Пять лет назад Владимир Путин подписал указ о дне неизвестного солдата в России. Это произошло после аннексии нашего Крыма и начала боевых действий на востоке Украины. Еще один миф в шкатулку «патриотических скреп» Кремля: 3 декабря — день памяти о неизвестных российских воинах, погибших в боевых действиях на территории РФ или за её пределами. День, который стал очередным дном и оправданием убийц. Кремлевские любят вытаскивать из кагэбэшного подвала совковую вату и забивать ею головы. Господи, да война ничего не спишет. Ни ненависть к «путинскому миру». Ни тем более кровь украинцев, разрушенные дома, слезы матерей!

Екатерина ДЕМИНА (Москва, режиссер, соавтор творческих проектов, художник):

— Очень трудно писать на эту тему, потому что война — это невыносимая рана, каждое слово может причинить боль чувствам и без того страдающих людей. Когда началась война с Украиной, мои лучшие друзья вышли на Красную площадь с плакатом «Путин — зло», потому что президент в ответе за внешнюю политику государства. Так я и отношусь к этой войне. Сейчас за такой плакат грозит реальный уголовный срок, ну а тогда они отделались задержанием и штрафом.

Для меня сам факт того, что с Украиной идёт война, невыносим, потому что более дорогого и родного народа для себя я не представляю! Митинги и протесты против войны, в которых я принимала участие, ничего не изменили, были просто проигнорированы. Но я продолжаю видеть, как актриса в театре может выступать со значком Украины, кто-то сознательно надевает цвета Украины... Все они рискуют, но продолжают свой тихий, но упорный протест...

Я не смотрю телевизор, поэтому не в теме пропаганды, но знаю, что многие по-настоящему обмануты ею... Хотя, слава Богу, среди моего близкого круга таких людей нет. 

Я влюблена в Одессу, самые дорогие мои друзья родом оттуда, а в Киеве живёт моя драгоценная подруга Ира, она была у меня на свадьбе 20 лет назад и мы до сих пор близки, радуемся тому, как растут наши дети. Как-то раз, когда велась всемирная кампания по освобождению Олега Сенцова и других пленных украинцев, Ира сказала мне: «Катя, ты понимаешь, у вас даже правозащитники почти ничего не говорят о войне с Украиной, для вас все это нереально. А мы каждый день слышим, сколько человек погибло, видим лица погибших. МЫ ЖИВЕМ НА ВОЙНЕ!». И она права, в России нет реальной информации вообще... Олег Сенцов, украинские моряки и другие пленные — вот, что мы узнали и за кого боролись, каждый, как мог... Но это совсем не помогло, если бы не Зеленский. И обмен... Никого бы не отпустили. Я думаю: я обязательно приеду в Киев, чтобы обнять Иру и поплакать вместе с ней! Для меня Украина — это она, ее семья! Это картины Евгении Гапчинской, это цветущие каштаны!

Живи, дорогая Украина! Мира тебе! Будь незалежна!

Иван ЧЕЧЕТКА (Чита, геолог):

— Что для меня Украина и Украинцы? Украина для меня — «Земля обетованная», родина моих предков. Украинцы — мои соотечественники. В конце XIX века мои предки отправились из Одессы на теплоходе «Россия» к берегам Дальнего Востока искать новую жизнь.

В Приморье и Приамурье с Украины переселились более 276 тысяч человек, 57 процентов всех переселенцев. Украинские крестьяне заселяли юг Приморья и Зейскую долину у Амура, которые по природе и ландшафту очень напоминали лесостепные районы Черниговщины и Полтавщины. Космополитический Владивосток начала XX века окружали сплошь украинские села, и, по свидетельству очевидцев, всех сельских жителей края горожане называли не иначе, как хохлами. Украинцы породили в Приморье массу географических названий в честь городов и местностей Украины — река и село Киевка, поселки Черниговка, Чугуевка, Славянка, Хороль и другие... Территории Приморской и Амурской областей, наиболее компактно заселенные выходцами с Украины, в украинском этническом сознании запомнились под именем «Зеленый Клин». Происхождение этого названия связывается с буйной зеленью растительности Приморья, а также географическим положением Южно-Уссурийского края «клином». И всегда Украинцы поддерживали свой жизненный уклад, который был у них дома.

В отношении украинских поселенческих земель на юге Дальнего Востока наряду с названием «Зеленый Клин» использовались также наименования «Новая Украина», «Дальневосточная Украина», «Зеленая Украина». В краеведческой литературе встречается название «Дальневосточная Украина».

Сами украинские крестьяне-колонисты в окрестностях Владивостока, по свидетельству этнографов, называли свой новый край «Приморщина» — по аналогии с Черниговщиной и Полтавщиной.

Так что у нас есть очень много сходства, а различия только в большом расстоянии от Родины.

Всё моё детство моя прабабушка пела нам песни на Украинском языке. И когда я слышу песни на Украинском языке, сердце переполняется теплом любви к Украине.

Украина для меня — это свобода!

И напоследок.

