Задержали фуру с краденым лесом. 7 мая 2019 года.

Фото предоставлено Евгением Лавриком.

«Лысые Карпаты» — это, к величайшему сожалению, не уникальное для Украины явление. Многие дельцы в других регионах также набивают карманы деньгами за подпольно проданную древесину, потому что живут по принципу «После меня — хоть потоп». Задержать таких вредителей непросто, так как для этого необходим не только высокий профессионализм, но и настоящий героизм.

Чужие среди своих

Роменский лесхоз, который входит в структуру Сумского областного управления лесного и охотничьего хозяйства, «разбросан» по территориям шести районов. Общая площадь лесных насаждений составляет всего 17,7 тыс. га, но чтобы доехать от рощи до рощи, вам придется преодолеть не один километр и сжечь не один литр бензина. А еще — лесные дороги похожи на специально созданные полосы препятствий. Вместе с расстояниями они усложняют и хозяйствование, в то же время снижая риски для «черных лесорубов», которым здесь удобнее спрятаться и проще убежать.

Несмотря на вполне объективные трудности, Роменский лесхоз, когда его возглавил Олег Сало, постепенно стал выходить в передовики. Собственно, и все Сумское областное управление лесного и охотничьего хозяйства — одно из лучших в Украине, а по некоторым важным экономическим показателям вообще лучшее, но речь сейчас не о том. Мы расскажем, как молодой директор Роменского лесхоза объявил войну лесокрадам и что из этого вышло.

Выяснилось, что лес воруют свои. Кто-то другой на месте Олега Сала не выносил бы сор из избы, а ограничился максимум внутренним расследованием. Однако он решил сделать все по закону. Такую позицию поддержало и руководство областного управления, которому директор лесхоза доложил о ситуации.

Надо не поймать, а «припечатать»

— Поймать вора непросто, — делится Олег Сало. — Особенно, когда он работает в сфере лесного хозяйства, знает здесь все ходы и выходы. А задержать надо так, чтобы «припечатать», чтобы потом не открутился.

Современные «черные лесорубы» используют утонченные «технологии», позволяющие избежать наказания. Могут нанять бездомного, которого заранее привозят в нужное место, дают еду, телефон и заставляют много часов наблюдать за подъездными дорогами. Если все спокойно, начинают резать и грузить лес. Как только появляется машина лесной охраны или работника лесхоза, который непричастен к «бизнесу», работу немедленно прекращают, а нагруженное выгружают. После этого доказать что-либо в юридической плоскости невозможно.

События, которые стали для Олега Сала своеобразной точкой невозврата, произошли в Недригайловском лесничестве Роменского лесхоза. Директор лесхоза называет фамилии действующих лиц, но мы их повторять не будем, так как полномочием ставить в таких делах последнюю точку наделен суд.

— Двое работников Недригайловского лесничества придумали схему незаконного обогащения, — говорит О. Сало. — 5 мая нынешнего года трактористы получили от них указание вывезти и передать третьим лицам лесопродукцию, которая находилась на территории 59-го квартала. Именно там проходила рубка главного пользования.

Директор лесхоза узнал, что кражу леса запланировали на 7 мая. Вызвали из Конотопского лесхоза вооруженный наряд лесной охраны. Вечером 6 мая охранники организовали засаду у лесной дороги, которая вела к 59-му кварталу. Когда воры в пять утра следующего дня расставили посты, а через какое-то время сюда приехали трактора, опасности никто из участников преступной группы не заметил.

— Незаконные рубки в Недригайловском лесничестве происходили уже давно, — рассказывает О. Сало. — Но слухи к делу не пришьешь, поэтому, пока у нас появилась реальная возможность задержать воров с поличным и задокументировать схему, прошло какое-то время.

«На войне проще»

Операцию по «нейтрализации» преступников осуществляла рейдовая группа под руководством Евгения Лаврика. Он — бывший спецназовец, участник боевых действий на Донбассе, возглавляет не только охранную структуру Конотопского лесхоза, но и областную общественную организацию «Лесовод-атошник», в которую входит около сотни человек.

— Вечером 6 мая мы залегли вон в той посадке, — показывает Евгений. — Знали, что утром они будут расставлять так называемые фишки, поэтому надо было заехать заранее. После пяти утра зашумели трактора. Мы дали им возможность загрузиться. Некоторое время работали бензопилы — они еще что-то дорезали. В шесть утра первый трактор уже выехал с участка, но мне посоветовали проследить, куда повезут древесину, и посмотреть, где стоит фура. Итак, мы первый трактор отпустили, а когда он возвращался и уже загрузился второй, перекрыли им дорогу.

