Июль 1990 года. Митинг за демократическую Украину.

Фото Александра КЛИМЕНКО (из архива «Голоса Украины»).

 


Народные депутаты от Народной Рады Левко Горохивский, Олесь Шевченко, Левко Лукьяненко, Степан Хмара, Михаил Горынь, Богдан Ребрик, Ирина Калинец, Вячеслав Черновил, Богдан Горынь, Генрих Алтунян после голосования за принятие Декларации о суверенитете 16 июля 1990 года.

Фото Центрального государственного архива общественных объединений Украины.

Сегодня — День принятия Декларации о государственном суверенитете Украины

29 лет назад, 16 июля 1990 года, Верховная Рада приняла Декларацию о государственном суверенитете Украины. Этим актом украинский народ через 70 лет после эпохи Украинской Народной Республики и освободительной борьбы 1940—1950 годов снова в полный голос заявил о своем стремлении к государственной независимости. «Принимая во внимание волю украинского народа и его извечное стремление к независимости, подтверждая историческую весомость принятия Декларации о государственном суверенитете Украины 16 июля 1990 года, Верховная Рада постановляет: считать 16 июля Днем провозглашения независимости Украины и ежегодно отмечать его как государственный праздник», — гласило принятое в этот же день Постановление Верховной Рады «О Дне провозглашения независимости Украины».

От депутатов союзной республики до парламентариев независимого государства

Не будет преувеличением утверждать, что именно в течение рассмотрения проектов Декларации, которое в пленарном режиме продолжалось с 28 июня по 16 июля, избранный 4 марта 1990 года новый состав Верховной Рады УССР осуществил стремительную эволюцию от народных депутатов союзной республики до парламентариев фактически независимого государства. И в этом огромная заслуга представителей национально-демократической Народной Рады, которые, несмотря на пребывание в меньшинстве (125 мандатов из 450), уже через несколько месяцев сумели убедить большинство народных депутатов поддержать идею суверенитета и независимости Украины.

Как отмечал вчерашний диссидент и политзаключенный, а в июле 1990 года — глава только что созданной Республиканской партии народный депутат Левко Лукьяненко, обращаясь к представителям консервативной коммунистической «группы 239», еще год назад КПУ смотрела на сине-желтый флаг как на опасное проявление национализма и направляла подчиненные силы на борьбу с ним, полгода назад КПУ не предполагала, что представители Украинского Хельсинского союза могут стать народными депутатами и им придется сидеть рядом с ними, а существование в СССР многопартийной системы казалось весьма проблематическим делом. «Теперь это стало реальностью. И очень скоро такой же реальностью станет создание независимых государств на руинах великой российской империи. А пока наш консервативный блок сопротивляется этой идее, как сопротивлялся до сих пор всякой новой идее. Между тем идея самостийности Украины для украинского народа была всегда понятной и желанной, и только ужасный красный террор заставил его замолчать да и то не совсем. Таким образом, согласно историческому развитию человечества, впереди у Украины полная государственная независимость. Приветствуя дух свободы после долгого бесправия, приветствуем национальную свободу как ясный день после кошмарной долгой ночи», — заявил он 11 июля 1990 года.

Правда, со временем Л. Лукьяненко в разговоре вспоминал: и сам не надеялся, что создание на руинах Советского Союза независимых государств будет настолько быстрым. Тем более, что даже после включения этого вопроса в повестку дня коммунистическое большинство не скрывало: рассматривает возможное принятие Декларации как вынужденный шаг перед подписанием нового союзного договора. И даже с учетом этих намерений реальная работа над проектом Декларации началась лишь после того, как 12 июня 1990 года «старшие братья» во время первого съезда народных депутатов Российской Федерации приняли Декларацию о государственном суверенитете России. Еще одним фактором, ускорившим разработку документа, стало отбытие большой делегации народных депутатов во главе с Председателем Верховной Рады и в то же время Первым секретарем ЦК КПУ Владимиром Ивашко в Москву для участия в ХХVIII съезде КПСС. Так что после того, как по требованию оппозиции парламент проголосовал за отзыв народных депутатов—делегатов съезда для неотложного рассмотрения Декларации, В. Ивашко прислал письмо, что складывает с себя полномочия Председателя Верховной Рады, и дальше заседания вел Первый заместитель главы парламента Иван Плющ.

