Укр | Рус
Учительница избивала детей по национальному признаку Будьте осторожны: продается... отравленная рыба ООН задокументировала пытки и аресты крымских татар оккупантом Россией Права человека: прокуратура АРК заявила суду в Гааге о массовых нарушениях в Крыму В зоне конфликта на востоке Украины за период с 16 августа по 15 ноября нынешнего года погибли 15 гражданских, ещё 72 человека были ранены - ООН Укрепляем военно-морское сотрудничество с Турцией Долги по заработной плате продолжают расти В Донецкой области, несмотря на вчерашние обстрелы, работы на строительстве газопровода Очеретяное-Авдеевка продолжаются - председатель Донецкой областной военно-гражданской администрации Павел Жебривский Китайская Народная Республика готова оказывать всестороннюю поддержку Всемирной торговой организации в процессе глобализации и интеграции менее развитых стран в мировую экономическую сеть В палаточном городке возле здания Верховной Рады находится около двухсот активистов, ситуация спокойная Из <<злостных алиментщиков>> в Киеве <<вытрясли>> почти 6 миллионов Apple хочет купить сервис по распознаванию музыки Shazam В Украине остаются без энергоснабжения 29 населенных пунктов в трех областях, обесточенные в ночь на понедельник из-за непогоды В крымском селе Урожайное силовики провели обыск в доме у председателя местного меджлиса Ибраима Османова и забрали его сына Крым - это Украина: в парламенте Канады чевствовали столетие Курултая
Загрузка...
загрузка...
Голосование
Какую часть семейного бюджета вы тратите на оплату жилищно-коммунальных услуг в отопительный период?

Голосовать

С каким настроением вы ожидаете завершения 2017 года?

Голосовать
На главную
07.12.2017

Палки в колеса: Экспортеры жалуются, что им мешают оперативно доставлять зерно из регионов в порты

Галина КВИТКА

Вопросы логистики затрагивают как производителей, так и покупателей зерна. В то же время Минагрополитики и Мининфраструктуры не объединяют свои усилия. Чиновники часто действуют в ущерб государству, которое гордится достижениями в агросфере и должно поддерживать эту динамику. В прошлом году, не предоставив никакой альтернативы доставки зерна в порт, запретили движение автотранспорта с перегрузами, ограничив вес 24 тоннами.


Традиционно его перевозку из регионов в порты осуществляли в основном силами автотранспорта. Теперь основная нагрузка идет на «Укрзалізницю». За последние десять лет прирост по зерновым на железной дороге — свыше 200%, в частности за последние три года — на более чем 50%. Естественно, там не могут справиться с хлынувшим потоком, отмечает президент Украинской зерновой ассоциации  Николай ГОРБАЧЕВ (на снимке).

 

Вагонные споры...

— В октябре—ноябре опять значительно ухудшилась ситуация с оборотом вагонов, — рассказал эксперт в интервью обозревателю нашей газеты. — Причем их в «Укрзалізниці» стало больше, чем в прошлом году. А темпы экспорта зерновых снизились. Но с каждым днем все меньше вагонов грузится зерновыми. Парадокс. Если в ноябре прошлого года грузилось 1,7—1,8 тыс. зерновозов ежедневно, то в нынешнем — 1—1,2 тыс. Такое сокращение на 50% спровоцировано несколькими факторами: и саботажем, и нехваткой локомотивной тяги (бывают ситуации, когда вагоны, загруженные зерном, стоят и никуда не уезжают). Это огромная проблема.
И перенять здесь международный опыт, чтобы навести порядок, не получается, ведь в каждой стране сложилась своя логистика. Например, во Франции перевозят по железной дороге только 10% грузов, 50% — баржами и 40% — автотранспортом. И по перегрузу — подобные требования, но они ограничивают нагрузку на ось, у нас же — общий вес автомобиля с прицепом.

