В десятом томе Энциклопедии истории Украины справка о Льве Ревуцком — украинском композиторе, педагоге, музыкальном и общественном деятеле — вмещена фактически в трех абзацах. А в них — сжато о судьбоносных датах из жизни гения классической этномузыки и перечень творческих достижений. В Википедии его «втиснули» в раздел «Героев Социалистического Труда». А он, между прочим, вместе со своим родным братом Дмитрием входит в список ста самых известных украинцев! При этом оба Ревуцких как «буржуазные националисты» были под наблюдением спецорганов, власть же подкупала их государственными премиями, щедрыми наградами и регалиями...

Я не ярая поклонница классической музыки, так что не могу похвалиться знанием «серьезных» произведений. Поэтому и с произведениями этого украинского классика, к своему стыду, не знакома. Но фамилия Ревуцкого в столице на слуху, потому что есть улица его имени. Правда, не часто встретишь киевлянина, который бы быстро ответил на вопрос: «Улица Ревуцкого? Знаете, какого именно: Льва или Дмитрия?» Когда выясняли, что все-таки Льва, спрашиваем: «Кто он? Что выдающегося сделал для Украины и украинцев?» Мало кто вспомнит, что он — великий композитор...

...Льву Ревуцкому довелось жить в очень неспокойные для Украины времена. Когда революция 1917-го докатились до Киева, он был молод, учился творить музыку у основоположника украинской профессиональной музыки Николая Лысенко. Потом воевал на Рижском фронте (естественно, не на стороне Красной армии), за что его едва не расстреляли в 1919-м. Брату Дмитрию, который был старше на восемь лет, пришлось поднять все свои связи в столице, чтобы освободить Льва из тюрьмы.

О двух козах, потерянных часах и бульдозере для села...

Среди интересных фактов, которые есть в Интернете о Льве Ревуцком, — упоминание о том, что за абсолютный слух его прозвали Камертоном. Кроме того, в течение 1944—1948 гг. он возглавлял Союз композиторов Украины, неоднократно избирался депутатом Верховного Совета Украины (1947—1959 гг.), был знаком и дружил с Максимом Рыльским, академиком Николаем Стражеско, Григорием Веревкой, Иваном Козловским...

В советское время на русский манер его называли Лев Николаевич, а жену София Андреевна — все, как у графа Толстого. Но крутого нрава своего тезки Ревуцкий не проявлял. Скульпторы говорили, что для его портрета нужна мягкая древесина, а не бронза. Он не любил охоту и ко всему на свете относился как к живому. Ему, главе Союза композиторов Украинской ССР и народному депутату, выделили машину. Но домой, на Банковую, он ходил пешком, всерьез объясняя, что машине туда тяжело подниматься.

На Печерске поселился не сразу. В 1924-м, когда переехал из Иржавца в Киев с женой и маленьким сыном, привез с собой двух коз и жил на Лукьяновке, тогда практически селе.

Как-то Ревуцкий нашел на тротуаре золотые дамские часы. Представил, что это подарок ревнивого мужа и будет беда, если пропажа не найдется. Ждал на том месте около часа и все-таки увидел женщину, которая шла, вглядываясь в землю. Отдал ей часы и был счастлив.

У маэстро было много учеников, среди которых немало талантливых украинских композиторов. В их числе: Георгий и Платон Майбороды, Аркадий Филиппенко, Вадим Гомоляка, Николай Дремлюга, Сергей Жданов, Анатолий Коломиец, Виталий Кирейко и многие другие, и не только украинцы. 

Своим студентам в тяжелые годы Ревуцкий иногда платил стипендию из собственного кармана, о чем они даже не подозревали.

