Эту историю рассказал Павлу Грицюку из Муравицы Млиновского района Ривненщины житель бывшего хутора Куца Иван Константинович Лукащук.

Чешские колонисты проучили вора

Происходило это в начале XX века. Под лесом возле Сатыева жили чешские колонисты — на Дубновщине они поселились еще в XIX веке. Компактное поселение, около 20 дворов, добротные здания и зажиточные хозяева.

Летним днем несколько местных детей собирали лесную землянику и на вершине одного из деревьев увидели незнакомца, наблюдавшего за их хутором. Конечно, об увиденном мальчишки рассказали родителям. И несколько хуторян незаметно подошли к этому дереву, чтобы узнать, кто и зачем забрался на его верхушку. Они узнали «лазутчика»: это был Лёнё — так в народе называли жителя Озлиева ростом больше двух метров, богатырского телосложения и невероятной силы. К сожалению, силу и физические преимущества перед односельчанами он использовал не для труда на земле, которой у него было несколько гектаров: наоборот — принуждал односельчан работать на себя. То есть, приходил к ним и без каких-либо вступлений приказывал:

— Иван! Там у реки, где смолотили пшеницу, моя земля. Прошу завтра вспахать. Не вспашешь — спалю!

И крестьянин бросал свои дела и шел пахать поле Лёня. Не секрет, что тогда фиксировались случаи поджога хозяйств. Причем Лёнё пускал красного петуха не сразу после отказа крестьян, а через год — таким образом отводил от себя подозрения. К тому же он принуждал людей не только пахать свою землю, но и косить, засевать поля.

Кроме того, он занимался еще одним промыслом: поставлял для свадебных застолий молодняк скота, который крал в отдаленных от Озлиева селах. Как правило, от его воровских рук страдали хозяева из сел и хуторов в 20 и более километрах от его села. Не секрет, что жители Озлиева и соседних сел, а также Млинова и Дубно пользовались услугами Лёнё, хотя и догадывались о происхождении доставленной им продукции. Обычно он клиентам говорил, что перепродает скот.

Куда исчез Лёнё?

И в тот день с верхушки дерева изучал ситуацию в чешской колонии, в частности, в какое хозяйство с пастбища зайдет телочка или бычок, чтобы, как стемнеет, «экспроприировать» скотину. По росту и телосложению колонисты вычислили Лёня, поэтому догадались, зачем он сидит на дереве: в селе фиксировались неединичные случаи, когда утром хозяева не находили в хлеву телку или бычка. Для него не было преград, чтобы проникнуть в сарай: с помощью специальной отмычки открывал замок любой конструкции.

Общество колонистов вооружилось палками, окружило поселение и стало ждать визита незваного гостя. Где-то после полуночи вор вышел из леса и взял курс на хозяйство, в котором присмотрел добычу. Он не боялся ни собак, ни хозяев. Сорвал с дверей замки, взял на шнурок телочку и повел ее в поле.

А за селом его окружили чешские поселенцы.

— Куда ведешь нашу телку? — в лоб ему вопрос.

Но Лёнё был не из трусов: с помощью ломика, которым срывал замки, бросился на мужчин. Но когда вор замахнулся ломиком, один из чехов из-за спины нанес сильный удар и перебил ему руку. Ломик выпал из рук. Одновременно с ломиком могучий Лёнё также бухнулся на землю: устоять после ударов палками по голове у него шансов не было...

В своем селе Лёнё больше не появлялся — пропал без вести. Через несколько лет Константин Лукащук, проезжая со знакомым чехом-колонистом через Сатыев, узнал о тайне исчезновения Лёнё.

За селом у дороги рос немалый дуб. Чешский колонист, указывая рукой на дерево, сказал:

— Вон там под дубом лежит Лёнё! И рассказал эту историю. Очевидно, и ныне кое-кому стоит обратить внимание на ее поучительное содержание, потому что на Ривненщине в последние годы участились случаи поджогов автомобилей, ресторанов, домов — такие себе современные Лёнё.

Млинов Ривненской области.