На пятом году войны с Россией, в которой погибли более десяти тысяч наших соотечественников, в украинских городах продолжают стоять имперские и советские памятники. В Полтаве — Петру I, которого Тарас Шевченко называл палачом и людоедом, «що розпинав нашу Україну», в Одессе и в Крыму (это наша территория) Второй, которая «доконала вдову сиротину». В Киеве, Измаиле и опять-таки в Одессе душителю казацко-гетманского восстания, известного как Колиивщина, Суворову, в Переяславе — монумент Воссоединения с надписью-насмешкой «Навеки вместе — навеки с русским народом», открытый к 300-летию Переяславской рады. Как отмечает заведующий отделом учета и сохранения мест памяти Украинского института национальной памяти Павло Подобед, российско-советскую ретроперспективу пропагандируют только в одном Киеве семь скульптурных композиций — Арка дружбы народов, экипаж бронепоезда «Таращанец», памятники Щорсу, «таварищу» Артему и Николаю Островскому (стоит перед фасадом электротехнического техникума железнодорожного транспорта), автору известного автобиографического романа «Как закалялась сталь».

Рис. Алексея КУСТОВСКОГО.

20 марта этого года под давлением общественности в Боярке наконец демонтировали и перевезли в хранилище памятник комсомольцу Павке Корчагину — символ российско-советской империи.

 

Памятник царю Петру I, который собственноручно пытал украинских казаков и распорядился вырезать все население гетманской столицы Батурин, до сих пор стоит перед музеем «Поле Полтавской битвы».

Фото из открытых источников.

Декоммунизировать памятники означает деколонизировать сознание

Книга о Павке Корчагине, который с группой комсомольцев в стужу строил в Боярке узкоколейку, чтобы спасти замерзающий без дров Киев, как и героический образ писателя, был одним из самых больших мифов советской пропаганды. Фактически «боевая» биография и рабочее происхождение автора выдуманы. Современные медики считают, что болезнь, паралич и слепота писателя были вызваны не ранением подо Львовом, а врожденной болезнью Бехтерева и тифом, которым тот болел несколько раз на протяжении восьми месяцев, о чем писал в 1924-м в автобиографии перед вступлением в компартию. Исследователи не обнаружили ни одного документа, подтверждавшего бы факт строительства колеи комсомольцами, как описано в романе. Местные жители рассказывают, что в лесу еще до недавнего времени была узкоколейка, но символическая, проложенная студентами Боярского железнодорожного техникума после того, как высшее партийное руководство в 70-х годах перед очередным юбилеем выяснило, что корчагинской стройки в природе не существует. О выдуманной истории свидетельствуют будто бы незначительные, но красноречивые детали — автор описывает старые грабы под Бояркой, как лопаты скребут камень, глину, ссыпающуюся с насыпи. Но в этой местности, говорят краеведы, никогда не росли грабы, камней здесь тоже нет, а грунты не глинистые, а песчаные. Ныне известны факты участия Островского в карательных экспедициях против «контрреволюционеров и недорезанных буржуев», у которых комсомольцы забирали продовольствие и имущество. Да и над самой книгой, официально признанной советской властью одним из лучших произведений соцреализма, работали семь авторов, среди которых ответственный редактор журнала «Молодая гвардия», где был напечатан роман, Анна Караваева, заместитель редактора одноименного издательства Марк Колосов, писатель Александр Серафимович, поскольку авторский вариант был писаниной малограмотного человека. Известно, что в «Молодой гвардии» роман забраковали и взяли в работу лишь после указания партийных товарищей автора. Критически отзывались о произведении Островского и Максим Горький, негативная рецензия найдена в архиве после его смерти, и Юрий Смолич. Кстати, с легкой руки Караваевой, уроженки Перми, в книге появляются лиственницы, которые рубят комсомольцы и которые распространены в Сибири, Северной Америке, Карпатах, но не растут на Киевщине.

