Когда же будем зарабатывать на Луне? или Почему космическая держава не смотрит в сторону космической отрасли

Украина принимает участие во многих международных космических проектах, в том числе сотрудничаем с Европейским космическим агентством (ЕКА) — ракета-носитель «Вега» летает с украинским двигателем. Но почему Украина все никак не получит членство в ЕКА? Почему у нас за все годы независимости только один космонавт — Леонид Каденюк — побывал в космосе, да и то на чужой ракете? Почему Илон Маск, а не мы, запускает многоразовые ракеты? Ведь соответствующие разработки наши специалисты вели задолго до Маска. И даже проект базы и поселения на Луне у нас уже есть, но остается на бумаге.

Тогда как другие космические державы (в частности, США, Россия, Китай) закладывают освоение естественного спутника Земли в свои программы, имеют амбициозные лунные проекты и активно работают над их реализацией. Причем сегодня рассматривают Луну в качестве шага к освоению Марса. Украинская же космическая держава, к сожалению, сегодня о Луне даже и думать не смеет.

Последняя государственная космическая программа Украины действовала в 2013—2017 годах. На дворе уже 2019-й, а мы до сих пор не имеем новой программы развития отечественной космической отрасли. Проект закона «Об утверждении Общегосударственной целевой научно-технической космической программы Украины на 2019—2023 годы» (регистр. № 9457 от 28.12.2018 г.) в прошлом году внесен правительством в Верховную Раду, но еще и не рассматривался. Что с ним происходит и что именно закладывается в новую космическую программу, рассказывает председатель Государственного космического агентства Украины (ГКА Украины) Павел Дегтяренко (на снимке).

— Павел Глебович, расскажите, пожалуйста, какова на сегодняшний день ситуация с «космическим» законопроектом.

— Ситуация с космической программой меня очень огорчает. В прошлом году в течение трех месяцев мы довольно плодотворно сотрудничали со многими органами государственной исполнительной власти, с общественностью и согласовали текст космической программы со всеми ведомствами, учли все дельные замечания. А те, которые не учли, согласовали с теми, кто их предлагал. Пришли к соглашению. И такой последовательный проект был внесен Кабмином в Верховную Раду 28 декабря прошлого года. В течение 2,5 месяца законопроект был рассмотрен всеми профильными комитетами парламента, в том числе и в нашем профильном — промышленной политики. Во всех комитетах проект программы получил одобрение. Несколько раз были попытки вынести его на пленарное заседание. Законопроект даже дважды попадал в повестку дня, но ни разу у депутатов не дошли руки, чтобы его рассмотреть. Надеемся, что что все-таки космическая держава посмотрит в сторону космической отрасли.

— Какие направления развития отрасли заложены в новой программе?

— Прежде всего отмечу, что эта космическая программа Украины очень прагматичная — в отличие от предыдущих, формировавшихся на базе предложений и возможностей предприятий отрасли. К сожалению, ни одна космическая программа не была полностью профинансирована. Как правило, это была треть от нужного объема. И вследствие этого ни одна программа не была выполнена.

Из-за недофинансирования несколько проектов свернули. В частности, проект «Циклон-4» (украино-бразильский «Alcantara Cyclone Space», согласно которому Украина должна была помочь построить космодром в Бразилии и запустить оттуда РН «Циклон-4». — Авт.). Бразильцы вышли из этого проекта в некоторой мере и из-за того, что несколько раз пытались довести объем финансирования до необходимого для его реализации, срывали сроки финансирования и из-за определенных политических проблем. И сейчас Генпрокуратура продолжает вести следствие по этому вопросу. На мой взгляд, это последствия коллективной безответственности именно в органах государственной власти.

— Припоминаю, что эта история с «Циклоном» началась давно, еще при Януковиче.

— Даже раньше. Подписали еще при Кучме, в 2004 году. А, собственно, реализация началась в 2007-м. К сожалению, этот проект уже погиб…

— Вообще? Как будто «Циклон» еще не похоронен.

— Ну, ведь бразильцы вышли из проекта... Но да, есть его реинкарнация уже на коммерческих началах (речь идет о запуске РН «Циклон-4М» в Канаде. — Авт.).

Так вот. Проект новой космической программы построен на удовлетворении насущных нужд государства. Сегодня государству прежде всего нужны собственные глаза и уши. Мы должны создать группировку собственных космических аппаратов дистанционного зондирования Земли (ДЗЗ) и вывести собственные космические аппараты (КА) связи. Также мы должны развивать научно-технологические, научно-космические исследования и ради этого запланированы выводы на орбиту двух научно-технологических КА — «Микросат» и «Южсат».

— Это малые спутники?

— Да, это маленькие спутники. Один из них 300 кг весом, а второй — приблизительно 60 кг.

Кроме того, начиная с 2021-го планируем ежегодно выводить по одному аппарату ДЗЗ с таким расчетом, чтобы приблизительно за семь лет у нас на орбите существовала собственная группировка из шести—восьми КА, которые бы позволяли ежедневно снимать нужные фрагменты поверхности Земли. И таким образом иметь собственную оперативную информацию для силовых ведомств, для хозяйственного назначения и т. п. Таким образом: ДЗЗ, космическая наука, международное сотрудничество.

Также в программу закладывается определенная доля финансирования для участия украинских компаний в международных проектах с фирмами Европейского космического агентства для дальнейшего вступления туда Украины. Чтобы стать ассоциированным членом ЕКА, надо сначала вести совместные проекты, принять политическое решение о вступлении Украины в ЕКА и платить ежегодные членские взносы.

— А как же «Вега»?