Неотделимой от творческой, научной для Льва Ревуцкого была общественная деятельность в качестве депутата Верховного Совета УССР. Вот такой эпизод вспоминает последний ученик Ревуцкого Яков Липинский: «На малой родине Ревуцкого был колхоз. Его работники поддерживали со Львом Николаевичем постоянную связь. Как-то один из бригадиров-механизаторов отправил земляку письмо, в котором писал, что колхозу позарез нужен бульдозер, а областное начальство медлит с выполнением заявки крестьян. Не поможете ли нам? И откладывает Лев Николаевич все свои дела, свои ноты, идет по высоким инстанциям, и технику отправляют в колхоз». К людям он был чутким, часто встречался со своими избирателями, беседы о наболевшем плавно превращались в творческие встречи. Ревуцкий любил слушать народ, а народ любил слушать его...

Пять поколений были хранителями казацкой чудотворной иконы

Изучая родословную Льва Николаевича, удалось выяснить, что по отцу Николаю Гавриловичу Ревуцкий — из рода запорожского казака Петра Ревухи (сторонника гетмана Конашевича-Сагайдачного). А потомки Ревухи, включая и отца Льва Николаевича, служили священниками в Иржавце, где хранилась знаменитая казацкая святыня — чудотворная икона Иржавецкой Божьей Матери.

Позже Николай Гаврилович отказался от сана и женился на Александре Дмитриевне (матери композитора), происходившей из известной семьи Стороженко (прилукских полковников, связанных с личностью младшей дочери Б. Хмельницкого — Марии Богдановны).

Отец Ревуцкого обладал неплохим басом, играл на скрипке под аккомпанемент жены. Мать (девичья фамилия Каневская) — до замужества школьная учительница в селе Иржавец (переписывалась со Л. Толстым по поводу организации учебы в сельской школе), фольклорист. Свободно владела французским и немецким языками, получила музыкальное образование в пансионе. Играла на фортепиано, собирала местный песенный фольклор, дружила с известным художником Николаем Ге, общалась с талантливыми деятелями искусства...

Поскольку Ревуцкие были людьми высокообразованными, то старались и своим двум сыновьям — Дмитрию и Льву — дать лучшее образование и вырастить их личностями. Полноценное воспитание, творческая атмосфера в доме, безусловно, повлияли на их дальнейшую судьбу.

Александра Дмитриевна стала первой учительницей музыки для маленького Льва. Хоть и считала, что занятия только музыкой не принесут ее младшему сыну материального благополучия. Когда же убедилась в незаурядных музыкальных способностях сына, написала письмо старшему — Дмитрию (он тогда уже жил и работал в Киеве): «Мне хотелось бы, чтобы ты, если получится, рекомендовал Лысенко Льва нашего, потому что это единственный доступ для него в музыкальный мир. Я одна могу знать, сколько времени нужно было мне, чтобы подобрать четыре песни, которые я играю, какое это легкое дело со Львом. Я попросила его сесть за рояль и подобрать с моего голоса две колядки. Он сразу сыграл их как давно знакомые, а закончив, пошел в гостиную к столу и моментально, безошибочно записал по памяти. Что, если бы при таких способностях да получил он знания основных законов гармонии и композиции и выпал бы ему на долю одаренный руководитель и учитель. Ты как-то выбери время, посети Лысенко по поводу песен и за Льва замолви словечко». Так Лев стал учеником основоположника украинской профессиональной музыки Николая Лысенко. И не только учеником, но и его настоящим творческим последователем.

Кстати, старший Дмитрий оказывал на младшего Льва сильное влияние. Он окончил историко-философский факультет Киевского университета и был известным литературоведом, музыковедом и фольклористом. Поддерживал дружеские отношения с выдающимися деятелями науки, культуры. По воспоминаниям Евгения Львовича (сына Льва Ревуцкого), у Дмитрия Николаевича собирались интересные люди: известные артисты, певцы, художники, ученые. Пели, что-то обсуждали. Там бывал Максим Рыльский, академик Николай Стражеско, Григорий Веревка, Иван Козловский, Виктор Косенко...

