Рис. Алексея КУСТОВСКОГО.

За пять лет войны Кремля с Украиной у меня появилось много друзей. Среди россиян. Они не политики, не военные и для них нет чужих боли и слез. Некоторые из них подставляли плечо украинцам — были на Майдане под пулями снайперов и до сих пор волонтерят под прицелами искандеров на нашем востоке. Они влюблены в Украину и ее религию — свободу. Когда мы встречаемся в Киеве, то вместе поднимаем сине-желтый флаг и поем украинский рок и российский: «И если ты надавишь плечом, и если мы надавим вдвоем, то стены рухнут, рухнут, рухнут и свободно мы вздохнем...». С большими надеждами на мир и день победы человеческих ценностей. 

Елизавета НОВИЦКАЯ (Москва, театральный менеджер):

— Питерский друг пригласил меня в Киев, и в тот же вечер мы взяли билеты.

Лонгрид о Киеве.

Каждое утро мама включает телевизор за завтраком и оттуда раздаётся: «В Украине...», «Украина...», «Украинские..», и все неизменно с каким-то последующим поносом. Хорошо, что утро мамы по времени не часто пересекается с моим. Я стараюсь быть аполитичной. Потому что если не стараться — быть беде.

Я ни разу не политолог, но гражданин РФ и имею право на вопрос: «Почему я регулярно слушаю «новости» о другой стране из федеральных каналов своей?».

Ответ очевиден, и это возмущает. 

Я не понимаю и отказываюсь принимать на веру ничего из: «Украина перестала разговаривать на русском языке», «Украинцы ненавидят русских», «Крым наш», «Киев уничтожен нищетой, голодом, у каждого третьего рак пятки и сифилис», «Власти Киева — хулиганы, атата» и т. п.

Сделав перед поездкой вброс вопросов в свои соцсети относительно обмена валюты, не единожды столкнулась с опасением друзей — «а ты зачем туда?..», «а не опасно?..», и мне понятно это переживание.

Нам настолько промыли мозги, что, честное слово, я хотела разговаривать по прилету по-английски, только чтобы остаться живой и невредимой.

Реальность совершенно иная.

Киев развивается. Он живой, помнящий свои боли и победы. В нем говорят не только на украинском, но и на русском. Там постарались привести в порядок то, что уничтожил конфликт 2014-го. Там потрясающе вкусно. Там очень зелено, бесконечно, кажется, цветут каштаны и наполняют воздух домом. Там невероятно радушные люди. Ни один украинец, узнавая, что я из Москвы, не скривил лицо. Пару раз у меня и моих ребят язык повернулся пригласить в ответ к нам, на что мы слышали деликатное и грустное: «Обязательно! Когда война закончится...». Больше мы так никому не говорили. Стыдно слушать правду в ответ.

Я лечу в самолете. Пишу этот текст. Спала за ночь 40 минут в самолете до Минска. «Минска?», — спросила бы аполитичная я. Да. Потому что прямых рейсов теперь не существует, и бывшие когда-то полтора часа лёта пре-
вратились в довольно тупой и унизительный 10-часовой ритуал «я с вами не дружу» через Минск, — отвечаю уже не очень аполитичная я. Текут слезы, почему-то. Стыдно и сердце кровью обливается.

Вся поездка была наполнена, даже переполнена важными, ключевыми моментами.

За три дня мы прожили отдельную жизнь.

* Приезд пришёлся на День вышиванки. Это национальная одежда украинцев, в которой целый день жила столица. Признаться, это потрясающее зрелище, когда половина людей, что ты встречаешь, ходят в национальной одежде. Ходят не для того, чтобы ходить, а натурально живут своей жизнью в ней: идут на работу, едут в транспорте, гуляют и т. п. Все такие разные, все такие красивые, все такие... единые. У нас такого нет и не было, хотя бы поэтому мы слабее.

* Поели вкуснейшую пиццу в кафе Veterano Pizza, которую основали ветераны и где «те самые» ветераны могли покушать бесплатно в «то самое» время. Количество разных военных нашивок, которыми усеяна в память вся стена одного из помещений пиццерии, — кого-то вдохновляет, меня же ужаснуло.

* Чудом узнали о концерте «Океану Ельзи». Чудом попали на него, купив последние четыре билета где-то на задворках жизни, но и этого хватило, чтобы быть счастливыми. Купила там классную желтую толстовку со строчкой из песни.

* Побывали у памятника Голодомору... Пустые (в прямом смысле) глаза памятника девочки с пятью колосками я буду помнить всю жизнь.

* Напоследок, перед самолётом, в час ночи, голышом искупалась в Днепре (визжала), и всю ночь вели задушевные беседы, говорили о любви друг к другу и к Киеву, пытались укутать как можно бережливее то сильное, что родилось в нас за эти три невероятных дня.

Я не хотела писать никаких текстов. Хотела просто написать «Киев. 16.05—19.05.19. Лучшие три дня в моей жизни». И сказала бы этим, пожалуй, все необходимое. Но решила сказать больше. Хочу, чтобы о реальности знали как можно больше людей.