Суверенные, но в пределах обновленного Союза

Представленный Президиумом Верховной Рады УССР проект Декларации вполне ожидаемо отображал позицию КПУ, по которой Украина рассматривалась как «суверенное государство в составе Союза с другими республиками». 28 июня 1990 года, когда началось пленарное обсуждение проектов Декларации, народный депутат Сергей Дорогунцов во время представления проекта президиума вопреки высказанному реверансу, что понятие государственного суверенитета предлагается определить как «верховенство самостоятельность, полноту и неделимость власти республики в пределах ее территории и независимость и равноправие республики во внешних отношениях», значительное внимание уделил будущим отношениям в пределах «обновленного Союза». В частности, в разделе, посвященном подписанию нового союзного договора предлагалось заметить, что только народ УССР и избранная им Верховная Рада могут определять государственный статус Украины в Союзе и только они могут делегировать Союзу полномочия, которые принадлежат УССР как суверенному государству, или вернуть себе те или иные полномочия. Для обеспечения суверенных прав Украины в пределах Союза предлагалось записать, что «Конституция Союза и законы, которые вносят в нее изменения, вступают в силу на территории республики только после ратификации Верховной Радой УССР» и что любой нормативный акт союзного органа государственной власти, который будет выходить за пределы определенных союзным договором полномочий и нарушает суверенитет УССР, будет считаться недействительным. Также обуславливалось право свободного выхода Украины из Союза.

Обсуждение превратилось в манифестацию независимости

У представителей Народной Рады было понимание, что им не удастся провести свой документ, поэтому внесение альтернативных законопроектов рассматривалось ими как возможность для агитации и усовершенствования предложенного президиумом проекта Декларации. В частности, народный депутат Сергей Головатый предлагал четко записать, что на территории всей республики соблюдается верховенство Конституции и законов УССР, и исключить из проекта Декларации положения о новом союзном договоре.

Народный депутат Юрий Гнаткевич назвал свой проект не Декларация, а «Постановление о государственной независимости УССР». Он напомнил, что Украина в своей истории дважды — в 1654-м и 1922 году — заключала договора с Россией, однако ничего хорошего из этого не вышло. Ю. Гнаткевич также поддержал изъятие из проекта президиума пункта о новом союзном договоре и подчеркнул, что «сначала нужно провозгласить независимость, самостоятельность украинского государства, а уже это государство будет иметь право заключать договора».

Наиболее радикальным был проект Декларации народного депутата Степана Хмары, в котором предлагалось денонсировать союзный договор 1922 года и восстановить независимое Украинское государство. В отличие от представленного президиумом проекта, где просто констатировалось, что «в 1922 году Украинская республика вместе с советскими республиками (Россия, Беларусь и Закавказье) объединилась в Союз ССР на основе союзного договора», С. Хмара подчеркивал, что «союзный договор 1922 года де-факто стал результатом военной аннексии Украинской Народной Республики большевистской РСФСР и был подписан созданным оккупационной властью марионеточным правительством УССР, которое не имело на это полномочий от украинского народа. Исходя из этого, С. Хмара предложил денонсировать союзный договор 1922 года, а экономические отношения с другими республиками осуществлять путем заключения прямых соглашений. Также он подчеркнул необходимость немедленного создания собственных

Вооруженных Сил, органов госбезопасности, прокуратуры, таможенной службы, независимой финансовой системы, института республиканского гражданства, а также предлагал сменить название государства на Украинскую республику, подтвердив при этом государственный статус принятой в 1918 году УНР национальной символики — сине-желтого флага, герба-трезубца и национального гимна «Ще не вмерла Україна...».
Фактически С. Хмара предложил пойти по пути, который на то время уже прошли Балтийские республики и Грузия, провозгласившие в декларациях восстановление своей государственной независимости. Так что, называя свой проект Декларации Манифестом независимости, он подчеркнул, что до создания новой Конституции и преобразования Украины в полноценный субъект международного права «мы не можем даже поднимать вопрос о за-
ключении каких-либо политических союзов с кем-либо».

Поскольку до 28 июня такие выступления с наивысшей парламентской трибуны еще не звучали, то представители «группы 239» восприняли призывы С. Хмары крайне неоднозначно. Однако далее к его голосу присоединились другие народные депутаты и постепенно идея независимости Украины уже не вызывала такого непринятия.

В частности, к теме УНР также обратился народный депутат Владимир Шлемко, который заявил, что после уничтожения суверенного Украинского государства большевики образовали марионеточную УССР, которая и подписала нелегитимный союзный договор 1922 года. «Предлагаю создать парламентскую комиссию, которая бы детально изучила все, что связано с этим договором, и представила свои выводы сессии Верховной Рады, а мы должны руководствоваться Четвертым универсалом 1918 года, который провозглашал независимость Украинской Народной Республики», — сказал он и подчеркнул, что предложенный президиумом проект Декларации предусматривает подписание нового союзного договора, который дискредитирует само понятие суверенитета.

Народный депутат Иван Заец заявил, что наше государство — Украинская Народная Республика — сложилось в ходе освободительной борьбы 1917—1918 годов на основе осуществления украинской нацией ее неотъемлемого права на самоопределение. Поэтому, по его мнению, включение в Декларацию положения о союзном договоре без принятия новой Конституции и утверждения Украины как полноправного субъекта международных отношений приведет к повторению 1922 года со всеми его негативными последствиями.

