Моряк, писатель, издатель Антон Санченко во время презентации  книги.
Фото Георгия ЛУКЬЯНЧУКА. 

Как писал еще в начале прошлого века один из тогдашних историков, его имя «предано незаслуженному забвению». Оно до сих пор мало известно широким массам, хотя должно было бы быть вписано золотыми буквами в украинскую историю. Во время экспедиции знаменитый потомок казацко-старшинского рода (казаки Лисянские упомянуты в «Реестре всего войска Запорожского», составленного после Зборовского договора 1649 г.) проложил новые морские пути, уточнил карту мира, обозначив на ней новые, открытые острова и коралловые рифы и сняв обозначенные, но несуществующие земли, установил координаты острова Пасхи, исправив ошибку, допущенную британским первооткрывателем Джеймсом Куком, описал острова Кадьяк и Ситка, проводил систематические метеорологические, гидрографические и океанические исследования, собрал крупнейшую в империи этнографическую коллекцию и коллекцию ракушек и кораллов, которые представляли большую научную ценность. За участие в 18 морских кампаниях был награжден орденом св. Георгия, а за кругосветную экспедицию — орденом св. Владимира и золотой саблей. Юрий Лисянский — единственный из украинцев, кто встречался с первым американским президентом Джорджем Вашингтоном. Он автор путевых заметок «Кругосветное путешествие на шлюпе «Нева» (1803—1806)», переизданных недавно издательством «Темпора».

Составитель нового издания, писатель и переводчик Антон Санченко — один из тех, кто возвращает имя Юрия Лисянского в информационное пространство, в Киеве в рамках литературного конкурса маринистов провел ряд презентаций путевых заметок Юрия Лисянского.

Переизданная книга капитана с предисловием на современном украинском, остальные тексты — «малороссийским стилем», который использовал путешественник, то есть тогдашним книжным, на языке Феофана Прокоповича и Сковороды, в основе которого был старославянский с большим количеством украинизмов.

Интеллектуал, призванный морем

— Юрий Лисянский родился в 1773 году в семье настоятеля храма Иоанна Богослова в Нежине, в самом центре города, его домик сохранился, — говорит Антон Санченко. — Во время первой презентации книги нежинские депутаты проголосовали за то, чтобы этот домик передать под музей Лисянского. В одной половине дома жил сам священник, во второй — была церковноприходская школа. Думаю, капитан там нахватался книжного стиля еще с детства. В десять лет родители отправили его в Кронштадт, в морской кадетский корпус, где уже учился его брат Ананий, старше на семь лет.

В 1788-м, в связи с началом русско-шведской войны, все кадеты и гардемарины были выпущены досрочно, их повысили до мичманов (это был первый офицерский чин), и Лисянский, которому на то время исполнилось пятнадцать, был направлен в эскадру адмирала Грейга, принимал участие в нескольких морских битвах.

Юрий Лисянский в кадетском корпусе учился вместе со старшим на три года русифицированным немцем Иваном Крузенштерном. В 1793 г., вместе с ним и еще десятком перспективных офицеров, был направлен на практику на британский флот, где прослужил шесть лет и выучил английский язык.

— Во время стажировки было много приключений: Юрий Лисянский побывал на Карибах, в Северной Америке, Южной Африке, Индии, юго-восточной Азии, — продолжает Антон Санченко. — Он много путешествовал по США, во время аудиенции с Джорджем Вашингтоном ему предложили служить офицером на американском флоте, но Лисянский отказался.
Вернувшись в Российскую империю в 1803 году, наш земляк перевел с английского большую теоретическую работу шотландца Джона Клерка «Движение флотов».

— В Нежинском музее редкой книги есть это издание о тактике боя парусных флотов, это фолиант с большим количеством схем, — добавляет Антон Санченко.

Во время путешествия составлял подробные карты и изучал языки аборигенов

Первое морское кругосветное путешествие в Российской империи, вошедшее в романтическую литературу и кино, на самом деле было коммерческим проектом. Его организацию и финансирование взяла на себя недавно созданная Российско-американская торговая компания.

— Когда запланировали экспедицию в Русскую Америку, Юрий Лисянский был рекомендован в качестве командира одного из кораблей, — продолжает Антон Санченко. — В штат его записали раньше, чем Крузенштерна, который на то время был в отставке. В сентябре 1802 года Лисянский в Британии покупает для путешествия два шлюпа «Леандр» и «Темза», которые были переименованы в «Надежду» и «Неву», и за казенный счет пригоняет их в Кронштадт. И только тогда Крузенштерна назначают руководителем экспедиции. Российские биографы замалчивают этот факт, как и то, что Лисянский тогда был капитан-лейтенантом, а Крузенштерн — лейтенантом. Идти под началом младшего по званию Лисянский согласился только при условии, что Крузенштерн не будет вмешиваться в его внутренние дела.

