В тридцатые и сороковые годы прошлого века большинство полещуков Рокитновского района Ривненщины родились на хуторах.

 

Вот такими полещуки-хуторяне изображены на польской открытке.

Фото из архива семьи Щедриных.

 

Юные краеведы Рокитновского лицея около заброшенного хутора поблизости села Осницк Рокитновского района.

Фото предоставлено автором.

 

...Это было еще тогда, когда в поселке Рокитное работал аэродром — приземлялись самолеты. За ним, в леске (тогда я, еще паренек, шел с родителями за ежевикой), увидел островок совсем иной жизни. Под развесистыми дубами с ульями-дуплянками, на зеленом фоне из ароматных трав притулилось несколько посеревших деревянных избушек, пасся скот, неподалеку виднелся приземистый колодец, несколько фруктовых деревьев. «Это Федорин хутор», — объяснили родители. Подумалось тогда, как эта бабушка живет без электроэнергии, как не боится одна спать среди поля и леса? Через несколько лет мои опасения оправдались — как-то ночью Федора была замучена извергами, которые, как говорили в то время в городке, требовали у нее золото. Вот такое было мое первое свидание с хутором. Он был один из немногих уцелевших на то время.
В 1920—1940-е годы территория нынешнего Рокитновского района покрывалась густой паутиной хуторов. А первые хутора в наших краях возникли в конце XIX века в связи с распространением небольших промыслов — производства железа, смолы, поташа, древесного угля («рудни», «буды», «печи»). Столыпинская аграрная реформа (1907—1916) в Российской империи ускорила этот процесс. Крестьяне-полещуки охотно выходили из общин, брали земельные наделы в частную собственность, корчевали лес и строили свои усадьбы.
Если к середине 1880-х в пределах бывшей Кисорицкой волости Овручского уезда, которая соответствует южной части Рокитновского района (до широты Блажово), зафиксировано 11 населенных пунктов, то уже через год их насчитывалось 24. Тогда же возникли три села — Буда Красный Груд, Рудня Льва, Рудня Старики, четыре слободы — Александровка, Окоп (Боровские Будки), Дворища и Довгань (Клюнь), урочище Слобода и пять хуторов — Вербичев, Жерело, Жовны, Коцвин, Синичин. В 1890-х в Кисорицкой волости уже насчитывалось 31 поселение, в 1906-м — 30, 1909-м — 36, 1910-м — 38, а в 1911-м их количество достигло своего максимума — 40.
Процесс создания новых населенных пунктов стал более интенсивным после внедрения аграрной реформы в Польском государстве, ведь территория нашего района тогда относилась к Сарненскому уезду Волынского воеводства. Так называемая комасация (объединение мелких чересполосных участков в единый массив с хутором на нем), ликвидация права пользования панскими лесами и пастбищами взамен получения земли на самом деле были направлены на ликвидацию сельских населенных пунктов и ограбление основной массы крестьян, что особенно ярко проявилось через создание осадничества. Принятый по инициативе Ю. Пилсудского закон от 17 декабря 1920 года давал возможность бывшим воинам и инвалидам, которые отличились в боях или пошли в армию добровольно и служили во фронтовых частях, бесплатно получать из государственного земельного фонда до 45 гектаров земли, чтобы создать усадьбу (осаду). Таким образом, под влиянием упомянутых причин наряду со старыми польскими селами и другими поселениями, в которых жили поляки, появилось много новых гражданских и военных колоний.
В 1926 году в той части бывшей Кисорицкой волости, которая территориально относилась к Речи Посполитой, насчитывалось уже 72 населенных пункта. Довоенный польский картографический материал позволил мне выделить на соответствующей территории почти 180 хуторов и осад.
Время вносило коррективы не только на этапах становления и развития хуторов, но и в тяжелые годы прекращения их существования. Упадок вызывали как политические, так и экономические и социальные факторы. Но, несмотря на сложные жизненные обстоятельства, связанные с переходом подчинения наших земель от Польши к СССР и событиями Второй мировой войны, даже в 1946 году к административно-территориальному устройству юга Рокитновского района официально относилось 132 хутора. К Рокитному прилегали хутора Бигки, Борсуки, Великий Луг, Гнийки, Деревце, Довжица, Дубровица, Завиче, Залесье, Кавуны, Коренное, Кривуха, Леса, Липники, Лесовой, Островок, Пидгалив, Подречье, Песчаный, Подище, Ровище, Слизки, Смолец, Сынижев, Совци, Фойки, Церковище, Царская Лужа.
