибкое, как у гимнастки, каждый жест контролируемый и цитатный, только успевай прочитать закодированные тексты. Потом Женщина — Лидия Данильчук вскочит со своего стула, рванет неизвестно куда, как раненая, как самка-мать — спасать своего сына или весь свой обездоленный народ. Бег завертелся в спиральное движение волчка. Этот бег-бой волчком пересечется с невыносимым скрипом колес... Свет погаснет. Захочется тишины, которую взорвет шквал аплодисментов.


20 лет... 12 спектаклей. Каждый — как воплощение мечты о настоящем украинском театре. Никаких торжественных празднований в родном городе, восторженных слов от власть имущих. Идут туда, где люди ждут их. Ко Дню памяти жертв голодоморов сыграли два спектакля «Голос тихой бездны» по пьесе Неды Нежданой в литературно-мемориальном музее Ивана Франко и в областной библиотеке. Хорошо, что есть фестиваль «Рождественские вечера» в Черниговском молодежном театре, отправятся туда, а еще в Коломыю. Когда будут играть во Львове? И самое важное — где? Да кто же вам скажет! Но ни у Ирины Волицкой, ни у Лидии Данильчук не опускаются руки. Они терпеливо ждут, когда выдастся свободный день у актера театра «Воскресение» Владимира Губанова, чтобы сыграть «Я иду к Тебе, Христос» или уже культовый спектакль «Украденное счастье». А еще Петра Микитюка и Романа Биля... Эти трое львовских актеров действительно свои лучшие роли исполнили в «Театрі у кошику». Постановки идут редко, хотя от этого не теряют своей художественной ценности. Будто Ирина Волицкая выстраивает их «на вырост»... Двадцать — не так уж и много, но это все-таки свидетельство зрелости. В этом юбилейной году без почестей и торжеств хочется пожелать этим невероятным женщинам Быть и Творить, несмотря ни на что!

Фото автора.