Лично я обожаю Новогодние праздники. Это не только подарки (пускай недорогие, не изысканные, но приятные и нужные мелочи). Это еще и повод всем родным собраться за одним столом, встретиться с друзьями, с которыми, возможно, не виделись целый год. И, безусловно, надежда на лучшее, на перемены.
Мне всегда кажется, что с первыми секундами нового года в мой дом и жизнь брызгами шампанского (а в детстве — лимонада) залетают счастье и удача, которые будут сопровождать меня потом на протяжении еще 365 дней. Поэтому в момент, когда часы бьют двенадцать раз, обязательно загадываю желания, иногда «озвучиваю» их на листах бумаги и кладу в конверт, скрепляя подписями присутствующих, чтобы уже в следующем году проверить, сбылось ли задуманное. Случалось, что они доходили до Вселенной!.. Я прекрасно понимаю абсурдность всех этих действий, но за годы так и не растеряла трогательной радости от предновогодней суеты, елки, которую люблю наряжать, приготовления праздничных блюд и приятных предчувствий.
Сколько себя помню, в нашей семье устанавливали елку или сосну под самый потолок, украшали разноцветными шарами на ниточках, стеклянными овощами, фруктами, сосульками, «дождиком», импровизированным «снегом», конфетками и орешками, замотанными в фольгу. А внизу, под зелеными лапами, сажали «охранников» — плюшевых мишек, зайцев, пластмассовых кукол и машинки. Рядом величаво стоял Дед Мороз — борода из ваты. Его делали из разных лохмотьев, которые висели где-то в сарае, сверху надевали белый халат, маску, на голову — шапку-ушанку, вместо рук были набитые ватой варежки. К одной из таких «рук», которая держала большую палку, привязывали веревку и дергали, когда моя младшая сестра хотела схватить конфетку. Позже появился метровый Дед Мороз из пенопласта.
Я и сейчас, когда бываю у родителей перед праздниками, с особым трепетом исследую этот сбитый из досок, обвязанный старенькой веревкой ящик с «сокровищами», который не один десяток лет заботливо хранится где-то на чердаке.
Конечно, у каждого свои воспоминания о праздновании Нового года. Как-то мой дядя Толя рассказал, что в его детстве елку украшали бумажными игрушками, яблочками и «конфетками», сваренными мамой из сахара и завернутыми в яркие бумажки. Старший брат Борис повиновался запрету не трогать их, а Толя, который был на три года младше, умудрялся аккуратно вынимать из некоторых фантиков сладости, а вместо них пихал хлебный мякиш и аккуратненько заворачивал. Когда праздники проходили и елку выбрасывали, мама раздавала детям самодельные лакомства. И подделку замечали. Но надо отдать должное мальчику: Анатолий всегда честно признавался, тихонько всхлипывая и потупившись. Мама его не ругала, но наказывала тем, что оставшиеся конфеты отдавала старшему сыну...
Елку мои родители продолжали ставить и тогда, когда мы с сестрой выпорхнули из гнезда. Уже не такую большую, но с гирляндами, мигающими фонариками, современными игрушками и с неизменными стеклянными часами, которые всегда показывают без пяти двенадцать. А уж когда появился мой первенец, чего только ни придумывали на праздник!
Взрослые все так обустраивали, что ребенок сказку воспринимал как реальность. И мы, невольно, тоже верили в чудо. Мальчик знал: будет много подарков, ведь перед этим просил написать письмо Деду Морозу и обязательно отметить, что он весь год хорошо себя вел, помогал домашним, ухаживал за котиками и собачкой.
Сын уже ходил в школу, когда соседская девочка стала насмехаться, дескать, ты такой большой, а веришь, будто малыш, в сказку. Мы были поражены не по-детски мудрым ответом: «Кто верит в Деда Мороза, к тому он и приходит!»
Лично я — верю! И с нетерпением жду Новогоднего чуда.

Сумы.