Антивоенный пикет в Санкт-Петербурге.

В Кремле опять заявили об опасности ядерной войны. И то, что Путин может запустить ракету в любом направлении, знают все. И отнюдь не Крым, который оккупационная власть хочет переименовать в Тавриду, является сакральной территорией России (украденная территория, как ее ни называй, своей землей не станет). Сакральная территория РФ — это зона агрессии, необъявленной войны, слез матерей,.. которой какая-то часть россиян гордится, а какая-то — отрекается. Но почему-то верится, что разрушить «скрепы» может только что-то изнутри. И это будет закономерным финалом строительства русского рейха, куда до сих пор возвращаются убитыми солдаты без чести.

Сергей ЛЁЗОВ (Москва, лингвист и правозащитник):
— С конца ноября 2013 года, с попытки властей разогнать студенческий Майдан, я следил за событиями в Украине каждый божий день. По «Украинской правде», по русской оппозиционной прессе. Особенно запомнился один яркий репортаж Аркадия Бабченко, кажется, декабрь 2013 года. Следил «с тревогой и надеждой», как сказал по другому поводу А.Д. Сахаров. После затухания нашей «снежной революции» (декабрь 2011-го — май 2012-го) мне думалось, может, теперь хоть украинцы вырвутся из этого серого постсовка. То есть синхронно, зимой 2013—2014 годов, я воспринимал Майдан, скорее, как демократическую революцию, нежели как «национально-освободительную», постколониальную. Я не смог противостоять желанию не приехать в Украину.

Взялся вместе с моим украинским коллегой Дмитрием Цолиным за организацию Летней школы по семитской филологии в Остроге. Мы уже провели три трехнедельные ЛШ в 2016—2018 годах. И надеемся на продолжение. У меня в Фейсбуке много украинских друзей (некоторые из них — друзья в старинном смысле этого слова) и поэтому я так или иначе узнаю и про сугубо внутриукраинские сюжеты от них. К русским СМИ я не обращаюсь сколько-нибудь регулярно. И вот думаю, что Крым придется отдать по принадлежности; эта нелегкая задача ляжет на плечи новой власти в России. А если русские граждане в восторге от «крымнаша» (я верю, что такие есть, но не в моей среде, конечно), то в основе своей это реакция болельщиков. Ну, знаете, вот болельщик сидит с пивком (и пивным животиком) у телевизора или на трибуне стадиона и болеет за славу русского хоккея или русского оружия. Неким непостижимым для неболельщика образом он чувствует себя причастным к победам и подвигам. Когда у человечества сойдет на нет психотип «болельщик», то и «крымнаши» сгинут. Желаю украинцам Победы идеалов демократической революции. Но вот когда наступит мир — я не знаю...

Макс ОЛЕНИЧЕВ (Санкт-Петербург, юрист по правам человека):
— Война — всегда ужасное событие, начало и окончание которого зависит от политиков. Какой бы ни был вопрос, думаю, что его можно решить мирным путем. Желаю жителям Украины уже скоро приезжать в Россию, не бояться россиян, самим решать, как поступать и что делать. Мне бы очень хотелось, чтобы между простыми людьми не было никаких противоречий, а политики несли ответственность за свои решения, и от этих решений никто не страдал.

Моя бабушка была украинкой. Она приехала в РСФСР, когда и там, и здесь была послевоенная разруха. Восстанавливала Ленинград, а в Петродворце родился отец. По происхождению, условно, получается, что я на четверть — украинец. Правда, какая еще кровь течет в нас, можем только догадываться.

В семье мы не обсуждали эти вопросы; были только украинские песни на застольях давно. Принадлежность к тому или иному этносу меня, правда, мало волновала, потому что по большей части это все условности, и сегодня каждый может сам выбрать, принадлежать к какому-либо этносу или нет. Вот разнообразие культур —  это то, что важно и всегда было мне интересно. И украинская культура мне всегда была понятна; во мне есть этот культурный код.
Украина — прекрасная страна. Приезжая, чувствуешь себя как дома. Киев — такой простой, сразу стал своим, понятным, захватывающим. Здесь всегда происходит интересный лингвистический опыт: говоришь по-русски — с тобой по-украински и вы друг друга почти всегда отлично понимаете.

Год назад, в День Незалежності України, наконец попал в Киеве на концерт «Океану Ельзи». Увидеть и услышать теперь их нельзя в России, не пускают. А там было такое искреннее единение десятков тысяч человек, с украинскими флагами и песнями, которые, казалось, знают люди всех возрастов. З Днем Незалежності, Україно!

Илья ЕРШОВ (Нижний Новгород, рабочий человек, далекий от политики):
— Понимаю недовольство многих украинцев россиянами, но вы должны знать, что войну на востоке Украины развязали не россияне, а Путин со своей командой. Многие россияне не поддержали и не поддерживают этого, мы выходили с маршами на протесты против войны с Украиной, против захвата Крыма и против наших собственных проблем внутри страны, против Путина, против его воровской банды.

Вот несколько дней назад произошёл обмен украинцев, захваченных Путиным, и русских наемников, взятых в плен в Украине. Я рад, что домой вернулись моряки и отсидевший более пяти лет несломленный Сенцов. Очень приятно, что их встречал Зеленский у трапа самолёта, а наши пленные никому не нужны были, или власть скрывает, что это были русские военнопленные. Но я надеюсь, что Украина вместе с лидерами Европы и Трампом смогут заставить Путина прекратить тлеющую войну на Донбассе и украинские молодые парни перестанут гибнуть.

