Автор книги Алексей Паталах в форме Черноморского казацкого войска.

Фото автора и иллюстрации из книги «Станиці над Бугом».

Забытых героев вернул военной истории Украины херсонский краевед и геральдист Алексей Паталах. Герои эти — из Бугского казацкого войска, появившегося в южных степях в 1796 году, после уничтожения Запорожской Сечи. Об этом его книга «Станиці над Бугом», которая полна неожиданных открытий. Она вышла в киевском издательстве Tempora.

Как украинцев иноземцами подменили

Современные украинские ученые обходят стороной тему бугских казаков, пребывая в плену представлений, насажденных казенными историографами еще Российской империи. В частности, авторитетные историки ХІХ века Евдоким Зябловский и Аполлон Скальковский в унисон твердили, якобы в войско шел кто угодно, только не украинцы — сербы, валахи, болгары, греки, арнауты (албанцы). И появилось оно, дескать, на пустом месте, под предводительством польского эмигранта Петра Скаржинского. Потому якобы и к прошлому Украины войско имеет лишь косвенное отношение. Но Алексей Паталах «раскопал» в Областном государственном архиве Херсона подборку сенсационных документов — так называемых исповедальных списков, которые обязательно пересылали в епархиальное управление священники всех церквей. В том числе и «казацких приходов». А там оказались преимущественно «малорусские» фамилии — Чигиринский, Цимбалюк, Никоященко, Рыбалко и другие, производные от казацких прозвищ. По разрозненным оттискам геральдист даже сумел воспроизвести печати войска, приводя их рисунки в своей книге.

Поиски, растянувшиеся почти на десять лет, привели херсонского исследователя к истории создания так называемого Вербованного полка, на основе которого и формировалось Бугское казацкое войско. Тогда назревала очередная русско-турецкая война. Для противостояния турецким и татарским формированиям императрице Екатерине ІІ понадобилась легкая конница и бойцы, знакомые с тактикой маневренной войны. Потому пришлось прекратить преследовать участников разгромленной Колиивщины и заманивать их в «охочие люди», обещая земли, освобождение от налогов, возможность жить с семьями обычным укладом. Завербованные казаки принимали присягу в Николаевской церкви Винницы. А их хутора, потом получившие название станиц, раскинулись вовсе не на пустых землях, а на территории Бугогардовской паланки Войска Запорожского. В Херсонском, Ольвиопольском, Елисаветградском уездах их было более тридцати. Скажем, станица Матвеевка стояла как раз на территории нынешнего Николаева.

От Очакова до Парижа

Всего бугских казаков насчитывалось 5796 душ, из них не украинцев — только 1495, отмечает автор книги «Станиці над Бугом». И те «арнауты» довольно быстро украинизировались, что видно по записям церковных книг. В этих записях Абазы в следующих поколениях становились Абазенко, Урсулы — Урсуленко, Мунтяны — Мунтяненко. В том степном горниле «ковались» действительно бесстрашные воины, которые отличились едва ли не в каждой битве между Турцией и Российской империей. Упоминания о них можно встретить и сейчас. Например, в Свято-Николаевском соборе Очакова до сих пор сохранилась мемориальная доска в память об убитых и раненых во время штурма крепости в 1788 году. И там, рядом с упоминанием о раненом генерал-аншефе Александре Суворове, строки: бугских казаков погибло двенадцать человек, ранено четыре человека.

Целых четыре полка бугских казаков потом пошли на войну с Наполеоном, и там также покрыли себя бессмертной славой. В реляциях остались сведения о подвиге казака 3-го Бугского полка Карпа Молчанука (Мовчанюка). Когда под Бородино конница Польского корпуса прорвала линию обороны россиян, один из уланов почти домчался до командира артиллерии генерал-майора Карла Левенштерна. Карпо перехватил наездника, выбил его из седла и спас жизнь генералу, получив за это орден святого Георгия (солдатский Георгиевский крест). Таких подвигов на счету бугских казаков было множество. Даже в команду знаменитого Дениса Давыдова влились 60 добровольцев из 1-го Бугского казацкого полка. И закончил войну этот полк аж под Парижем, где пошел в атаку прямо на вражескую артиллерийскую батарею в пригороде Лавилет и успешно ее захватил.

Московская отплата за верную службу

Но какими бы храбрыми воинами ни были казаки, имперская администрация всегда относилась к ним с предостережением. Потомки свободолюбивых сечевиков и мятежных гайдамаков не имели шанса подняться в собственном войске выше есаула — всех старших офицеров им назначали «сверху». Казаков старались закрепостить или кусками отбирали у них угодья. А когда война с Наполеоном закончилась, со свободными станицами над Бугом решили покончить. Уже в 1816 году все полки Бугского казацкого войска превратили в регулярные уланские, а станицы — в военные поселения, с их аракчеевской муштрой. Конечно, казачество этого стерпеть не могло, и разгорелось восстание. Но его жестоко подавили, изъяв боевые флаги, а самых активных участников погнали под шпицрутены. К смертной казни приговорили 64 повстанцев, потом «милостиво» заменили ее солдатчиной, завершает историю гибели Бугского казацкого войска Алексей Паталах.

Такова была московская отплата за верную службу «братьям по вере».

Войско то погибло, но нерушимо стоят на могилах казацкие кресты, кое-где уцелели и возведенные станичниками храмы. А главное — живы потомки старинных казацких родов. На Николаевщине их до сих пор немало. Реликвии в этих семьях преимущественно не сохранились, однако память о своих прадедах и степной казатчине осталась.

Херсон.