Творца идеологического мифа в 1935-м наградили орденом Ленина, дали трехкомнатную квартиру в Москве и дом в Сочи, построенный за счет украинского правительства. Его книги издали в целом 770 раз общим тиражом 54 миллиона, ему ставили памятники. Один из монументов посвящен литературному герою Островского — Павке Корчагину, который стоял в Боярке и который сняли с пьедестала этой весной.

А пока в столице улицу Сковороды, бывшую Московскую, и Контрактовую площадь все еще «украшают» мемориальные доски ленинцам, газете «Більшовик», Затонскому, который упорно истреблял национальное содержание украинской культуры, способствовал необоснованному изменению украинского правописания 1933 года, поддерживал репрессии против «идеологически невыдержанных» работников образования, и Володарскому, творцу и редактору одного из главных большевистских изданий — «Червоної газети».

В свидетели возьмем Льва Толстого

Сохраняя «чужие» памятники, общество в своем развитии ориентируется на чужие идеологемы, заложенные в них. Творец советского государства Ленин хорошо понимал значение и роль монументальной пропаганды. На всех фронтах шли боевые действия, Москва и Питер голодали, а он 12 апреля 1918 г. подписывает декрет Совнаркома РСФСР «О памятниках Республики» — «О снятии памятников, воздвигнутых в честь царей и их слуг, и выработке проектов памятников Российской Социалистической Революции».

За четыре года аннексии Крыма оккупанты установили на полуострове 15 своих памятников — в Симферополе Екатерине II, на что потратили 45 млн рублей, в Ливадии — Николаю II, в Симеизе открыли бюст Ленина. Как метка территории появились на полуострове мемориальная доска и монумент Сталину, Потемкину, участнику первого захвата Крыма Российской империей, «зеленому человечку» и даже Королеву, Гагарину, Высоцкому. Два памятника — Сталину и известному барду — перевезли из других городов, где они «прижились». Первый из Волгограда, второй из Краснодара.

Недавно Институт истории Украины НАНУ и Украинский институт национальной памяти провели круглый стол на тему «Мемориальное наследие Российской империи в Украине: являются ли царь Петр, императрица Екатерина, полководцы Суворов и Кутузов героями украинской истории?».

О том, чем отметились эти деятели и почему их памятники все еще стоят на нашей земле, мы попросили рассказать доктора исторических наук, главного научного сотрудника Института истории Украины НАНУ, директора НИИ казачества Тараса Чухлиба, принимавшего участие в научном форуме.

— Царь Петр, императрица Екатерина в свое время уничтожали украинскую государственность, украинский язык и украинскую историческую память, — отмечает Тарас Чухлиб. — Жесткую оценку этим двум деятелям дал Тарас Шевченко в поэме «Сон»: «Це той Первий, що розпинав Нашу Україну, А Вторая доконала Вдову сиротину. Кати! кати! людоїди! Наїлись обоє, Накралися...» Именно Петр І впервые отменил должность гетмана, ввел налоги для украинского населения в царскую казну, создал такую имперскую структуру, как Первая Малороссийская коллегия. Именно он посадил в петербургскую тюрьму все тогдашнее правительство Левобережной Украины и лично замучил гетмана Павла Полуботка, а перед тем приказал уничтожить тысячи украинцев за участие в восстании гетмана Ивана Мазепы.

Для того чтобы продемонстрировать историческую тождественность «малороссов» с их «старшим братом» «великороссами», русифицировать и «имперализировать» украинцев на территории бывшего Казацкого государства, в течение XIX в. и в начале XX в. стартовало строительство памятников, пропагандировавших лишь одну, российскую, историческую перспективу. Монументом, который должен был изменить сознание населения вчерашней Гетманщины, стала триумфальная колонна с орлом, установленная в Полтаве в честь победы российского оружия в Полтавской битве 1708 года. Первый монумент Славы построили в 1769-м на территории Спасской крепости, тот, который стоит и ныне в центре города, установили в честь 100-летия победы Петра. Как и памятник царю Петру, которого знаменитый немецкий мыслитель, математик и физик Георг Лейбниц сравнивал с полудикими властителями Китая и Абиссинии, а прусский король Фридрих II называл «личностью почти безобразной».