Останавливать трактора пришлось очередью вверх из автомата Калашникова, после которой у воров сразу же отказали ноги и развязались языки. К тому времени уже прибыли вызванные на место происшествия полицейские. Вместе с ними лесные охранники задержали и исполнителей, и организаторов кражи, и большую нагруженную краденым лесом фуру с ривненскими регистрационными номерами.

— Казалось бы, что еще? — разводит руками Евгений Лаврик. — Мы взяли их всех с поличным. Трактористы дали показания, что им приказали вывозить древесину и грузить на «Вольво». Колоды были без бирок, без документов. Но меня по этому уголовному производству даже ни разу не допросили, а не так давно суд снял с преступников подозрение. Когда такое происходит, опускаются руки. Зачем мы работаем, если результата все равно нет? На войне было значительно проще...

Пеньки есть, а деревьев не было

Суд снял подозрение с фигурантов уголовного производства, потому что ему представили экспертное заключение: они не нанесли государственному лесхозу ущерб, так как кражи... не было. Не было, ведь украденной продукции де-юре не существовало. Согласно правилам, которые уже давно действуют в сфере лесного хозяйства, заготовленная древесина в конце рабочей смены должна быть поставлена на электронный учет, и после этого ее может видеть вся Украина. Но в Недригайловском лесничестве спиленные 6 мая деревья на учет не поставили, и если бы 7 мая лес благополучно украли, от него не осталось бы никаких следов — кроме, конечно, пеньков, которые без бумажек ничего не стоят.

Роменский лесхоз с «нулевым» экспертным заключением не согласился и заказал альтернативный. Его сделал местный филиал Госаудитслужбы с привлечением специалистов лесохозяйственного дела. Согласно этому документу, злоумышленники нанесли ущерб государственному предприятию не на ноль гривен, как было указано в первом экспертном заключении, а на 288 тыс. грн. По словам О. Сала, лесхоз подает жалобу на решение суда первой инстанции — для этого, собственно, и заказали профессиональную экспертизу.

Работала «черная» схема

Следы массовых краж леса видны не только в 59-м, но и в 107-м квартале Недригайловского лесхоза. От лучших и самых толстых деревьев остались только пни. И если в первом случае хотели украсть законно заготовленную, но просто не поставленную на учет древесину, то во втором — лес пилили без каких-либо разрешительных документов. Олег Сало говорит, что это делали те же люди, и снова называет фамилии, которые мы обнародуем после решения суда.

Резали воры не что-нибудь, а лучшие и самые дорогие дубы, которым по 100—150 лет. Стоит такой товар 25 тыс. грн за кубометр, поэтому вышеназванная сумма экспертной оценки в 288 тыс. грн — это стоимость всего 27 трехметровых колод, загруженных 7 мая в «Вольво». Кстати, эта фура с ривненскими номерами стояла на лесной поляне, абсолютно лишенной поросли, из чего можно сделать вывод: автомобили загружались здесь лесом часто, и Олег Сало успел наступить лишь на хвост хорошо отработанной схеме. Стоимость дубов, срезанных в 107-м квартале, эксперты оценили в почти 900 тыс. грн, но они исчезли абсолютно бесследно — не так, как 7 мая нынешнего года.
Справедливость должна быть с кулаками

После того как Олег Сало «расшевелил логово», в его адрес начали поступать угрозы. В частности, выяснилось, что у одного из фигурантов дела есть очень влиятельный родственник, работающий в Генеральной прокуратуре. Но не это сейчас волнует директора лесхоза — о родственнике доброжелатели предупреждали его и раньше. Беспокоит другое. В сентябре преступников уволили с работы, а в ноябре они решили вернуться в лес через суд. Основанием стало то, что решением другого суда с фигурантов уголовного производства снято подозрение, ведь они «украли то, чего не было».

Для Олега Сала теперь очень важна поддержка сверху и снизу. Его позицию полностью разделяет руководство областного управления лесного и охотничьего хозяйства, а глава общественной организации «Лесовод-атошник» Евгений Лаврик обещает мобилизовать боевых побратимов. Не для того, конечно, чтобы устроить в лесу АТО, а для того, чтобы никто не сомневался: справедливость все-таки есть, хоть за нее и приходится бороться.

Фото автора