Налоги — это святое

— Вы возглавляете всеукраинскую ассоциацию, которая позиционирует себя как объединение производителей, переработчиков и экспортеров зерна. Часто можно услышать претензии фискальных органов к торговым компаниям, работающим на внешний рынок, дескать, они правдами и неправдами стараются уйти от налогообложения, вывести деньги через офшоры.
— Вопрос налогообложения, отчетности и прозрачности для всех зернотрейдеров очень актуален. Большинство зерна, которое экспортируется из Украины, продают через транснациональные компании. Это компании-нерезиденты, находящиеся в юрисдикции Швейцарии, стран объединенной Европы, а также США и т. д. Когда украинские дочки этих компаний продают, к примеру, зерно своей материнской компании, возникает вопрос занижения или завышения цены с целью, как подозревают налоговые органы, ухода от каких-то налоговых платежей. И доказать свою правоту достаточно сложно. Единственный способ решения, который ныне вижу, это суд. Но ходить по каждому контракту судиться (а у каждого трейдера в день может заключаться сорок-пятьдесят контрактов) — просто нереально. Думаю, мы продолжим сотрудничество с налоговой, чтобы отработать формальные признаки, по которым они не будут относить нашу торговлю с материнскими компаниями в разряд рисковых и опасных. Потому как мы со своей стороны в странах, где зарегистрированы крупные транснациональные компании, подаем абсолютно всю отчетность, нас там проверяют, мы там прозрачны на все 100%. И в большинстве этих стран уровень налогов выше, чем в Украине. Никакой экономической заинтересованности по выводу денег нет.
— Суд — украинский?
— Конечно, по месту нахождения плательщика налогов.

Если работник в компании счастлив, он часто соглашается трудиться за меньшие деньги

— Какими принципами вы руководствуетесь в бизнесе? Ваши подходы со временем меняются?
— Заниматься бизнесом несложно. Здесь единственное мерило — рациональность. И мерило твоей рациональности — это прибыль. Либо ты зарабатываешь деньги, либо — не зарабатываешь. Все остальное — околополитическое какое-то навязывание. Значит, все очень просто. Если ты ставишь цель зарабатывать деньги, ты должен их зарабатывать.
А все социальные ответственности, нагрузки — это больше решение внутрикорпоративных вопросов для крупных компаний. Например, обеспечить стабильное ведение бизнеса в каком-то регионе, где не развита социальная инфраструктура. Конечно же, люди будут оттуда уезжать, если нет школ, детских садов. Поэтому некоторым компаниям приходится заниматься и обеспечением социальной инфраструктуры. Но сам по себе бизнес — очень прагматичный. Бизнес — это прибыль на затраченное время...
— Любой ценой?
— Прибыль любой ценой — нельзя так сказать... Так можно обвинить любого человека в несоблюдении моральных норм. У каждого есть свои устои, поэтому компании развиваются с абсолютно разной траекторией. У некоторых бизнес-лидеров, скажем, в нашей стране более высокие моральные устои, соответственно, и их компании занимают совсем другое положение, и уровень счастья, удовлетворенности сотрудников — он гораздо выше, чем у компаний, где лидеры исповедуют исключительно эксплуататорское отношение к своему персоналу.
— Как моральные качества бизнес-лидеров влияют на финансовый результат? Прямой корреляции, наверное, нет, скорее — обратная...
— На финансовый результат в краткосрочной перспективе, конечно, это не имеет прямого влияния. В долгосрочной — наблюдается большая положительная корреляция: в силу того, что если человек в компании (наемный работник) счастлив, он доволен работой, то очень часто согласится трудиться за меньшие деньги, потому как компания предоставляет дополнительные возможности: и социальные, и личностного развития. Поэтому в итоге бизнесмену удовлетворение нужд сотрудников «отзовется» прибылью...
— Чему вас научил бизнес?
— Не могу сказать, что он может в принципе чему-то научить. Любого человека учит жизнь и тот путь, по которому он идет. Я уверен, что любой преподаватель и инженер может сказать, что его чему-то в жизни научила его профессия. Я бы не относил бизнес к какому-то роду знаний. Это постоянный источник вызовов, потому как государство очень сильно любит контролировать деятельность и выполнять функции, которые в принципе, по моему мнению, не должны относиться к государственным, для этого больше подходит общественный контроль. Но в силу того, что страна молодая, развивается, мы проходим определенный эволюционный путь, поэтому приходится сталкиваться с такими вызовами, которые требуют дополнительных знаний и умений. И на этом пути ты их приобретаешь.
— Изворотливость тоже нужна?
— Ну, изворотливость... Даже любой ученик в школе изворотлив, когда его преподаватель вызывает к доске... Думаю, изворотливость — больше черта характера, чем какое-то достижение в бизнесе...
— Вы сами не думали уехать из Украины, вести бизнес за рубежом?
— Да, несколько раз думал. Но Украина каждый раз предоставляла такие возможности, столь интересные вызовы, что я до сих пор работаю здесь.

