Операторы производственного участка фармацевтической компании «Микрохим» В. Голуб и  Е. Ткачева проводят настройку технологической линии.

Как продвигаются разработки отечественных препаратов против коронавируса, зачем украинскому фармбизнесу нужны закон о лоббизме, курс на импортозамещение и здоровый государственный протекционизм, а также почему именно отечественная фарминдустрия может стать флагманом развития экономики в условиях пандемии — в интервью с генеральным директором компании «Микрохим» Игорем ПОГРОМСКИМ (на снимке).

— Игорь, хотелось бы начать наш разговор с самого актуального вопроса сегодняшнего дня. Как продвигается процесс разработки отечественного генерического препарата против COVID-19, о котором вы заявили около месяца назад?

— Двух препаратов. Руководство нашей компании приняло решение перейти к разработке не одного препарата, как было заявлено ранее, а уже двух — отечественных генериков японского «Авигана» и британского «Плаквенила». Оба эти препарата внесены Минздравом Украины в протоколы лечения болезни, вызванной коронавирусом SARS-CoV-2. Мы уже получили от наших зарубежных партнеров субстанцию, поэтому разработка идет по плану, и до середины осени надеемся выйти на украинский рынок.

Мы взяли эти препараты в разработку, сознательно понимая, что нас могут ждать серьезные убытки в случае неудачи. Во-первых, может так случиться, что препарат не продемонстрирует достаточного противодействия вирусу на большой выборке пациентов и не будет рекомендован ВОЗ для лечения этой болезни. Во-вторых, он будет признан эффективным, но компания-разработчик заявит о своих интеллектуальных правах, и «Микрохим» не сможет его продавать как генерик, не имея соответствующей лицензии. Но болезнь уже в Украине, и надо действовать только на опережение — это реальные потребности нашего общества. Другой стратегии для нас просто не существует, мы все должны прилагать максимальные усилия в пределах своих профессиональных компетенций. Это осознанная и принципиальная позиция компании.

— Вы выбрали достаточно острый тезис в качестве хедлайна нашего интервью, намереваясь поднять достаточно большой пласт вопросов. Не кажется ли вам, что в данном случае роль отечественной «фармы» в современных условиях и жизни страны несколько преувеличена?

— Отнюдь. Скажу даже больше — слишком долго ее значение не было должным образом оценено представителями нашей политико-административной элиты, что привело к целому ряду негативных последствий, плоды которых мы пожинаем сейчас. В процессе перехода от плановой «социалистической экономики» к условиям открытого рынка, не готовые к таким переменам руководители молодого Украинского государства не сумели законодательным образом защитить собственного производителя. В нашем случае — фармацевтического. Поэтому даже в своей стране мы часто находимся на «задворках», уступая лавры первенства транснациональным компаниям, которые, умело используя рычаги демпинга, коррупции и несовершенства нашей законодательной базы, вытесняют нас со своего же рынка. Особенно показательно это сейчас, в условиях пандемии, когда мы реально стоим на грани того, чтобы остаться один на один со своими проблемами, надеясь на компетенции забытой всеми украинской фармы.

Ведь ситуация действительно опасная, потому что сегодняшний порог заболеваемости — это, скорее всего, только ее первая волна, и вирус, к сожалению, никуда не исчезнет. К осени, на которую, как правило, приходится пик заболеваемости ОРВИ, необходимо успеть сделать препарат и провести его регистрацию. Есть большая вероятность, что осенью мы застанем вторую волну эпидемии. Поэтому спешить надо ради тех, у кого болезнь будет протекать с осложнениями, — препарат может спасти им жизнь. Сам по себе карантин не убережет нас навсегда, хотя значительно снизит количество заболеваний. Поэтому сейчас, я считаю, Президент и парламент должны «перезапустить» свою фарминдустрию и в полную силу использовать ее для подготовки «тыла», насколько это возможно.

— Если вы говорите о больших возможностях транснациональных фармкомпаний, почему бы не консолидировать усилия с ними?

— В теории это, конечно, звучит достаточно оптимистично и гуманно, но, как гласит пословица: дружба — дружбой, служба — службой. В частности, уже многие страны-производители ввели существенные ограничения для экспорта за границу медпрепаратов, субстанций и даже банальных средств химзащиты. Не говоря уже о потенциальных лекарствах от СOVID-19. Каждая фармкомпания будет, в первую очередь, защищать и обеспечивать своих сограждан, тогда как всех остальных — по остаточному принципу. Учитывая тот факт, что покупательная способность, к примеру, граждан Евросоюза значительно выше среднестатистического украинца — угадайте, куда пойдут первые поставки. Только разработка и массовый выпуск отечественных препаратов даст возможность снизить цену и обеспечить максимальный охват нуждающихся в специфическом лечении пациентов. Другого пути просто нет.