Вдруг до кого-то долетит, и это будет моей личной победой.

Уезжала туда в чёрном спортивном костюме. Приезжаю в ярко-желтой толстовке ОЕ и в голубых джинсах. Все совпадения случайны. Осознала это уже в 
аэропорту, улыбнулась.

Киев — невероятный город. Украинцы — потрясающий народ!

Скорее всего, это Путешествие изменит мою жизнь. Возможно, уже изменило. Самые счастливые дни в моей жизни.

Долой слезы. 

Приземляемся.

Даниил ТЕОДОРИ (Санкт-Петербург—Мурманск, маркетолог и гражданский активист):

— С Майдана для меня началось знакомство с Украиной. Я начинаю свой отсчет именно с января 2014 года.

Я увидел по российскому ТВ новость, что митингующие на Майдане построили какой-то самоходный стреляльный механизм, оценил (что хилый житель Петербурга — слабый помощник в условиях боевого лагеря, я еще не знал). Взял в охапку еще более хилого друга и мы поехали в Киев. На месте, предварительно переодетые в теплые вещи новой украинской знакомой, по советам в сетях отправились в дом профсоюзов к коменданту примерно с такими словами: «Вот, мы пришли, куда селиться, что делать». Нам показали место на 7-м этаже и сказали, куда приходить за заданиями. В итоге пробыли мы не так долго, через неделю друг застудил почки, врачи глянули и сказали вернуть кацапа, где рос. Но именно с той поездки началась для меня любовь к Украине.

После я приезжал не один раз и теперь езжу (кто не в курсе, для этого вам должны заранее сделать приглашение и прислать в Россию). Закончил курсы политического менеджмента (в России нет свободных выборов, а соответственно подобные курсы немассовы, полулегальны и качество их страдает), сейчас приезжаю по работе — у компании есть офис в Украине.

Сам я активист со стажем. В партиях и организациях не состою, люблю акции прямого действия и митинги (если что, это в России все запрещено, даже пикеты уже: если еще удивляетесь, что это русские такие несмелые, то могу сказать: у нас человек, который подержался за не свою и сдутую надувную уточку на митинге 5/05/2018, потом год сидел в СИЗО). На данный момент чего-то яркого протестного нет, тех, кто еще как-то шевелится, добивают разными способами. 

В Украине я почувствовал потенциал как гражданский, так и вообще другие культурные особенности. Также в Украине чувствуешь, что люди есть в городе, они в нем живут и участвуют. В России (тут скажу только за не-
сколько регионов, за все сказать не могу) делается все, чтобы люди в городе не находились, максимум — перемещались между двумя точками. В Киеве (последний раз я был в середине мая) люди спокойно гуляли по центру и были открыты к общению.

Я мог бы рассказать еще много историй про мои отношения с Украиной, но, думаю, уже пора подытожить следующими важными моментами.  Майдан — это память и опыт не только украинцев, но и русских, которые там были. Украина для русского — это как минимум страна, где очень вкусно, очень красиво и можно свободно перемещаться по городу. Даже моя аполитичная коллега из России, будучи со мной в командировке в Киеве, очень удивлялась: «Смотри, люди собрались вместе и их никто не разгоняет». Еще. В разной степени у нас люди понимают, что в стране творится что-то неладное. И у каждого свой способ и степень выражения своих чувств. Для кого-то и сказать устно такое — сложно, кто-то имеет возможность посвящать этому все свое время. Лично я считаю себя виновным в том, что войска моей страны напали на Украину. Потому что на мне, насколько бы то ни было невозможным к исполнению, но лежит ответственность за действия условно, но выбранного нами руководства страны. К сожалению для себя, я не могу по разным причинам отдавать все время гражданской активности. Я должен работать, мой единственный родственник — 70-летняя мама (которая работает врачом на 2,5 ставки, получая за меньше — в области недоукомплектовка врачей только официально 58 процентов). Но надеюсь, что моя лепта станет одним из тех камушков, что разрушат систему рано или поздно. И в России тоже наступит демократия.

Татьяна ФЕДОРОВА  (Москва, биолог):

— К сожалению, у меня не так много связей с Украиной. Учась в школе, несколько лет подряд в составе группы была в тогда еще украинском Крыму. Мы с ребятами воспринимали такую поездку как престижную и заграничную. Было удобное недорогое сообщение, обстановка для школьников была комфортная и безопасная. Помню, как на одной из экскурсий мы зашли в мечеть и поговорили с интеллигентным, образованным молодым крымским татарином. Благодаря этому человеку я стала воспринимать ислам не хуже, чем более привычную мне христианскую культуру. В те времена, более чем 10 лет назад, Крым действительно был «нашим», мирно находясь в составе дружественного государства. Не представляю даже, что происходит на полуострове сейчас. Слышала и читала разное, но явно жить там лучше не стало никому. Теперь туда добраться физически сложнее и дороже. Определенно, теперь это не лучший вариант для детского отдыха. Надеюсь, что когда-нибудь отношения между нашими народами наладятся и все станет как прежде. Желаю украинскому народу счастья и процветания, а также никогда не повторять наших ошибок!