На Черкасщине содержится 110 тысяч пчелосемей, из них 105 тысяч — у единоличников. Пчелы приносят более 1,6 тысячи тонн меда. Это 1,4 килограмма на жителя области. Такие цифры привел заместитель начальника управления агропромышленного развития Черкасской облгосадминистрации Иван Точеный. Пчеловоды во время круглого стола активно обсуждали перспективы отрасли на Черкасщине при участии председателя союза пасечников Украины Владимира Стретовича.
Но собрание усомнилось: цифры занижены, учета в пчеловодстве на самом деле нет. Он был еще, когда раздавали по льготной цене сахар на пчелосемью. Тогда количество ульев даже завышали, а сахар, случалось, пускали на самогон. А теперь каждый сам по себе.

Натурпродукт или сладкая водичка?

В 2017-м Украина продала за границу рекордные 67,8 тысячи тонн меда. Есть в той «кадушке» золотистого нектара и доля черкасских пчеловодов. И немалая. В прошлом году в Чернявке Черкасского района открылся мощный завод украинско-австрийской компании «Бихайв» по переработке меда. Предприятие закупает его у населения и экспортирует фасованным в страны Европы и США. Сегодня на границе с объединенной Европой наш мед покупают по 1,6 евро за кило. Минус расходы на гомогенизацию, фасовку, доставку, таможню.
Но «рядовой» пасечник ориентируется в основном на местного потребителя: здесь выкачал, здесь и продал. Но замечает, что на рынок ныне «затесалось» немало продавцов с подозрительно дешевым продуктом в массовых объемах. Что же это за чудо? Оказывается, незащищенный рынок Украины атакует китайский мед. Здоровая конкуренция? Отнюдь! Если наши насекомые подсушивают запас и только тогда его запечатывают, то китайские пчелы неутомимо работают в условиях теплого и влажного климата. С высушиванием, горемычные, не справляются и сразу запечатывают нектар. Чтобы выкачанная сладкая «водичка» не забродила, в бочки с медом якобы добавляют «ложку дегтя»: антибиотик хлорамфеникол. Чтобы довести мед для экспортирования в экономически развитые страны до их строгих стандартов, продукт тщательно фильтруют от антибиотиков и других примесей, промышленным способом «усушивают» до влажности 10 процентов — и, пожалуйста, товар готов! Эрзац-продукт без вкуса и запаха назвали в США «смешным медом».
Черкасские пасечники поведали и о другой известной технологии. Сообразительные изобретатели из Поднебесной покупают украинский подсолнечный мед, инвертируют с рисовыми и кукурузными сиропами, еще и добавляют закупленную во Вьетнаме пыльцу. И не зря — мировые лаборатории делают анализ по содержанию пыльцы...
Можно ли запретить ввоз китайского меда? Есть информация, что сейчас его в Одессе стоит 200 тонн. Взволнованные пчеловоды спрашивали как защититься от настойчивых импортеров, как поднять планку требований к качеству янтарно-сладкого продукта. Впрочем, по объяснениям черкасского эксперта по пчеловодству Ивана Ивко, перспектива вырисовывается неутешительная. Во исполнение Соглашения об ассоциации с ЕС аграрное министерство готовит приказ «Требования к меду, предназначенному для потребления человеком». Им вводятся более лояльные показатели. Так, украинский мед имеет влажность 18,5—21 процент, согласно ГСТУ 4497:2005. Новый документ узаконит влажность 25 процентов и назовет это «мед для выпечки». Что откроет ворота импортированным пищевым продуктам сомнительного качества и пользы.
Сейчас наш мед — есть прецеденты — продают в мире под видом альпийского. У нас берет мед придирчивая к качеству Япония. В Индии своего хватает, но покупают и наш, потому что очень вкусный, ароматный.
Перспективным в условиях конкуренции Иван Ивко назвал расширение ассортимента. Это и производство пыльцы, перги, воска, маточного молочка, трутневого гомогената, других целебных пчелопродуктов.

