Сейчас ведется подготовка законопроекта ко второму чтению. Предложенные законодательные изменения позволяют АРМА использовать для управления конфискованными активами на договорных началах так называемые судебные фонды. И, как утверждают авторы законопроекта, без использования бюджетных средств.

Законопроект предусматривает, чтобы из компаний-фандеров, так называемых судебных фондов, финансировалась работа юристов (адвокатов) в зарубежных судах. Ведь очень часто активы, конфискованные по решению суда, находятся за рубежом. А в случае выигрыша в суде фонд получит определенный процент от возвращенных активов.

Авторы законопроекта (а все они — от фракции «Слуга народа») называют его «самой важной антикоррупционной инициативой года». Законопроект № 3304 разработан при участии специалистов АРМА. «Благодаря предлагаемым изменениям АРМА получит полномочия привлекать на договорных началах судебные фонды для организации гражданских исков в зарубежных юрисдикциях по принципу success fee (гонорар за успех) — без использования бюджетных средств, — говорится в сообщении на официальном сайте агентства. — Сбор доказательств по уголовным делам о выведенных активах существенно ускорится. В итоге принятие законопроекта № 3304 позволит получить механизм реального возврата в Украину незаконно полученных и выведенных за границу активов».

«В течение последних четырех лет Украина подарила другим странам 146 миллионов долларов. По сегодняшнему курсу это 3,9 млрд гривен. В будущем вернуть эти средства в бюджет поможет законопроект № 3304, — отметила соавтор законопроекта, заместитель председателя Комитета Верховной Рады Украины по вопросам антикоррупционной политики, заместитель председателя фракции «Слуга народа» Галина Янченко в одном из своих блогов. — В 2014 году, сразу после Евромайдана и бегства Виктора Януковича, были арестованы денежные активы, которые связывают как с самим экс-президентом, так и с его ближайшим окружением. По официальным данным, Госфинмониторинг заблокировал деньги 19 компаний-нерезидентов, связанных с бывшим президентом, а всего активов — на сумму 1,34 млрд долларов. Средства были «заморожены» на счетах в украинских банках и в зарубежных юрисдикциях. Непосредственно в деньгах было арестовано почти 380 млн гривен и 160 млн долларов. Но большая часть арестованных денежных активов — более 1,49 млрд гривен и 1,02 млрд долларов — в формате ценных бумаг».

С тех пор продолжается судебная волокита для возврата этих средств. Ведь без судебного приговора государство не может вернуть украденные и выведенные за границу средства назад. И есть примеры, когда часть активов бывших украинских высокопоставленных чиновников конфисковывают в пользу бюджетов других стран. В частности, в 2016 году 66,7 млн долларов экс-премьера Павла Лазаренко, которые находились на счетах банка в Антигуа и Барбуды, были конфискованы в бюджет островной карибской страны. Местное правительство аргументировало это тем, что деньги Лазаренко были получены коррупционным путем. Так же — учитывая коррупционное происхождение средств — в период с 2016-го по 2019 год Латвия конфисковала средства украинских чиновников из окружения Януковича на сумму почти 80 млн долларов.

В ходе рассмотрения законопроекта на заседании антикоррупционного комитета Галина Янченко объяснила депутатам, что такое частные судебные фонды (по-английски «Litigation funds»). Это — международные компании, в Украине их пока нет, они находятся в основном в США и Великобритании. Фонды руководствуются принципом «плата за успех» («success fee»). То есть, если удалось вернуть средства — фонд получит свой процент, если не удалось — не получит ничего. Средний уровень процента, который обычно забирают себе такие фонды — в пределах 20—40%. Какой процент смогут получить судебные фонды за возврат активов в Украину, депутаты хотят прописать в поправках к законопроекту ко второму чтению, которые уже внесены.

В то же время, по мнению некоторых экспертов, в законопроекте есть определенные правовые пробелы. В частности, АРМА не может иметь полномочий собирать доказательства преступности активов в рамках уголовных производств и быть стороной судебного процесса, поскольку не является правоохранительным органом. Звучат также предостережения, что в украинских реалиях частные фонды могут использовать для влияния на рассмотрение судебных дел сами же фигуранты этих дел. Кроме того, в законопроекте нет гарантий неразглашения информации, которую соберет в рамках уголовного производства юридический советник.

В заключении Главного научно-экспертного управления Верховной Рады к законопроекту указано, что в проекте четко не определено, кто именно и в каком порядке непосредственно осуществляет представительство и защиту прав интересов Украины в зарубежных юрисдикционных органах (в том числе финансирование соответствующей деятельности). Кроме того, ГНЭУ обратило внимание на то, что четко не прописан порядок определения юридических советников и порядок оплаты их услуг. Хотя в законопроекте записано, что «запрещается осуществлять финансирование расходов на счет средств государственного бюджета Украины иначе, чем за счет части активов, которые были фактически возвращены в Украину».

«Нужно признать, что пока в Украине нет быстрого и действенного механизма для возврата незаконно выведенных активов. И если мы его не введем, то будем продолжать дарить незаконно выведенные деньги украинских налогоплательщиков другим государствам», — подчеркивает соавтор законопроекта Галина Янченко.