— Так в чем же здесь приоритетная роль фармацевтического бизнеса Украины?

— Традиционно все достижения и негативы нашего государства экстраполируются на деятельность и, что таить, кредит доверия лидеру страны со стороны населения. Не забывайте, что по факту мы — воюющая страна, окруженная как внешним врагом, так и «пятой колонной» внутри нее. И любой непродуманный шаг может иметь далеко идущие последствия, каждая ошибка может быть использована, чтобы раскачать ситуацию в стране. И этого нельзя допустить. Тем более, что общественное сознание и так накалено до предела из-за пандемии и вызванным ею чувством социальной неопределенности. Правда, как говорится, спасение утопающих — дело рук самих утопающих. А спасательный круг — это именно отечественная фармотрасль, которая еще в состоянии «вывезти» на себе эту ситуацию и не допустить критической массы смертности со всеми социальными последствиями.

Второй немаловажный момент — «финансовая подушка» бизнеса на исходе, очередное продление карантина чревато необратимыми последствиями в экономике, от которых придется отходить годами. Нет бизнеса — нет налогов — нет бюджета — разрушаются социальная сфера, медицина и управляемость государства как такового. С ростом теневой экономики, преступности и т. д. То, что мы уже проходили в связи с развалом Советского Союза. Поэтому теперь срочно нужно переходить от тактики «сдерживания» динамики заболевания к тактике накопления ресурсов диагностики и лечения. Сейчас на это у нас примерно 4—5 месяцев. И ключевыми защитниками государственности, как ни громко это прозвучит, в данном случае будут именно отечественные фармацевты. Если о них опять забудут — это будет означать начало конца перспектив отрасли как таковой.

Конечно, такой сложной эпидемиологической ситуации, как у действующих Президента и парламента, не имел ни один «рулевой» Украины времен независимости. Но любой кризис имеет не только точку входа, но и момент выхода, в котором кроются и возможности. И лежат они в плоскости волевых решений первых лиц государства.

— Какие волевые решения, по вашему мнению, нужны в первую очередь со стороны законодателей?

— На краткосрочную перспективу — законодательное закрепление пандемической угрозы на уровне военной с необходимостью жесткого планирования алгоритма мобилизации и создания неприкосновенного госрезерва (с возможной его диверсификацией). Диверсификация усилий должна включать закрепление зон ответственности для производителей отечественного фармацевтического сектора, сроков мобилизации, лицензионного портфеля, запаса средств первой необходимости и т. д. Однако при этом государство должно взять на себя и определенные финансовые гарантии по субсидированию этих процессов — конечно, по адекватной рыночной цене, учитывая важность вопроса. В идеале — как минимум удачно скопировать и имплементировать в наши реалии уже готовые и апробированные в других странах проекты импортозамещения, сочетающие в себе черты протекционизма фармбизнеса и стимулирования роста собственного экспорта. Кроме того, необходимо внести целый ряд изменений в законодательство, связанное с регистрацией лекарственных препаратов…

В более долгосрочном плане — парламентариям нужно проработать закон о лоббизме, точнее, его украинский вариант. Что это дает и зачем? В идеале — он сможет нивелировать отдельные коррупционные риски и лазейки. Более того, по сути — узаконить и так существующую систему лоббирования интересов субъектов бизнеса (и не только фармацевтического) во властных структурах, но в точно определенных цивилизованных рамках равной для всех конкуренции.

А если уже брать в разрезе мир-системном, то нужно коренным образом менять философию взаимоотношения государства и бизнеса. Начать нужно с осознания смысла расхожей фразы Маргарет Тэтчер: «Нет никаких государственных денег, есть только деньги налогоплательщиков». И налогоплательщиков этих нужно защищать как минимум от иностранных конкурентов на стадии становления, развивать их и создавать условия для роста. Они — основа благосостояния нации, а мы с присущей советским людям психологией относимся к бизнесу как к чему-то инородному, противопоставляющему себя государству. Свободное предпринимательство и есть та основа государства, которой выгодно бесперебойное функционирование его механизмов. А на примере фармацевтической отрасли получается, что значительная часть госзакупок осуществляется в интересах иностранных субъектов — иногда с сомнительной репутацией, что приводит к вымыванию из страны доходов и налогов, а это наши с вами дороги, инфраструктура и качественное государственное медобслуживание. Тут логика достаточно проста и безжалостна.

