В экспозиции — витражный диптих «Время Ярослава Мудрого» и «Время Нестора Летописца» (на снимке). Первая часть диптиха посвящена эпохе величайшего расцвета Киевского государства в период Ярослава, создавшего династические связи со всей Европой, вторая — отображает выдающиеся события ХI—XII веков и людей, которые в это время творили и писали историю нашего народа.

— Сколько себя помню, мне всегда было интересно, что и как было раньше с моим родом, народом и каким будет наше будущее, — говорит Александр Мельник. — История была одним из любимых предметов в школе. Меня, школьника, удивляло, что историю СССР начинали «освещать» еще со времен государства Урарту, Киевской Руси, а историю Украины в нашей школе вообще не преподавали, хотя и был тоненький учебник, который начинался с эпохи казачества. Как будто до этого нас не существовало.

На самом деле история Руси-Украины имеет тысячелетнюю традицию государственного строительства и такую же древнюю культуру и язык, о чем и рассказывает витражный диптих.
— В центре композиции «Время Нестора Летописца» — фигура древнерусского подвижника, который передает свиток с надписью «Звідки пішла земля Руська...» мальчику, который должен продолжить начатое им дело, — отмечает художник.

Покровитель ученых и учителей сыграл чрезвычайно важную роль в процессах создания нации и государственного строительства. Он — первый историк Руси-Украины, составитель «Повести временных лет», автор «Чтения о святых князьях-страстотерпцах Борисе и Глебе» и «Жития преподобного Феодосия Печерского», который отстаивает целостность Русской земли, призывает помнить о величии предков и объединиться перед угрозой и который рассказал об истоках украинского народа и Руси-Украины.

Монах Печерского монастыря в летописи указывает, что на нашей территории жили славянские племена, «а називались вони так, де сиділи»: древляне (Житомирщина), драговичи (Беларусь), северяне (Черниговщина) и «поляни, або русь». Писатель Юрий Мушкетик отмечал: «Мы и без Нестора понимаем, почему поляне-русь так назывались, потому что сидели в междуречье Роси, Роськи, Роставицы. «Бо се тільки слов’янський народ на Русі, — писал Нестор, — поляни, древляни, новгородці, полочани, драговичі, сіверяни, бужани... А се — інші, які данину дають Русі: чудь, весь, меря, мурома, черемиса, мордва, перм, печера, ям, литва, зимигола, нарова, ліб. Ці мають свою мову».

У Нестора мы находим многочисленные сообщения, что русы либо воевали с чудью, мордвой, голядью и другими племенами, населявшими территорию нынешней России, либо брали их с собой на Византию.

Исследователи, в частности известный историк, первый ректор Университета святого Владимира Михаил Максимович, называют летописца украинцем. «Если у Нестора написано: «цариця», «у отця» и т. д. — нужно признать, что это написано украинцем», — подчеркивал он. Один из лучших знатоков русских летописей профессор Василий Яременко также подчеркивал: «Нестор Летописец — украинец. И в быту использовал украинской язык. Именно по этой причине украинская лексика льется сплошным потоком в «Повести»: «жито», «колодязь», «зоря», «посаг», «сварити», «приязнь», «туга», «сором», «стріха», «рілля», «рало»...» По мнению ученого, в «Повести» «нет ни единого русского слова».

Проблемой возникновения и использования украинского языка исследователи интересуются минимум двести лет. Как свидетельствуют запреты соловьиного в Российской империи, на определенных этапах истории эта проблема превращалась из научной в сугубо политическую. Наши северные соседи провозглашают украинский язык «русско-польским диалектом», то есть русским языком, испорченным польскими влияниями после распада Киевской Руси. Этот тезис впервые в середине XVIII века в своих филологических трактатах высказал Ломоносов. Его в позапрошлом веке подхватили российские политики, филологи,  и он до сих пор воспринимается ими как неопровержимая истина.

Всемирно известный ученый академик Агафангел Крымский, исследовав огромный фактический материал, утверждал, что живой украинский язык XI века «стоит посреди восточного славянства вполне уже обособленно» и во времена Киевской Руси украинский уже существовал.

В Ипатьевском списке «Повести временных лет» впервые в последней четверти XII века появляется и название нашей страны — Украина. Летописец, рассказывая о смерти переяславского князя Владимира Глебовича в 1187 году, писал: «І плакали по ньому всі переяславці... За ним же Україна багато потужила». В 1189 году князь Ростислав поехал «до України Галицької».