Несмотря на то, что я родился и живу в России, мне не все равно, что происходит в Украине. И я желаю добра этой прекрасной земле и счастья украинскому народу.

Я люблю Украину и Украинцев!!!

Елена НИГРИ (Москва, поэт, редактор газеты «Свет Марии»):

— Я коренная москвичка, всю жизнь прожившая в центре Москвы, но нигде мне не было так хорошо, как на украинской земле, в Киеве, на родине моих предков. Как ни странно, но все они оттуда: мой прадед родом из Белой Церкви, владел мыловаренным заводом, редактировал «Вестник мыловарения». Бабушка и дедушка — киевляне, дедушка окончил Киевский университет, медицинский факультет, работал врачом во время Первой мировой и гражданской войн. После его смерти, бабушка вышла замуж за другого, Николаевского Льва Соломоновича, которого назначили министром пищевой промышленности Украины, а в 1938 году расстреляли... В Киеве они жили на Институтской улице, дом 40, — как раз там, где шли самые ожесточенные столкновения во время Майдана. Папа мой, одесский грек, тоже переехал в Киев, где они и познакомились с мамой и учились в одной школе.

В Киев я приезжала девочкой к своим родным, гуляла вдоль Днепра, по Крещатику... Приезжала и взрослой, лежала под ивами, под мирным тогда еще небом. И так не хотелось ехать в Москву! После Чернобыльской аварии все мои родственники переехали в Штаты. Теперь там никого не осталось из родных, но Украину и украинский народ люблю всей душой! Когда болел папа, то ухаживали за ним две украинки, и вечерами они пели украинские песни, и папа молодел душой. А как они его вкусно кормили! Галушки, сырнички, борщи. И нас угощали, когда мы приезжали к отцу. Спасибо Украине!

А началась война с Украиной и потекла ложь с экранов телевизоров, не могла оставаться равнодушной — ходила на пикеты «Христианское действие», делилась мыслями с друзьями...

Игорь РОЗДОБУДЬКО (Москва, историк, активист Общины украинцев России)

— Историческая проекция

Наши казацкие летописцы рассказывают, что через несколько лет после начала Освободительной войны украинского народа под руководством Богдана Хмельницкого поляки наконец поняли, что, потеряв дружбу украинцев и ввязавшись в многолетнее кровавое противостояние с бывшими братьями, они очень быстро могут потерять и свою Речь Посполитую, которая не в состоянии выдержать такую продолжительную и изнурительную борьбу. Тогда польское правительство отправило уважаемых послов к украинскому гетману с надеждой восстановить старую дружбу. Старый гетман внимательно выслушал посланцев, а вместо ответа рассказал им одну притчу, которую услышал из уст народа. Эту притчу приводит в своей основательной работе «Богдан Хмельницкий» наш великий историк Николай Костомаров. В литературной обработке ее можно прочитать и на страницах романа Павла Загребельного «Я, Богдан». Вот ее текст.

«Давно, говорят, жил крестьянин, очень зажиточный, все завидовали ему. У него в доме был уж, который никого не кусал. Хозяева все время давали ему молоко в дыру, и он часто лазил среди семьи. Однажды дали маленькому мальчику, хозяйскому сыну, молока. Прилез и уж и стал лакать из кружки, мальчик ударил его ложкой по голове, и уж укусил мальчика. На жалобный крик ребенка прибежал отец, но уж успел спрятать в нору голову, а хвост не успел. Отец отрезал ему хвост. Мальчик умер, а уж остался калекой и не выходил из норы. В скором времени хозяин очень обеднел, побежал к знахарям и стал спрашивать: «Скажите мне, почему раньше было у меня много волов, коровы щедро доились, кобылы хороших жеребят приводили, овцы пышную шерсть имели, на пасеке роились пчелы; бывали и гости, и я мог помочь бедным. Всякого добра было достаточно, и вот через несколько лет все исчезло, и я стал беднее всех, что ни делаю, а все равно ничего не идет мне на пользу, что ни день — то хуже. Скажите, нельзя ли мне помочь?». Знахари ему ответили: «Пока ты хорошо обходился со своим ужом, он брал на себя все несчастья, которые угрожали тебе, а теперь, когда вы стали враждовать, все беды упали на тебя. Если хочешь снова счастья, помирись с ужом». Жена понесла ужу молока, но уж молоко съел и сбежал. Тогда хозяин стал призывать его к дружбе. «Напрасно ты заходишься, — ответил уж. — Как взгляну я на свой хвост — сразу возвращается раздражение, да и ты, как вспомнишь о сыне, сразу закипит в тебе возмущение. Поэтому хватит дружбы. Живи ты в своем доме, как тебе любо, а я буду жить в своей норе».

Так и между Украиной и Россией. Поссориться было легко, а помириться, переступив через реки пролитой крови, очень и очень сложно. Почему же об этом не думал Путин в 2014 году?

Подготовила Наталия ЯРЕМЕНКО.

Рис. Алексея КУСТОВСКОГО.