— «Вега» — не совместный проект. Украина в нем ничего не финансирует, а выполняет заказ на поставку двигателя. Речь идет о совместных проектах, финансирующихся на паритетных началах. Мы финансируем участие наших компаний в совместных с европейцами проектах. Для этого тоже заложено необходимое финансирование: около 2 млн евро в год, или почти 60 млн грн.

Еще один блок — украинские образование и наука. Здесь заложены средства на оплату исследований, которые будут проводить украинские вузы, на оплату работ по имплементации европейской космической нормативной базы для Украины. И так далее. Это наши основные направления.

— Сколько средств предусмотрено на программу?

— Общая сумма — немного меньше 28 млрд гривен. Из них всего 4 млрд — бюджетное финансирование. Остальное — это средства, которые могут привлечь наши предприятия на внешних рынках благодаря выполнению этой программы, ее бюджетной части. Если наши предприятия не получат финансирование по бюджетному заказу, они не смогут задействовать средства внешних рынков.

— То есть, потраченные бюджетные средства приведут за собой и другие инвестиции.

— Именно так! Кстати, благодаря такому подходу обязательные платежи, которые уплатят предприятия в бюджет, будут больше, чем те средства, которые государство должно будет заплатить за выполнение насущных для нее потребностей!

— Значит, эта космическая программа выгодна для страны.

— Конечно, это выгодно.

— А исследование Луны снова не заложили?

— К сожалению, да. Смотрите: в течение полутора лет, как я уже глава ГКА, государством почти ничего не выделялось на выполнение даже неотложных нужд. А тут мечтаем о какой-то Луне. Якобы. Но…

— Так исследования Луны тоже могут деньги принести!

— Конечно! Но для этого Украина должна финансировать определенную долю этой большой программы. Например, заказать своим предприятиям определенный элемент общей системы. Или это может быть некий транспортный корабль для перелетов между орбитами Земли и Луны, или некий посадочный модуль, который бы спускал на поверхность Луны грузы и людей и забирал бы их обратно с поверхности Луны. Этакий многоразовый аппарат. Или некий модуль окололунной космической станции. То есть, что-то Украина должна сделать. И тогда, профинансировав где-то 1% или 1,5% от общей стоимости всей лунной программы, страна могла бы пользоваться всеми 100% ее научных результатов. Кстати, так же, как это делается в программе международной космической станции или в программе большого андронного коллайдера в Швейцарии: финансируют совместно и результатами пользуются все сполна. Так и здесь.

— Как, по вашему мнению, смена власти может повлиять на утверждение законопроекта?

— Я все-таки надеюсь, что с новой командой нашей власти мы найдем общий язык. Ну вот смотрите: стоимость космической программы приблизительно 1 млрд грн в год. Это меньше, чем стоимость одного футбольного стадиона. Это меньше, чем стоимость реконструкции Шулявского моста в Киеве. Вложения же в космос очень выгодны. Конечно, здесь не получишь быстрых денег. Ракетно-космическая деятельность — тяжелый умственный труд, где деньги даются с огромными сложностями. Однако у наших предприятий есть новейшие знания, есть необходимые компетенции, есть новейшие технологии для того, чтобы эффективно выполнять эти проекты и зарабатывать на этом средства. Мировая практика свидетельствует, что вложенный в космос 1 доллар приносит от 8 до 15 долларов прибыли.

— Теперь вопрос более приземленный. Что ожидает впереди флагманы отрасли — КБ «Южное» (КБЮ) и завод «Южмаш» (ЮМЗ)? Имеете какие-то планы в отношении этих государственных предприятий?

— Планы есть. Сегодня КБ «Южное» очень активно работает на мировых рынках, находит новые заказы для себя, и не только для «Южмаша», но и для других — как космической отрасли, так и для почти сотни других предприятий и институтов Украины. ЮМЗ определенным образом идет в фарватере разработок КБЮ, потому что он сориентирован на реализацию разработок именно этого конструкторского бюро.

Есть очень много наработок по космической тематике и по средствам ракетно-реактивного вооружения для Вооруженных Сил Украины. Сейчас находимся на переломном этапе, когда в этом году по этим разработкам должны состояться испытания, и после постановки на вооружение начнется их серийное изготовление для ВСУ. Как только начнут выполняться заказы для Вооруженных Сил, можно будет выходить с этими образцами на внешние рынки в мире. Поскольку данное вооружение разрабатывается с учетом реального опыта боевых действий на востоке Украины, это вызовет довольно большую заинтересованность на внешних рынках. Поэтому можно будет не только вооружать собственную армию, но еще и зарабатывать на этом для дальнейшего развития как космических технологий, так и оборонных. Таким образом, несмотря на то, что сейчас достаточно тяжелые времена, особенно на «Южмаше» (после того, как компания S7 прекратила дальнейшее финансирование изготовления ракет-носителей для «Морского старта»), в ближайшее будущее смотрим с оптимизмом.

— Ранее собирались оба предприятия объединить в одну мощную компанию. Эту идею уже оставили?

— Нет. Но ведь надо, чтобы каждое действие приводило к позитивному эффекту. Это как в любой хирургической операции — когда хирург делает первый разрез, он уже знает, чем зашьет. Вообще идея хорошая. И мы посмотрели: если сейчас механически объединить КБЮ и ЮМЗ, то утонут оба предприятия. Но для того, чтобы их эффективно объединить и сделать вертикально интегрированную структуру на базе КБЮ и «Южмаша», нужно предпринять определенные трезвые шаги. Необходимо договориться с правительством, с государством, чтобы на определенный период реструктурировать долги ЮМЗ. Надо оценить, что реально нужно для ракетно-космической деятельности предприятия, а что является лишним балластом, и от этого балласта избавиться. После этого можно действительно проводить объединение — чтобы с максимальной эффективностью использовать потенциал обоих предприятий.

Наталия БИЛОВИЦКАЯ (специально для «Голоса Украины»).