На том, что союзный договор 1922 года был подписан не с суверенным государством, а с аннексированной территорией, акцентировал внимание и народный депутат Левко Горохивский. «В 1918 году в Бресте был подписан мирный договор между правительством большевистской России при посредничестве зарубежных стран, который признавал украинское государство самостоятельным. Но уже через несколько месяцев Красная Армия вторглась на территорию Украины», — напомнил он и призвал строить отношения с союзными республиками на основе двусторонних равно-правных договоров.

«Учитывая исторические события 1917—1920 годов, а именно то, что Украина была суверенной, исходным пунктом Декларации должно быть восстановление независимости во всей ее полноте», — заявил народный депутат Владимир Колинец.

На том, что предложенный президиумом проект Декларации фактически утверждает, что украинская нация только сейчас хочет самоопределиться и что у нас никогда не было IV Универсала УНР, акцентировал внимание народный депутат Николай Поровский.

Так что чем дольше продолжалось обсуждение, тем чаще звучали заявления о недопустимости включения в Декларацию положения о союзном договоре и о необходимости денонсации договора 1922 года. Например, 
9 июля народный депутат Роман Лубкивский подчеркнул: чтобы достичь взаимопонимания и согласия с российским и другими народами, Украина должна вернуть себе правовой и международный статус времен УНР и уже потом решать, следует ли вступать с кем-то в договорные отношения. «Проблема выхода любой республики, следовательно, и Украины, из состава СССР, созданного в результате политических комбинаций по модели царской России, не должная никого отпугивать», — убеждал он.

На этом фоне Левко Лукьяненко предложил народным депутатам рассмотреть еще один короткий проект Декларации, пункт первый которого гласил, что «Украинская ССР приступает к выходу из состава СССР». Для осуществления быстрого выхода из Союза Верховная Рада должна была принять пакет законов, направленных на утверждение суверенитета украинского народа на своей территории и обязать Совет Министров УССР обеспечить необходимые для воплощения упомянутых законов в жизнь меры. По мнению Л. Лукьяненко, это должно было подготовить условия для провозглашения республики независимой и переименования УССР в УНР с заменой колониальной символики национальной.

«Бочку меда должны были принять с ложкой дегтя...»

Однако, несмотря на доминирование представителей Народной Рады при обсуждении, большинство в конце концов поддержало проект, который предложил президиум. Но во время постатейного рассмотрения в него удалось внести значительные изменения, в частности, после горячих дискуссий было поддержано предложение о замене в названии Декларации «УССР» «Украиной». А вот за-ключительное положение, которое отмечало, что принципы Декларации о суверенитете Украины используются для заключения союзного договора, изъять не удалось.

Между тем отметим, что заключительное положение Декларации о заключении союзного договора перекликается с похожим положением IV Универсала УНР относительно федеративной связи с народными республиками бывшей Российской империи.

Таким образом, как видим, и в начале, и в конце ХХ века большинство представителей политического провода Украины не отважились сразу провозгласить полную государственную независимость.

Со временем Л. Лукьяненко вспоминал, что как раз последнее предложение Декларации о союзном договоре он категорически не воспринимал, поэтому некоторое время даже думал голосовать против. «Но положительное содержание было настолько большим, что бочку меда должны были принять с этой ложкой дегтя», — отметил он.

Потому что и в самом деле, принятый 355 голосами «за» текст Декларации фактически содержал все атрибуты государственной независимости: государственный суверенитет Украины как верховенство, самостоятельность, полноту и неделимость власти в пределах ее территории, верховенство Конституции и законов Украины, независимость и равноправие во внешних отношениях, предполагалось введение украинского гражданства, собственных Вооруженных Сил, формирование банковской, ценовой, финансовой, таможенной и налоговой систем, собственного госбюджета и, по необходимости, своей денежной единицы.

Кстати

Государственный Центр Украинской Народной Республики в изгнании, оценивая принятие Декларации о государственном суверенитете Украины, в июле 1990 года отмечал, что в случае воплощения этого документа в жизнь немного осталось бы до осуществления полной суверенности и независимости Украины. «Мы верим, что уже в недалеком будущем украинский народ будет иметь возможность в свободной и независимой Украине выбирать свою государственную власть демократическим образом. А тогда, согласно постановлениям Х сессии Украинской Национальной Рады, Государственный Центр Украинской Народной Республики в экзиле будет считать свою роль законченной и передаст свой мандат правительству в столице независимого демократического государства — Киеве.

Тем актом будет привлечено то состояние, которое ІV Универсал Украинской Центральной Рады и Акт Соборности Украинской Народной Республики обеспечили украинскому народу и всем гражданам Украины», — говорилось в обращении Государственного Центра УНР.

Этот день наступил 22 августа 1992 года. Накануне первой годовщины независимости Украины президент Украинской Народной Республики в изгнании Николай Плавьюк в присутствии Президента Украины Леонида Кравчука, Председателя Верховной Рады Ивана Плюща и Премьер-министра Украины Витольда Фокина торжественно сложил полномочия главы Государственного Центра УНР и провозгласил молодое Украинское государство правопреемником УНР.