На снимке: Василий Примаченко с врачом «скорой».

Вводятся новые правила вызова «скорой помощи»: вызовы будут делиться на четыре категории в зависимости от состояния пациента. Цель этих изменений, по словам Премьер-министра Украины Дениса Шмыгаля, — оптимизация работы экстренной помощи.

Что же изменится в связи с внедрением в жизнь этого нововведения правительства для пациентов и медиков экстренной медицинской помощи Малинщины, интересуюсь у старшего фельдшера по медицине неотложных состояний КНП «Центр экстренной медицинской помощи и медицины катастроф» Житомирского областного совета Василия Примаченко (на снимке).

— С 1 января нынешнего года все вызовы «скорой» идут через единую оперативно-диспетчерскую службу, расположенную в Житомире, — сообщил он. — Вызывать «скорую» и в дальнейшем нужно по привычному для всех номеру — «103». Диспетчер фиксирует вызов, направляет его в Коростень, а нам он доходит на планшет, и мы выезжаем к больному.

Распределение вызовов на категории — правильное решение, но не стоит забывать о том, что подобный принцип уже действовал с 2013 года. Тогда был принят Закон «Об экстренной медпомощи», где вызовы были разделены на экстренные и неэкстренные, но нормативные документы тогда так и не были приняты. А отныне вызовы, поступающие в экстренную («скорую») медпомощь, будут классифицироваться на несколько видов, в зависимости от состояния пациента. Категории предусматривают определенное количество времени, на протяжении которого «скорая» должна приехать на вызов.

Когда еще летом Минздрав анонсировало эти изменения, то сообщалось, что по состоянию на 2020 год 67 процентов машин скорой помощи не приезжают на вызовы своевременно. Поэтому в планах изменить это соотношение, чтобы с этого года не менее 60 процентов машин прибывали на место вовремя, в 2022 — 75 процентов, и 85% — в 2023.

— Так на какие же категории теперь предлагают распределить вызовы «скорой», учитывая состояние пациента? — уточняю у Василия Примаченко.

— Согласно постановлению, вызовы будут делиться на четыре категории: критические, экстренные, неэкстренные и непрофильные. Состояние пациента и обстоятельства событий вызова будет определять диспетчер диспетчерской службы центра экстренной медицинской помощи. И в зависимости от этого будет отличаться норматив по времени прибытия бригады «скорой». Правда, пока категоризация обращений описана довольно в общем.

— Что вас настораживает?

— Беспокоит то, что из текста перечня оснований для приезда «скорой» исчезает ряд состояний. Не упоминаются в соответствующем приложении судороги, острые психические расстройства, даже нарушение нормального течение беременности. Эти состояния вполне могут «прятаться» под «другими жалобами и признаками, которые определены как экстренные согласно перечню причин обращений и жалоб». Впрочем, в тексте остается открытым вопрос, кто и каким образом будет утверждать этот перечень, а также почему он не изложен в постановлении. Нет четкого разъяснения о доезде до пациентов, проживающим в сельской или городской местности. Ведь, например, в наши села — Морозовку, Вышев, Федоровку — вряд ли удастся доехать даже и при экстренном или критическом вызове, поскольку расстояние и состояние дорог желают лучшего...

— Что еще нуждается в особом внимании?

— Сейчас эти изменения больше рассчитаны на диспетчеров. Но пока не будет четкого алгоритма действий для диспетчера, подкрепленного нормативными документами, — какие критерии оценки состояния, как ему действовать, какие вопросы задавать и будет ли он защищен, если не примет вызов, — ничего не изменится, — отмечает мой собеседник. — Считаю, что диспетчеры должны отдельно учиться, как это происходит в странах Европы. Например, в Польше нужно отработать три полных года в составе бригады, чтобы работать диспетчером. В Литве существует отдельная сертификация диспетчеров — без сдачи экзамена им не разрешается работать. А еще там разработан алгоритм действий диспетчера. То есть диспетчеры, задавая вопрос, вбивают ответ («да» или «нет») в систему и определяют правильную последовательность действий. У нас же такого алгоритма нет даже в письменном варианте. Как нет и протоколов для бригад экстренной медицинской помощи (последние утвержденные протоколы выдавались в 2014 году). В результате на местах все делают то, что считают нужным.