В 1946—1947 годах во время проведения советско-польской спецоперации «Висла» было депортировано польское население из довольно больших на то время колоний-осад Омельно, Лядо, Медин, Перестанец, Татинное, Пугачовка, Боровина, Слободка. После этих событий данные поселения фактически перестали существовать.
Хуторская система, возникшая в условиях капиталистического единоличного хозяйства, в советское время при условиях колхозного производства определялась как крайне нерациональная. Хуторские хозяйства были серьезной преградой на пути внедрения социалистических методов хозяйствования, проведения коллективизации. Кроме того, хутора стали ячейкой поддержки украинского национально-освободительного движения в 1940—1950-х годах. Поэтому сталинский режим приложил все силы, чтобы их уничтожить. Анализ ряда архивных документов свидетельствует, что массовая ликвидация хуторов пришлась на 1950—1953 годы. Советом Министров УССР и ЦК КП(б)У от 12 августа 1950 года под № 2467 было принято постановление «О сселении в колхозные села дворов колхозников, а также дворов единоличных крестьян и других не членов колхозов, расположенных на общественных землях колхозов в Волынской, Дрогобычской, Львовской, Ривненской, Станиславской, Тернопольской, Черновицкой и Измаильской областях УССР».
А проходил этот процесс в большинстве случаев так. Многие мои земляки-рокитновчане знают урочище Прохорово на южной окраине городка как грибное место. Старые дубы, особенно в осеннюю пору, придают ему своеобразный колорит. Житель райцентра Рокитное Николай Артемовец вспоминает, что родился в 1946 году именно на этом хуторе, названном в честь его деда Прохора. Триста дубов находились в пределах их надела. «Бывает, отец в грибную пору выскочит из дома на несколько минут, пробежится между соседними дубами, вот и коробка боровиков уже есть», — вспоминает Николай Иванович. Поблизости проживали семьи Бохонов и Цимелей. Жили, как все, не жировали, но и не голодали. В 1953 году к их усадьбе подъехали две подводы во главе с председателем колхоза Натальей Иосифовной Салимоновой. Приехавшие разворотили крышу дома, после чего пошел дождь — хуторянам некуда было деваться...
Еще одним фактором исчезновения хуторов стало поглощение их другими, более перспективными поселениями. Таким образом хутора Гаивка, Сынижев, Кривуха оказались в пределах территориальной застройки пгт Рокитное и лишились статуса административно-территориальной единицы. Аналогичная ситуация с хуторами Ломск, Шичово, которые поглотил Томашгород. На месте бывших хуторов Марин, Галич и Свинники возникло село Лесное. Постановление не пощадило даже целое село на реке Переросль — Пересечную.
К началу 1960-х хуторов в Рокитновском районе, за отдельными исключениями, практически не осталось, зато население сел выросло в несколько раз. О том, где размещались хутора, подсказывают дички фруктовых деревьев, преимущественно яблонь и груш. Хотя полещуки и старались получить надел в дубраве, поскольку знали, что там самая плодородная земля, но не всегда подобные надежды оправдывались: на лакомые куски были и более привилегированные посягатели.
Как правило, семьи хуторян были многодетными, имели по 4—10 детей. Каждая семья держала несколько поросят, 2—6 коров, разную птицу, выращивали рожь, картофель, лен, коноплю. Более богатые хозяева держали лошадей, волов. Заметное место в трудовой деятельности занимали вспомогательные занятия и промыслы — пчеловодство, охота, рыболовство, собирательство.
Люди практически вели натуральное хозяйство, но надо было и копейку заработать, поэтому почти все занимались какими-то промыслами: кузнечеством, плотничеством, бондарством, столярничеством, кожевничеством (первичная обработка кожи), шорничеством (изготовление предметов упряжи), сапожничеством, ткачеством и т. п., нанимались на мелиоративные и лесозаготовительные работы к панам и гаевым.
В послевоенные годы в наибольших хуторах даже была организована учеба. Бывшая учительница Мария Афанасьевна Ускова (Щербина) всегда вспоминала, как ее, совсем молоденькую, родом с Черниговщины, после педучилища направили поднимать образование Рокитновщины. Ее первым местом работы была школа на хуторе Ровище, поблизости нынешнего села Лесное. Изголодавшиеся по знаниям с десяток учеников очень любили учиться. Благодарные школьники подарили учительнице маленький дубок, который она посадила в своем дворе. Сейчас этот уже 70-летний дуб-красавец по улице Варшавской в райцентре Рокитное — фактически ровесник начала конца эпохи хуторов.

Юрий ХМЕЛЕВСКИЙ,
краевед.

Рокитное Ривненской области.