Урожайность у нас по-прежнему в два раза ниже, чем в ЕС

— Какова, на ваш взгляд, нынешняя ситуация в агросекторе, в зерновом производстве Украины?
— Украина в любом случае будет реализовать за пределы государства существенный объем зерна. Так, с нового урожая в маркетинговом сезоне 2017/18 прогнозируем общий экспорт на уровне 40 млн тонн. Хотя в предыдущем эта цифра превысила 43,8 млн.
— Что вы скажете о перераспределении площадей: пшеница против подсолнечника.
— Знаете, производство пшеницы в Украине не настолько выгодно, как производство подсолнечника или сои. Сельхозпроизводители будут увеличивать площади под соей, кукурузой. А в пшенице надо концентрироваться на производстве более качественного зерна. Здесь бы помогли технологии, которые используются в объединенной Европе, очень сильно посодействовало бы и орошение, потому как сумма вегетативных температур в климатической зоне, где расположена Украина, достаточно высокая — и мы можем производить пшеницу с высокими протеинами, с высокой клейковиной и другими показателями, чтобы конкурировать на рынке продовольственной пшеницы. Но урожайность у нас по-прежнему практически в два раза ниже, чем в странах объединенной Европы. В основном это связано с орошением.
— То есть, 40—45 ц/га — уже хороший урожай?
— В некоторых хозяйствах собирают и по 60 центнеров с гектара, но это скорее исключение из правил. Очень бы хотелось, чтобы у нас средняя урожайность была на уровне 70 центнеров, а в рекордных хозяйствах — и по 10 тонн с одного гектара.
Проблемы, которые существуют, больше кросс-секторальные, потому как у нас продуктивный диалог и с предыдущим министром и министерством, и с нынешней командой... Сложнее с вопросами, где начинают пересекаться интересы Министерства агрополитики и, например, Министерства инфраструктуры. С вагонами-зерновозами у нас огромная проблема.
Это может не дать возможности выращивать и экспортировать больше зерна. Здесь нужно еще работать и работать, вовлекать в процесс руководителей обоих министерств, пытаться решить эту проблему на государственном уровне. Те предложения, которые делает бизнес... Мы озвучили вариант: построить вагоны-зерновозы за свои собственные средства, но при этом попросили сделать разницу между вагонами, принадлежащими «Укрзалізниці», и вагонами, которые будет приобретать бизнес, — в 30 процентов (от стоимости перевозки, то есть снизить тарифы на перевозку). Чтобы уменьшить срок окупаемости этих вагонов-зерновозов. Попросили эту льготу на 5 лет, но я даже не уверен, что нас услышали.
Сегодня, если купить вагон-зерновоз, то его срок окупаемости составит 15—16 лет. Подержанные вагоны стоят от 15 до 30 тысяч долларов — за один, новые же — около 50 тысяч долларов. Объективный дефицит оцениваем в районе 4—5 тысяч единиц. «Укрзалізниця» показала, что у них есть 11 тысяч инвентарного парка и плюс три тысячи привлеченных. Самые «молодые» вагоны, которые там представлены, — 1973 года выпуска, то есть им по 44 года...
— Почти наши с вами ровесники...
— Да, поэтому мы ожидаем существенного сокращения вагонного парка. Это произойдет в ближайшие пару лет. И если мы хотим вывозить хотя бы стабильный объем зерна из Украины — 40 млн тонн ежегодно — то нужно еще как минимум 4—5 тысяч зерновозов. Если же у нас их не будет, то это станет проблемой, блокировкой экспорта. И, соответственно, любое увеличение производства зерновых принесет сельхозпроизводителям только негативный результат, потому как большие переходящие запасы (которые будут оставаться внутри страны) станут давить на цены. И снижать рентабельность производства зерна.
— Ваши прогнозы: есть ли перспективы развития Украины аграрной?
— Я вижу Украину исключительно как экспортно ориентированную страну. У нас с вами земля — основной ресурс производства в сельском хозяйстве. Сегодня в мире существует немало технологий, позволяющих увеличить объемы выращенного. И мы живем в достаточно хорошее время: растет население планеты, постоянно есть спрос на наше зерно. Конечно же, этим нужно пользоваться. И общая тенденция, думаю, направлена на увеличение производства. Каким образом это делать? Естественно, используя новые технологии. Даже компания «Клаас» выпустила трактор, который едет практически без водителя. То есть меняется сама структура ведения бизнеса. И сельхозпроизводитель — это уже не фермер с мозолистыми руками без образования, только с собственным опытом. Сельское хозяйство — высокотехнологичная отрасль, которая притягивает специалистов из разных стран, способна привлечь инвестиции и, соответственно, увеличиться в размерах. На сегодняшний день АПК, по разным оценкам, занимает в структуре ВВП 10—12 процентов. Думаю, что сельское хозяйство может дорасти у нас и до 30 процентов ВВП, если внести в него и машиностроение, и производство продуктов с более высокой добавочной стоимостью. Это выращивание ягод, фруктов и овощей — и их переработка. Здесь развиваться можно еще достаточно долго.
— А фермеру с мозолистыми руками чем советуете заниматься?
— Для всех фермеров, которые не являются крупными производителями, всегда будут интересны нишевые культуры. Они дают высокую добавочную стоимость на небольших площадях. Если посмотреть на опыт других стран — США, Франции, Германии, Польши — небольшие фермеры, как правило, выращивают ягоды, овощи, а не занимаются крупнотоварным производством пшеницы, подсолнечника. Потому как для крупнотоварного производства нужны большие инвестиции в технику, инфраструктуру, а мелкому фермеру это сделать достаточно сложно. Думаю, если бы небольшие производители объединялись в кооперативы, то эффективность их работы существенно повысилась бы.