— А что делать с тем, кто неправильно проинформирует диспетчера?

— Важное условие для повышения эффективности работы «скорой» — материальная ответственность за безосновательный вызов бригады. Пока не будет штрафов, изменение критериев не весьма повлияет на нашу работу. Если человек один раз позвонит с непрофильным обращением и к нему «скорая» не приедет, то в следующий раз он скажет, что его состояние критическое, и бригада быстро будет у него. Мы это и сейчас видим: бригада может приехать на боль в животе, которая длится неделю, хотя диспетчеру озвучивалась сильная боль в сердце, которая только что появилась. В некоторых больницах даже есть инструкция для пациентов: мол, семейный врач сейчас на вызов не приходит, поэтому при необходимости говорите вот это диспетчеру «скорой» и к вам точно приедут. А все потому, что люди привыкли вызывать «скорую» даже для того, чтобы их просто послушали или поговорили... В результате мы делаем работу семейных врачей или даже родственников, которые своевременно не привезли лекарства. А могли бы спасти кого-то от инфаркта. Случаются такие ошибочные вызовы и в нашей практике, но нужно к таким «шутникам» относиться строже и прописать это также в постановлении.

Можно в который раз обращаться к сознанию граждан и призывать думать о других, вызывая «скорую», но получается, что без финансовой ответственности это вряд ли удастся. Та же Европа, на которую мы привыкли равнятся, добилась ответственности только благодаря системе штрафов или оплаты услуг, не предусмотренных нормами как бесплатные. Но могут же быть и ошибки... Короче говоря, ситуация сложная, и чем быстрее мы сможем перейти к конкретике, к наработке собственного опыта, тем будет лучше.

— Давайте перейдем непосредственно к вашей ежедневной работе. Какой ныне у вас штат? Вызовов много?

— В нашем пункте постоянного базирования работают 38 сотрудников. Это — два врача, шестнадцать фельдшеров, две медсестры и шестнадцать водителей. Подчиняется нам и пункт временного базирования, расположенный в Чоповичах.

— Изменились ли маршруты в связи с коронавирусом?

— Да, из-за того, что наша больница стала «ковидной», деток до года с диагнозом ОРВИ и высокой температурой вынуждены госпитализировать в Коростень, Народичи, Житомир. Больных с инсультами, инфарктами миокарда, а также с острыми хирургическими и гинекологическими патологиями доставляем в Коростенскую райбольницу и кардиоцентр Житомирской областной клинической больницы имени А. Ф. Гербачевского. Каждый день получаем по 20—25 вызовов. Каждая машина оборудована дефибрилляторами, ЭКГ (кардиографом), пульсоксиметром для измерения уровня кислорода в крови. Для транспортировки больных COVID-19 есть и баллоны с кислородом, что позволяет быть в дороге от 30 минут и до 3 часов. Например, автомобиль «скорой» Пежо за день может «намотать» до 680 километров, госпитализируя больных в Житомир и Коростень. Ранее были некоторые трудности с горючим для «скорых». Но сейчас ситуация улучшилась и выровнялась. Талоны на горючее получаем в Коростене. За месяц сжигаем приблизительно 800—1500 тонн дизельного топлива и 1800 — бензина.

— А какая ситуация с оплатой труда бригады, работающей с больными COVID-19?

— Обещанные надбавки в 300 процентов к окладу нашим коллегам выплачивают в полном объеме. За период с октября по ноябрь 2020 года на территории Малина и района осуществили 80 выездов к таким пациентам.  Медики обеспечены необходимой защитной одеждой, оборудованием.

— Особые случаи бывают?

— В течение года были и жуткие ДТП, и рожали в карете скорой помощи, и возили пациентов с избиениями и переломами в период праздников... Каждый год происходят такие ситуации, которые заставляют быстро реагировать, оказывая помощь землякам.

В новый год мы входим с новыми надеждами — на хорошие перемены, на лучшую жизнь для себя и своей семьи, для родной земли, — подытожил мой собеседник. — Оправдаются ли наши ожидания, зависит, прежде всего, от каждого из нас — от нашей ответственности, жизненной позиции, ума, ежедневного кропотливого труда.

Фото автора.