Парламентское большинство в составе ХДС/ХСС и СДПГ создана, новое правительство сформировано. Если бундестаг 14 марта проголосует за предложенную президентом ФРГ кандидатуру Ангелы Меркель на должность канцлера, то члены кабинета принесут присягу, а это, скорее всего, произойдет, и «большая коалиция» вместе с правительством начнет реализацию коалиционного соглашения. В нем, в отличие от таких же документов прошедших лет, много места отведено Украине. Что нашей стране следует ожидать от ФРГ в ближайшие четыре года, корреспондент «Голоса Украины» спросила у старшего директора программ Фонда Маршалла «Германия — США» Йорга Форбрига (на снимке).

— Господин Форбриг, какие приоритеты относительно Украины будут в политике правительства ФРГ?

— Я бы не сказал, что они будут очень изменены, ведь у власти будет находиться та же коалиция, которая была до сих пор. Поэтому и приоритеты в политике ФРГ будут такими же, как и до выборов. Большей частью основные направления деятельности нового правительства останутся неизменными. Что касается отношений с Украиной, в частности в самых «горячих» аспектах, то Германия и в дальнейшем активно будет сотрудничать в процессах по выполнению Минских соглашений, осуществлять менеджмент конфликта на Донбассе, настаивать на реализации механизма санкций, введенных против РФ. По этому поводу уже были сделаны четкие заявления политиков, прежде всего канцлера Ангелы Меркель. В то же время Украине будет предоставляться всесторонняя поддержка. Но в основном изменения не предусматриваются.

— Они не предусматриваются также и в экономической политике относительно Украины?

— Да, вместе с тем это означает, что в амбивалентности политики Украины и РФ, которая реализовывалась в течение последних лет, тоже мало что изменится. Когда я говорю об амбивалентности, то имею в виду такие спорные вопросы, как, например, развитие газопроводных магистралей. И о том, как в нынешних условиях возможно налаживать с Россией партнерские отношения, прежде всего в области экономики, объединяя с геополитической ситуацией в восточной Европе. Такая амбивалентность несколько определена, с одной стороны, принципами христианских демократов и канцлера Ангелы Меркель, которая представляет твердые и принципиальные позиции. С другой — социал-демократы, как коалиционные партнеры, которые имеют несколько более мягкую политическую позицию.

— Во многих СМИ было сообщение, что экономика России значительно выросла. Получается, что экономические санкции против нее не были эффективными?

— Я бы так не говорил, если речь идет о 2% росте в такой огромной стране, как Россия. Для России с прогнозируемой возрастающей экономической силой — это чрезвычайно низкий показатель. Особенно, учитывая спад экономики России в течение последних лет. Поэтому я бы не говорил о росте ее экономики. Скорее это то, что правительству РФ удалось предотвратить дальнейший «обрыв», особенно финансового сектора. Произошла своего рода стабилизация, но ни в коем случае не роста. Для этого в России элементарно не существует необходимых структурных условий. Кроме того, не хватает стремления избавиться от односторонней зависимости от экспорта газа и нефти. Относительно структурных условий, то речь идет о правовых реформах, которые бы могли сделать возможным существование маленьких, а не только больших предприятий. Поэтому считаю, что Россия находится далеко от какого- либо роста, а при нынешних политических условиях этого и ждать не стоит.

— Как будет достигаться баланс интересов в политике Германии в отношениях с Россией, если учитывать, по вашему же выражению, что у партнеров по коалиции, в частности социал-демократов, «несколько более мягкая позиция», чем у представителей блока ХДС/ХСС?

— Некоторые заявления последних лет, особенно сделанные представителями социал-демократов, будут упрощаться. Во-первых, не забывайте, что шла  предвыборная борьба, а Россия была темой, где политики СДПГ хотели особенно четко отделиться от Ангелы Меркель и ХДС. Поэтому уже вскоре будет видно, что останется от сделанных прежде заявлений социал-демократов. Во-вторых, многое будет зависеть от личности министра иностранных дел Хайко Мааса. Мягкая позиция в отношении России предыдущего руководителя этого ведомства, Зигмара Габриэля, не совпадала с позицией многих других его однопартийцев. Да и не стоит забывать, что, несмотря на важность этой должности, все равно политику относительно России и Украины в правительстве решает канцлер Ангела Меркель. Так что в течение последних лет мы имели возможность наблюдать чрезвычайно активную роль канцлера ФРГ относительно конфликта на востоке Украины. И это будет иметь продолжение и в будущем.

— Даже вопреки большому давлению на политику правительства представителей экономики, особенно в сфере энергетики, которые настаивают на том, чтобы установить с Россией партнерские отношения?

— Невзирая ни на что, я полагаю, что направление, которое задала Ангела Меркель, и которое согласовано  на европейском уровне, в целом будет продлено.

Не думаю, что новое правительство ФРГ будет что-то менять в восточноевропейской политике, по крайней мере этого не произойдет со стороны Германии. На мой взгляд, скорее всего, что другие страны Европы все больше ставят под вопрос консенсус по поводу санкций против России. Опасаюсь, что такие страны, как Италия, Венгрия или Австрия могут разрушить консенсус в этом вопросе, но не Германия.

Интервью взяла Наталия ПИСАНСКАЯ.

Берлин.

Фото предоставлено Йоргом Форбригом.