7 августа 1803 года «Нева» и «Надежда» поднимают паруса и отправляются в кругосветное путешествие. Шлюп Юрия Лисянского должен был доставить грузы в российские колонии на острове Кадьяк и на Аляску. Когда после продолжительного перехода «Нева» подошла к берегам Русской Америки, выяснилось, что индейцы захватили российскую крепость и ограбили склады с мехами.

— Юрий Лисянский освободил крепость, — рассказывает Антон Санченко. — Находясь на Аляске, он много путешествовал на байдарке вдоль побережья. Одним из первых описал жизнь индейцев и алеутов. В его альбоме было много рисунков, подробных карт. В книге есть два словаря — гавайского и алеутского языков. 50 лет там уже находились русские, но их не интересовали научные исследования.

В путевых заметках Лисянского — детальное описание импортных и экспортных товаров в каждом порту. Во время путешествия капитан проявил себя еще и как успешный менеджер и коммерсант. На Аляске он взял полный груз морского котика, который удачно продал в Китае, а там купил другой товар для реализации в Петербурге. И если бы не это, то экспедиция прогорела бы, а так она дала 600 процентов прибыли.

В советское время о коммерческом аспекте экспедиции старались не говорить.

А еще Юрий Лисянский показал, что он порядочный человек, капитан, который заботится о своей команде. Экипаж «Невы» в отличие от команды Крузенштерна не болел цингой, ведь всегда был обеспечен свежими продуктами. Когда Крузенштерн с Гавайев отправился на Камчатку, Лисянский еще три дня стоял в порту, чтобы закупить достаточно свиней.

— Матросы Лисянского ценили, — продолжает рассказ Антон Санченко. — Когда на шлюпе подмоченные шкуры сушили, а испорченные выбрасывали, и был плохой запах на борту, в трюме и на носу, то он пустил матросов спать в кают-компанию. Это был пример заботы об экипаже, даже с нарушением устава службы на флоте. После рейса благодарный экипаж подарил капитану золотую саблю.

На островах и в странах, где пришвартовывалась «Нева», Лисянский собирал и выменивал у аборигенов предметы быта. Так он стал владельцем самой большой этнографической коллекции в империи, которую со временем передал в музей.

В Индийском океане два капитана поспорили, кто из них первым придет в Петербург. Лисянский, имея запасы пищи, от Маврикия до Плимута сделал рекордный переход без заходов в порты, поэтому перегнал Крузенштерна на целых две недели.

По возвращении из экспедиции, после трех лет плавания, Юрия Лисянского, повысив в звании, сразу же снова отправили в море командовать дивизионом кораблей. Антон Санченко считает, что таким образом его «убрали из Петербурга», тогда как Крузенштерна сделали начальником морского кадетского корпуса. И он написал свою книгу о морских походах на четыре года раньше, чем Лисянский.

Два тома путевых заметок российский адмирал Чичагов отказался печатать за счет морского ведомства из-за «малороссийского стиля повествования».

— Лисянскому в издании книги под разными поводами отказывали шесть раз, — говорит Антон Санченко. — Что касается «малороссийского стиля», то стиль у Лисянского очень хороший, легкий, ироничный. Язык, на котором он писал, понятен и сегодня, в отличие от книги Крузенштерна, написанной с характерными для той эпохи русскими витиеватостями. А над Лисянским всю жизнь насмехались из-за языка, украинского произношения. Чтобы издать свои заметки, он с братом, тоже морским офицером, продал родовое имение в Нежине и издал книгу за свой счет — два объемных тома и большой альбом карт экспедиции.

За тысячу с небольшим экземпляров Юрий Лисянский заплатил 12 800 рублей. Экземпляр заметок автор привез в родной город и передал в библиотеку гимназии высших наук, которую основал в начале XIX века князь Безбородько и где в 1820-х годах учился Николай Гоголь. Книга сохранилась, она в отделе редких изданий Нежинского педагогического университета, который носит имя автора «Тараса Бульбы». Второй ее экземпляр, тоже привезенный самим автором, есть в Харькове, в университете имени Каразина.

Юрий Лисянский вышел в отставку в чине капитана I ранга в 34 года и женился на баронессе Шарлотте, у них было шестеро детей. Полтора года морской офицер прожил в Лондоне, где перевел свои заметки на английский. В Британии издание имело коммерческий успех. После этого и Адмиралтейство вернуло капитану девять тысяч рублей, потраченных Лисянским на первое издание.

После выхода в отставку капитана известный портретист и иконописец, академик Петербургской академии искусств родом из Миргорода Полтавской области Владимир Боровиковский (1757—1825 гг.) нарисовал его теперь уже знаменитый портрет.

О боевом офицере, писателе, переводчике, картографе, океанографе, полиглоте из Украины напоминают остров Лисянского на Гавайях, полуостров на Аляске, гора на Сахалине.

Капитан I ранга Юрий Лисянский. 
Художник Владимир Боровиковский.

Иллюстрация из книги Юрия Лисянского «Кругосветное путешествие на шлюпе «Нева».