Антивоенные пикеты в Москве.

Фото от группы «Сенцов. обмен. сегодня и ежедневно».

На днях исполнилось четыре месяца со времени акта агрессии России в Керченском проливе. А еще — четыре месяца примера чести и верности своей Родине украинских моряков, находящихся в кремлевском плену. Каждый день о них помнят, как и про других пленников Кремля — Сенцова, Балуха, Сущенко, Клыха, Гриба... И борются за их освобождение не только на Родине. Письма поддержки пишут им даже граждане и выходцы из страны-агрессора. От души. Простыми словами. Как и простыми словами пишется: главный, кто виновен в этой страшной трагедии и в пятилетней войне с миром, — это Россия в лице Путина.

Инна Курочкина (Тбилиси—Санкт-Петербург—Прага, продюсер):

— Maledictis

Я не знаю, как не разорвалось мое сердце, когда под «Плине кача по Тисині» хоронили Небесную Сотню. Я благословляла Майдан с первого дня, для меня это была схватка добра со злом, борьба света против темных сил. Когда в Фейсбуке появились комментарии моих бывших друзей, приятелей из Петербурга и Москвы, я не могла поверить своим глазам. Я была уверена, что моя реакция — единственно возможная. Но мои бывшие приятели, коллеги, знакомые зубоскалили, отпускали безобразные шутки, стандартные скабрезные анекдоты — и это в момент, когда люди были убиты горем и несли гробы.

Мы с Андреем Курочкиным, архитектором, в 90-е и нулевые годы занимались архитектурными проектами, строили дома по всему свету и почти все время проводили на производстве у итальянских партнеров.

Поэтому нельзя сказать, что мы были погружены в общественную российскую жизнь. Но даже нам было очевидно, что Путин, как вампир на чеснок, реагировал на революцию Роз в Грузии и Оранжевую революцию в Украине. Когда в 2008-м, после года пропагандистской подготовки, Россия напала на Грузию, мы пытались говорить об этом с окружением, с заказчиками, коллегами. Вывод, к которому мы пришли, — бросать бизнес, забирать детей и срочно уезжать вон из этой преступной страны с бессовестным, циничным и глухим к чужим страданиям населением. Населением, которое нападает, убивает, танцует на гробах, хохочет над убитыми горем и при этом исправно по воскресеньям ходит в храмы.

Я не знаю, как просить прощения у украинского народа за зло, которое мы, русские, ему причинили.

Россия опозорена на века.

Захват Крыма, создание «ЛНР» и «ДНР», непрекращающаяся война и изощренная

иезуитская пропаганда — это преступление.

Равнодушие и поддержка Путина российским населением — это бесчестие и подлость.

Не бывает такого «зомбирования», которое сделало бы из людей подлецов и свиней, ржущих над горем и смертью, которые сами и причинили.

Поэтому я не смею просить прощения за русских, русские и не собираются каяться.

А единицы, которые понимают, что взрастили и выкормили в своей стране монстра, который теперь уже намерен принести горе всему человечеству, как бы ни посыпали голову пеплом, ни снимали фильмов, как я, ни скандалили в Фейсбуке, не являются никакими праведниками, потому что ответственность за кровь лежит на всех нас.

Мы — Maledictis — проклятые и обреченные на вечные муки грешники.

Юлия Лоренц (из Перми, юрист, российское и швейцарское право, живет в Швейцарии):

— Так как у меня есть возможность сравнивать реакцию СМИ разных стран на происходящее в мире, их манеру подачи новостей, с уверенностью могу сказать, что сейчас российские СМИ (за редким исключением) — это главное оружие политической пропаганды власти. Если в немецких или швейцарских новостных передачах дикторы спокойным тоном сообщают о произошедших за день событиях, то в российских всё подается тревожным надрывным голосом. Отсутствует главный принцип — нейтральность подачи информации, когда зрителю дается возможность самому сделать выводы и занять ту или иную позицию. Когда я смотрю российские новости, то каждый раз думаю: «Сказанное сейчас — правда или ложь?». Это говорит о том, что доверия к российским СМИ у меня нет.

О том, что в Украине началась война, я узнала из швейцарских газет. Известие шокировало меня. И все же я не сразу поняла всю серьезность ситуации. Это я сейчас знаю о репрессиях в Крыму, о политических заключенных, о тысячах убитых. А тогда... Помню, в начале июня 2014 года в поезде разговорилась с одним швейцарским профессором. Он задал мне тот же самый вопрос: что я думаю о войне в Украине и о ситуации с Крымом. Я ответила, что мы все в ужасе от самого факта войны, а что касается Крыма — стала лепетать что-то из истории про Хрущева... Он молча выслушал, сухо попрощался и вышел... Если бы я могла вернуться в то время и в тот вагон, я бы схватила его за рукав, остановила и крикнула: «Нет, нет, я думаю совсем по-другому!». Очень жаль, что невозможно найти этого человека и рассказать ему о своей сегодняшней позиции... Аннексия Крыма — это преступление против человечности. Я нисколько не сомневаюсь, что так будет написано в будущих учебниках по истории.