Время дикого бортничества проходит

Если в Ивано-Франковской области в Союз пчеловодов Украины входят 340 пасечников, в Тернопольской — 287, на Полтавщине — 73, то на Черкасщине таких нет. То есть они есть, но не объединены в союз ни областной, ни в районные. Исключение — Драбовский район.
— Я знаю, что такое страх перед налогами — в детстве при Хрущеве кормил спрятанных родителями в лесу двух свиней и двух телят, — вызвал на доверие пчеловодов Владимир Стретович. — Но сегодня из-за того, что вы не сплоченные, вы теряете. В этом году «распилили» 4,6 миллиарда государственной помощи на агросектор. Дали на кур, на племдело, на сады, даже на моллюсков... А пчеловодам не дали. Почему? Их не видно и не слышно.
— В прошлом году на конгрессе по пчеловодству в Стамбуле я встречался с представителями Аравии и Катара, Кувейта и Египта, объединенных в ближневосточную конфедерацию, — продолжает главный пчеловод. — Они мне прямо заявили: мы готовы вкладывать наши деньги в украинский мед, он очень вкусный, полезный. Но как их завести в Украину, если у нас каждый пасечник сам себе хозяин? А восточные партнеры могли бы приехать и сделать кооперативы с переработкой. Чтобы наш мед не шел, как сегодня, дешево в бочках по 296 килограммов. Мне советовал представитель ЕС Энцо Дамиани: прекратите быть сырьевым придатком! Разливайте мед в баночки, в скляночки, с орехом, с черникой-клубникой, клейте этикетку с популярным трендом — географическим названием, откуда мед. У вас на Черкасщине это мог бы быть «Каневский мед», или «Мед Шевченкового края». Но сам-один пасечник этого не сделает. Экспортеры заинтересованы в партнерстве с вами, потому что ЕС требует заполнения формуляра, от каких пасечников мед. Поэтому кто быстрее поймет пользу легализации и кооперации, тот будет на коне. Время дикого пчеловодства проходит.
«Нам главное не те государственные деньги, — взвешено и реалистично размышляли пасечники. — Главное — сбыт продукции и взаимопонимание с аграриями».

«Насекомых к себе не приглашал...»

В 2015 году в Драбовском районе погибло 2 тысячи пчелосемей. На пшенице как раз был хороший взяток пыльцы, но местный арендатор применил китайский инсектицид, а в качестве прилипала — сахар. Дешево и просто. А пчелы... Говорит, «я ваших пчел к себе не приглашал».
— Мы все-таки смогли за трое суток собрать анализы почвы, растений, отвезти своими силами в лабораторию, — вспоминает Иван Ивко. — Нужна была подпись агронома. Но он сбежал, а без его подписи лаборатория не принимала документы. Судебное дело мы так и не завершили. Не смогли доказать связь между отравленной пчелой и окропленным растением. В последние два года пчелы погибали также в Катеринопольском, Корсунь-Шеченковском, Шполянском районах.
— Аналитическая группа союза пчеловодов проанализировала: в независимой Украине есть 73 решения суда по искам пасечников, и только в 13 случаях суды их удовлетворили. Такая безнаказанность порождает преступления. В перспективе надо поменять психологию судопроизводства. Сейчас суд руководствуется презумпцией невиновности фермера в том, что пчелы потравились, а надо сделать презумпцию виновности. Он должен будет доказать, что кропил разрешенным препаратом в дозволенные часы: с 22 до 5 утра, — размышляет как профессиональный юрист Владимир Стретович. — Иностранцев поражает, когда они пересекают границу и видят, как у нас среди белого дня, раскинув крылья, маневрирует на полях опрыскиватель. Одни мои знакомые из Дании бросились трактористу наперерез: «Что ты делаешь? Пчела ведь летает!» — «Он ответил нам непонятными словами и пошел кропить дальше», — были поражены европейцы.
Руководитель пасечников Украины сообщил также, что союз обратился в Минагрополитики за поддержкой, чтобы в областях сельхозуправления собрали за столом переговоров пасечников и арендаторов сельхозугодий. Встречи должны завершиться меморандумом о взаимопонимании.