Возвращение из забвения

Где-то там, в кагэбистских архивах, скрывается информация о том, почему же тоталитарный режим так остерегался и недолюбливал братьев Ревуцких. Это все современникам еще предстоит исследовать. Ныне же известно, что летом 1919 года, когда Лев Ревуцкий работал делопроизводителем на железнодорожных станциях в Ичне, а потом в Прилуках, «...к ним неожиданно нагрянули большевики. Арестовали Ревуцкого и приговорили его к расстрелу...»

Также документы спецорганов свидетельствуют, что Лев Ревуцкий вместе с братом находились под постоянным наблюдением последних до 1941-го, их имена проходили по делам некоторых репрессированных деятелей украинской культуры. А в конце 1941-го Дмитрий Николаевич вместе со своей женой был убит агентом НКВД...

У Льва Николаевича судьба сложилась не так трагично. Более того, коммунистический режим не мог не признавать его талант, поэтому, как было принято в те времена, композитора всячески склоняли к «сотрудничеству», щедро одаривая его наградами.

Ревуцкий получил Героя Социалистического Труда (высшая степень отличия в СССР за трудовые достижения), четыре раза награждался орденами Ленина (высшая награда в СССР), у него четыре ордена Трудового Красного Знамени, медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.», был удостоен Сталинской премии, потом — Шевченковской. Написал немало такого, как «Комсомольская сюита» или «Партия наша о каждом заботится» — для детского хора. Но его ни в коем случае нельзя назвать певцом коммунистического времени. 

Партийные вожди ждали от него, так сказать, литавровых произведений, намекали на это. Поэтому композитор, как догадывались его близкие люди, вдруг умолк, перестал писать музыку и полностью посвятил себя педагогической деятельности. Можно с уверенностью утверждать, что система сгубила его Талант...

К столетию со дня рождения композитора по заданию ЦК КПУ студия «Укртелефильм» собиралась снимать полнометражную ленту о Ревуцком. Творческая команда уже начала по крупицам собирать фактаж для исторического очерка. Это был 1984 год.

Еще можно было найти людей, знавших Льва Николаевича лично, которые своими воспоминаниями могли «наполнить содержанием» образ классика. Однако коммунистические функционеры передумали. Вероятно, кто-то припомнил тот факт, что Лев Николаевич, несмотря на все награды и признание своего таланта, так и не согласился растрачивать свой дар для обслуживания интересов партократов. Ну и в партию не вступил, поскольку не воспринимал эту идеологию как свою...

Он показал нам Украину, увиденную с неба...

...Сложно в газетную полосу вместить жизнеописание одного из известнейших украинцев, ведь Ревуцкий был не только гениальным композитором, но и личностью с большой буквы. 

Ревуцкий позаботился о том, чтобы наша, украинская, музыка, не теряя себя, вошла как равная в мировую культуру. Чтобы поднять ее на такой уровень, нужно было (почти буквально) оторваться от земли, как отмечают музыковеды. Это и сделал Ревуцкий. Он создавал произведения на основе народных мелодий. И это уже был не обычный этнографизм, а то, что в мире называют экзотикой. Вроде та же Украина — но увиденная с неба.

Может, действительно следовало бы снять о нем полнометражную ленту (а может, и художественную), чтобы восстановить нарочно стертые тоталитарным режимом из памяти украинцев штрихи портрета «Героя Социалистического Труда»? Да, фильм «зарубили», а вот остатки «документальных свидетельств», так и не обнародованных в Украине ни к 100-летию композитора, ни позже, нам удалось отыскать аж в... чикагском еженедельнике для американских украинцев «Час і події». Их там напечатал наш соотечественник Станислав Левандовский к 30-летию со дня смерти известного музыкального классика — в 2007-м. Там — бесценные воспоминания современников Ревуцкого, его единственного сына, заметки из дневника композитора, цитаты из архивных документов. Об этом должен бы знать каждый украинец...

Материалы собирала Ирина ЛЬВОВА.