Я не проживаю в России, поэтому мне сложно судить о том, почему люди там воспринимают словосочетание «Крым наш» с восторгом. Основная масса швейцарцев разделяет мои взгляды относительно войны в Украине.

Я хотела бы пожелать украинцам не забывать своих граждан, находящихся в заложниках на территории Российской Федерации. Речь идет об украинских политзаключенных Павле Грибе, Станиславе Клыхе, Владимире Балухе, Романе Сущенко, Александре Кольченко, Олеге Сенцове и др. Пишите им письма, организовывайте акции в их поддержку в разных странах мира, направляйте обращения в международные организации, правительства, посольства и СМИ других стран, боритесь за них. К сожалению, на западе люди практически ничего не знают об узниках Кремля. Отсутствие же информации и общественного мнения по этой проблеме отодвигает ее решение. В России много небезразличных людей, помогающих украинским гражданам, находящимся в неволе по политически мотивированным сфабрикованным уголовным делам. Например, в Фейсбуке есть группа «Сказки для политзаключенных». Её участники пишут письма, помогают материально, поддерживают контакт с родственниками политзаключенных. Я тоже состою в этой группе и приглашаю других вступить в нее и быть активными участниками.

В заключение приведу отрывок из письма В. Балуха: «Лично я не могу себе представить того здравомыслящего человека, в глазах которого имидж кремлевского режима хоть на йоту выше абсолютного дна негатива. Я не являюсь жителем мира иллюзий, пройдя более чем трехлетний марафон по территории лжи, бесправия и беспредельного в своей формализованной циничности хамства так называемой системы правосудия РФ. Но если история моих «взаимоотношений» с этим режимом наряду с многими тысячами подобных историй покалеченных судеб и отнятого здоровья наконец переполнят чашу терпения апологетов цивилизованного мира и прогрессивной части человечества, то миссия моего пребывания на земле, как минимум, не потерпит неудачу... :-)».

Алина Хакимова (из Уфы, живет в Праге, филолог):

— Моя любимая Украина началась для меня в раннем детстве с города Запорожье, где жили мои тётя с дядей. Я помню дворик, утопающий в зелени, атмосферу одной большой семьи. Вечерами все жильцы выходили на улицу и, удобно устроившись кто на лавочках, кто в беседке за столом, играя в карты и домино, обсуждали новости прошедшего дня. Тут же кто-то из соседок выносил поднос со свежими фруктами, кто-то — ещё горячие пирожки и угощали нас — детей. Вечером во дворе всегда было весело и по-доброму шумно. Мне очень нравилась открытость и уникальное чувство юмора украинцев — соседей и друзей моих родственников.

У меня и сейчас очень много друзей-украинцев. Я очень люблю бывать в Киеве, Львове и Одессе. Люблю атмосферу этих городов.

Однажды мой муж — участник Бархатной революции 1989 года в Праге — сказал, что пока не начнут убивать детей, народ не поднимется против власти. Так было в Праге осенью 89-го. Поэтому, когда в Киеве ноябрьской ночью избили студентов, а на следующий день весь Киев вышел на Майдан, стало понятно, что это начало серьёзных изменений.

В свою очередь мы с друзьями нарисовали пару плакатов, списались со знакомыми в Фейсбуке, в том числе с участниками группы «Евромайдан в Праге», и вышли на площадь Палацкого — место, где можно проводить митинги без официального согласования с властями. Нам было важно выйти на улицу, чтобы донести до жителей и гостей Праги правду о том, что в столице такого же европейского государства ночью массово избивают студентов, и власть трусливо отмалчивается. Это была самая первая акция в поддержку новой Украины, проведённая в Праге. Тогда мы даже предположить не могли дальнейшее трагическое развитие событий на Майдане. Хотелось верить, что народ отстоит своё право на европейское развитие без кровопролития и жертв.

А потом случились события 18—22 февраля... Было очень страшно и больно. Просматривая стримы с Майдана, я никак не могла поверить в реальность происходящего... Именно тогда я поняла, что обратной дороги быть не может и у украинцев всё получится. И верю в это до сих пор. Я совершенно не разбираюсь во внутренней политике Украины, но очень надеюсь, что украинцы знают, что делают и кого выбирают. Пусть всё у вас получится, свободные люди!

Очень сложно и стыдно вспоминать и писать о последних пяти годах. Аннексия Крыма... Война на востоке... Нет прощения... Я понимаю, что государство, гражданином которого я являюсь, — оккупант и агрессор, понимаю, что добрые отношения между нашими странами, если и восстановятся когда-нибудь, то очень нескоро. Но я очень надеюсь на это... А пока — боль и стыд...