— Вы коснулись вопросов карантина и его последствий для бизнеса. Бытует мнение, что фармацевтический бизнес все эти проблемы затронули меньше всего...

— Это не совсем так. В условиях общего кризиса спад наблюдается, как правило, во всех отраслях, и фармацевтическая — не исключение. Тут задействовано много факторов — от падения покупательной способности граждан до закрытий медучреждений и т. д. Да, рано или поздно все это восстановится, но выживут не все. И не только из-за банального разорения. Пандемия изменит мир. И даже не сама пандемия как таковая, а порожденные ею новые тенденции, в первую очередь, попытка отдельных государств создать некое подобие замкнутых внутренних циклов производства и потребления. Это никоим образом не остановит глобализацию, но она уйдет в цифровой мир безличностных контактов в реальном времени. В области медицины и фармацевтики это, скорее всего, воплотится в развитие дистанционной диагностики и лечения, что стало возможным благодаря внедрению новых аналитических методик.

— Найдет ли украинская фарма свое место в мире инновационных технологий?

— Конечно, далеко не вся… Но в Украине есть целый ряд производителей, которые работают на мировом уровне. Несмотря на то, что украинский фармрынок представлен, в основном, генерическими препаратами, это проблема отсутствия финансовых средств, а не компетенций. Как раз с компетенциями у нас все нормально. А средств для проведения масштабных исследований нет — по уже озвученным выше причинам.

— Подытоживая наш разговор: что ждать украинцам, в том числе и жителям Донбасса, в этом году от фирмы «Микрохим»?

— Во-первых, я уверен, что именно жители нашего региона первыми будут обеспечены отечественными препаратами против коронавирусной болезни, коллектив «Микрохима» для этого сделает все возможное. Более того, когда мы выйдем на финишную прямую регистрации препаратов — мы начнем параллельную разработку механизма льготных или благотворительных поставок лекарства тем, кто в этом нуждается: пенсионерам, медикам, коммунальщикам — тем, кто большего всего находится в группе риска и по долгу службы контактирует с большим количеством людей ежедневно.

К слову, в рамках действующего карантина «Микрохим» одним из первых бесплатно передал врачам Украины защитные маски и респираторы, дезинфицирующие средства. На региональном уровне компания оказала благотворительную помощь в виде средств индивидуальной защиты (маски и дезрастворы) Рубежанскому горисполкому, Рубежанскому отделу нацполиции, БО «Луганское областное общество «Всеукраинская сеть ЛЖВ», филиалу Центра пробации в Луганской области и Рубежанскому городскому отделу пробации, Северодонецкому отделу ГСЧС.

Во-вторых, понимая всю сложность ситуации в стране, мы не сворачиваем и наши благотворительные проекты — несмотря на то, что, вопреки расхожему мнению, кризис очень серьезно затронул и фармацевтическую отрасль.

Так, с начала года мы работаем с Институтом кардиологии им. Стражеско НАМН Украины по бесплатному обеспечению пациентов с орфанным заболеванием — «легочная артериальная гипертензия» — препаратом, специально зарегистрированным «Микрохимом» как единственный в Украине генерик дорогостоящего оригинального препарата. Судьба этого препарата заслуживает отдельного разговора, не в рамках сегодняшнего интервью.

Сейчас у нас большой проект по оказанию гуманитарной помощи лечебно-профилактическим учреждениям Украины в виде наших новых продуктов — двух- и трехкомпонентных антигипертензивных препаратов на основе периндоприла. Также мы намерены продолжить работу по оказанию помощи людям престарелого возраста, в частности, имею ввиду налаженное сотрудничество с домом престарелых.

Хочу подчеркнуть, что пандемия рано или поздно закончится, мы же ежедневно несем ответственность за производство препаратов от целого ряда других заболеваний, которые в период эпидемий не только не проходят, но и обостряются! То есть, даже во время кризиса, вызванного пандемией, мы не останавливаем не только производство жизненно важных препаратов, обеспечиваем постоянное их наличие в аптеках Украины, но и продолжаем наши разработки новых лекарственных средств согласно тех планов, которые утверждены на несколько лет. Чтобы лучшее сделать доступным.

Фото предоставлены компанией «Микрохим».