Немыслимо, что в XXI веке в центре Европы идёт необъявленная война — и весь мир это должен понимать, а с уходом Путина с политической сцены можно будет решить вопрос с Крымом. Дорогие украинцы, не считайте простых россиян своими врагами, многие из нас связаны с вами родственными узами и для нас война — тоже горе, давайте вместе помолимся о скорейшем ее прекращении. И уже надо думать о том, как нам восстанавливать добрые отношения. Мы любим тебя, Украина!

Татьяна МЕДВЕДЕВА (из Москвы, живет в Хантингтон-Бич, журналист, поет):
— Все детство провела в Украине у своих родственников, я всей душой люблю Украину и украинский народ. Я верю, что захваченные территории (Донецк, Луганск, Крым), вернутся Украине как только рухнет путинский режим. Желаю Вам добра, созидания и счастья!

Анна БАБИЧЕВА (Москва, юрист, контент сайтов):
— Наверное, от безысходности в эти дни ко мне постучалась мечта о Махатме. Он будто бы стоит теперь рядом со мной и спрашивает: и что, неужели ничего нельзя сделать, кроме этих массовых бурь? И я возвращаюсь к мыслям о том, что должно же быть что-то еще, что-то, что заставит протрезветь от цинизма и эйфории и ратифицировать договор о ядерной безопасности, пытаюсь удержаться, заглушить рев абсурда, думать не о войне и хитроумном игноре и лжи про «беспорядки» в Москве, а о мирных тропинках для диалога между людьми. Освободили украинских моряков, Олега Сенцова — огромная радость. Но было ли это связано с доброй волей сторон? Как скоро освободят остальных? Когда освободят Костю Котова? Одного из организаторов ежедневного пикета «Всех на всех», моего товарища-сопикетчика.

В эти кафкианские (по концентрации бессилия) дни внезапно появился вопрос: могла бы я написать несколько слов про украинцев? Наверное, могла бы —  знаю очень хороших людей, с ними дружу, когда-то давно (в прошлой жизни) мы были в Киеве на Гогольфесте с лабораТорией и нашим «Големом». В невероятном пространстве Арсенала даже воздух внутри мне тогда казался живым. Картинками-вспышками стали в памяти кружить кадры — как, сбежав вечером, почти что летела в весенних сумерках Киева, смотрела прохожим в глаза — вспомнить о чудесной поездке было бы во всех смыслах целительно, но мысли все возвращаются в реальность преследования людей, участвовавших в протестах в Москве, где безнаказанно били дубинками, штрафовали и закрывают теперь по антиконституционной статье. 

Более 15 лет не смотрю телевизор, не выношу интонаций телеврунов. Как можно этот трэш воспринимать? Но если мы будем продолжать упорствовать в том, чтобы слышать только себя, или на том, что в реальности никакой войны нет с Украиной, всякая возможность настоящего диалога между людьми, который теперь еле дышит, — закроется уже навсегда. И никто и не вспомнит летящие констатации Бубера о Другом. И дело не только в том, что я пацифист, если мы сейчас не вернем словам их силу и затертые скепсисом смыслы, мы окончательно утонем в тотальности фейковых игр.

Мой дедушка был украинцем, один и другой, но не об этом я думала, когда Олег Сенцов, рискуя своей жизнью более 140 дней голодал, когда первый раз в жизни вышла с листовками. Отправить себя в картинки из весеннего Киева не получалось никак, в какой-то момент вспомнила о тексте, написанном во время голодовки Олега Сенцова, фрагмент: своими методами ненасильственного сопротивления Махатма Ганди добился независимости Индии и отмены расистских законов, он принципиально не занимал постов, раненная лапка животного волновала его куда больше пустой политической болтовни. Его интересовало поле живой мысли и действия. Его принципы и ценности мне предельно близки. Идеи ненасилия и пацифизма. До этого лета мне казалось, что таких людей, как Махатма, больше уже никогда не будет. Шаг Олега Сенцова, его голодовка и требование освободить других, не себя — подтверждение того, что Правда точно еще кому-то нужна, что раньше она имела значение. В прежние времена. Правда — как плоть и кровь. Раньше. Давно. Не сейчас. Поступок Олега на миг девальвировал огромную ложь, беспрецедентное чувство собственной важности, под которыми теперь погребены ясность, человечность, ясное зрение, расстрелял автоматизм, освободив место для движения навстречу диалогу для людей из разных миров.

Мы не можем в один момент изменить наше сверхциничное время, но мы можем меняться, двигаться и мечтать. Хрупкая надежда, но так и случилось: во время голодовки Сенцова стихийно возник ежедневный пикет с требованием обмена всех на всех, объединивший совершенно разных людей.

Этим летом снова меня выручали мысли о Махатме, родилась идея о мирных пикетах у зданий главных инфо-врунов в память о Ганди. Как было бы здорово, если бы такие пикеты прошли во всем мире. Уже почти год совершенно разные люди выходят и говорят: «Нет войне», требуя освободить пленных, требуя обмена, освобождения украинских и российских узников этой «невидимой» войны между нашими странами... На политические механизмы и сейчас не надеюсь, разве что на живых, еще полностью не утонувших в цинизме людей... Черновой набросок для плаката в память о Ганди (2 октября 150 лет со дня рождения) и из этого лета. Никогда не поздно вернуть из лап схоластики СЛОВО и ДИАЛОГ, послать подальше накопившийся скепсис, перестать терпеть кромешную ложь,.. вспомнить, что МИРНЫЙ осмысленный шаг можно сделать ВСЕГДА. Между людьми это станет возможно, когда случится в человеческом сердце.

Подготовила Наталия ЯРЕМЕНКО.

Фото из архива Ольги СМИРНОВОЙ.