Земля — не наша зона ответственности

— Ваше видение земельных проблем?
— В Украинской зерновой ассоциации, которую я представляю, нет консолидированной позиции по рынку земли. Мы считаем, что это не наша зона ответственности. И мы оставляем это решение для правительства и других организаций, больше связанных с собственностью на землю и работой на ней. Но наше мнение, что рынок земли должен существовать и не нужно его бояться. Главным критерием для определения, каким он должен быть, следует считать эффективность использования этого ресурса. И здесь роль государства должна стать определяющей, быть выставлена в такой иерархии, где самый эффективный пользователь земли получит приоритет производить на ней сельхозпродукцию. А право собственности — это уже второстепенное. Здесь государство должно установить определенные четкие и для всех понятные правила получения пассивных доходов от ренты гектаров.
— А есть своя земля, сад?
— Нет, своей земли нет, сада — тоже. Это большой труд, невозможно успеть, к сожалению, в жизни все. И нельзя сказать, что таким бизнесом, как сад или земля, можно управлять одним пальцем. Этим надо серьезно заниматься, что требует как временных ресурсов (самое важное), так и финансовых.
— А по жизни чем увлекаетесь?
— Ой... Еще буквально лет пять-семь назад я писал, что мое самое большое увлечение — это работа. Но жизнь идет, взрослеешь и понимаешь, что работа не всегда предоставляет возможность для личностного роста. Поэтому увлекаюсь спортом, философией, много читаю — это и есть основные увлечения. Для расширения сознания я использую книги и свежий воздух вместо наркотиков и алкоголя.

Галина КВИТКА.

Все статьи рубрики На главную