Бронзовая скульптура императора, истребившего десятки тысяч украинцев, и ныне стоит на постаменте перед музеем «Поле Полтавской битвы».

Так следует ли украинцам чтить Петра I, который для России пытался «прорубить окно» в Европу, а для многих народов был палачом? Собственно, именно этот царь украл у наследников средневекового государства Киевской Руси, то есть у нас, название для своей страны — до 1721 года нынешняя Россия называлась Московией. И чуть ли не самую сокрушительную характеристику императору дал Лев Толстой. Он писал: «Беснующийся зверь Петр заставляет одних людей убивать и мучить других людей сотнями, тысячами, сам забавляется казнями, рубит головы пьяной неумелой рукой, не сразу отхватывая шею, закапывает в землю любовниц, обставляет всю столицу виселицами с трупами, ездит пьянствовать по боярам и купцам в виде патриарха и протодиакона с ящиком бутылок в виде Евангелия» (Полное собрание сочинений, стр. 568, http://tolstoy.ru/online/90/26/). И называя другие кровавые преступления царя, писатель спрашивает: «И ему ставят памятники и называют благодетелем?»

Среди злодеяний Петра I — уничтожение гетманской столицы Батурина со стариками и детьми (все население было вырезано), массовые смертные казни казаков в Лебедине и Ромнах, разрушение Сечи в 1709 году. Тогда же царь издал постоянно действующий приказ казнить на месте каждого пойманного запорожца. При Петре тысячи украинцев умирали от непосильной работы на строительстве Санкт-Петербурга, фортификационных сооружений и каналов на севере России. В Гетманщине невменяемый царь ввел режим военной оккупации и террора. Террористический режим, когда за неправильный поклон или другую «вину» крестьян и даже бояр пытали или приговаривали к вечным каторжным работам, Петр ввел в первую очередь в Московщине. Датский дипломат Юст Юль, посланник при царском дворе, который оставил записки-дневники с ценными данными о жизни в Украине и Московии в начале XVIII в., спрашивал, говоря о Петре: «Как можно было такое терпеть?» и сам же отвечал: «Его терпели потому, что он соответствовал обычаям страны».

Имперская тематика широко представлена в музее «Поле Полтавской битвы»

— Вы не поверите, но основное наполнение экспозиций музея происходило еще в сталинские времена, в конце 1940-х — в начале 1950-х, — говорит Тарас Чухлиб. — Московский царь, победивший Украину во время Северной войны 1700—1721 годов, был любимым историческим героем советского диктатора Иосифа Сталина, и именно по его прямому распоряжению на поле Полтавской битвы был поставлен печальноизвестный памятник русскому царю, который уничтожал стремление украинского народа к независимости. Для казацкой Украины поражение в Полтавской битве 1709-го означало поражение национально-освободительной борьбы. Поэтому мы не имеем права сегодня, в разгар современной войны с Российской Федерацией, иметь у себя «музей поражения», прославляющий наших исторических и современных завоевателей.

— Памятника Петру I уже давно не должно быть в Украине, — резюмирует историк. — Специалисты Института истории Украины отработали Концепцию коренного изменения идейного и экспозиционного наполнения заповедника и музея. По нашему мнению, заповедник должен называться «Украина в европейской Северной войне 1700—1721 гг.», а подавляющее большинство экспозиций музея должно посвящаться именно участию Украины в той грандиозной войне, которую современники называли «общеевропейской». В экспозиции должна быть представлена память о многих других народах, принимавших участие в событиях, — шведах, немцах, поляках, белорусах, крымских татарах, датчанах, финнах, калмыках и т. п. Это европейский подход к освещению исторических событий. Ныне же мы видим, что где-то около 80 процентов музейных экспонатов представляют историческую память о Российской империи и «славе России и россиян».

Продолжение следует.