Молодежь надо учить

— В пчеловодстве разрыв поколений, — отметил Владимир Стретович. — Пришла молодежь без опыта в поисках заработков. Их надо учить. Но в Украине больше нет ни одного вуза, который готовит пасечников. Есть несколько групп в училищах и университетах, которые на пальцах руки можно посчитать. Что и говорить: в ведущем аграрном вузе Украины кафедру пчеловодства имени Нестерводского в процессе оптимизации объединили как «коня и трепетную лань»: теперь это кафедра коневодства и пчеловодства. У нас осталось номинально три профессора в области пчеловодства на всю Украину и нет специалиста в министерстве, который бы вел отрасль, — вопросы науки и селекции, контрабанды химпрепаратов и некачественной продукции.
Вот сейчас пошла мода на пчел породы бакфаст. Их завозят нелегально, продают дорого. У пасечника руки чешутся купить. Хоть есть требования закона о соблюдении районирования пчел, но ответственность не предусмотрена. Но как чужая пчела перезимует? Какие будут последствия скрещивания? Что бы делала в такой ситуации Япония или Германия? Провели бы все необходимые исследования. А у нас науки нет. Институт пчеловодства закрыт, всех распустили, потому что не отапливается помещение. В Чехии такой институт приватизировали. Я был там. Коллектив работает над чистотой районированной породы пчел, производит препараты для защиты пчел и... гонит и продает медовину. А еще по субботам учат детей, а по воскресеньям проводят семинары пасечников. Мы заключили договор с Национальным эколого-натуралистическим центром, у которого есть свои филиалы везде в Украине, и зимой отправили наших пасечников, чтобы проводили соревнования в формате Клуба веселых и находчивых, будили в детях интерес к ремеслу. Обновляем наш сайт — он будет интерактивный, будем давать консультации членам союза.
От Минагрополитики зависит инициатива, чтобы Гостаможслужба усилила контроль за проникновением запрещенных препаратов с высокой токсичностью из других стран.
— Мне экспортер, который заготовлял мед в одной из южных областей Украины, пожаловался: не могу найти 20 тонн чистого от антибиотиков меда на экспорт. Перебрал 108 тонн — и из них только 9 тонн чистого. Вы вот начнете покупать препараты для борьбы с заболеваниями, — обратился руководитель пчеловодов к пасечникам. — Не покупайте препараты российского производства, потому что они попадают в Украину нелегально. Производители пишут, что там в составе масла и все полезное, а потом антибиотик в меду зашкаливает.
Кстати, проверить мед на содержание вредных веществ не так-то просто: скажем, областная ветлаборатория таких исследований не проводит.
Подобных хронических проблем у пчеловодов — море. За круглым столом даже прозвучало предложение: может, быстро написать петиции Президенту? Но в действительности «лупати цю скалу» придется каждому и терпеливо.
— В прошлом году из 1700 членов союза ни один не пострадал от отравления пчел на посевах, — отметил Владимир Стретович. — Мы советовали местным центрам пчеловодов, как им работать в правовом поле с арендаторами полей. Чтобы не доходило до ущерба для пасечника или до арматуры в поле на пути «Джон Дира» или до красного петуха. Наши специалисты разработали специальную программу, в которую на интернет-странице союза могут заходить арендаторы. Они будут оставлять заявку на обработку посевов — когда, каким препаратом, а пасечникам, зарегистрированным на странице и подписанным на оповещение, будет приходить сообщение.
Для более эффективного пчеловодства союз работает над созданием карты с указанием расположения пасечников, карты медодаев. «Иначе это как наступать в темноте без приборов ночного видения», прозвучало за круглым столом.
Таким образом, обобщил намерения черкасских пасечников организатор мероприятия, глава ассоциации фермеров Драбовского района Валерий Перепелица, в течение месяца провести в районах учредительное собрание. Если будет хотя бы два районных союза — они могут создать областной. Ввести кооперацию пасечников для заготовки, переработки, фасовки и реализации меда. Тем временем Иван Ивко уже работает над проектом областной программы развития пчеловодства. Так что черкасские пасечники-единоличники таки сплотятся в союз. Потому что вместе, как говорится, и «батька легше бити»...

Лариса СОКОЛОВСКАЯ, Лидия ЛИСОВА.

Черкасская область.