В информационном пространстве идет постоянная круглосуточная война и «боевые действия», а информационные операции по своим результатам соизмеримы с военными атаками на передовой. На этом акцентирует внимание сотрудник Департамента контрразведывательной защиты интересов государства в сфере информационной безопасности Службы безопасности Украины, полковник Валерий УДОВИЧЕНКО (на снимке).

Грань между свободой слова и распространением тенденциозных сообщений очень тонкая

— Господин Валерий, какие информационные кампании по дестабилизации ситуации в стране удалось предотвратить?

— Вообще-то, считаю, что успешными примерами публично выхваляться не следует, поскольку противник может понять, как именно его обошли.

Служба безопасности Украины осуществляет контрразведывательную защиту государственного суверенитета, конституционного строя, территориальной целостности, оборонного и научно-технического потенциала, кибербезопасности, экономической и информационной безопасности государства.

Мы эффективно противостоим попыткам дестабилизации ситуации в стране, которые осуществляются с использованием этнического, религиозного и межконфессионного факторов, поскольку враг очень активно раздувает именно этот вид вражды. Постоянно противодействуем информационным вбросам и фейкам, блокируем источники распространения деструктива, нивелируем попытки позиционировать Украину на международной арене как площадку или базу, где якобы готовят разного рода «боевиков», «наемников» или даже «террористов». К осуществлению таких провокаций и атак приобщаются, к сожалению, не только Российская Федерация, но и некоторые другие сопредельные страны.

— И каковы результаты?

— В 2020 году нами прекращена работа около трех тысяч веб-ресурсов, которые использовались с преступной целью, заблокировано более 2,5 тысячи сообществ с более чем миллионной аудиторией, нейтрализирована 21 ботоферма общей мощностью свыше 60 тысяч ботов.

— Что нужно изменить в законодательстве, чтобы успешнее противодействовать врагу?

— Спектр необходимых для этого законодательных изменений довольно широкий. Начиная от законодательного определения понятий «дезинформация», «пропаганда», «негативное влияние» и введения ответственности за ее распространение до четкого взаимодействия, размежевания ответственности, прав и полномочий государственных органов и общества в сфере противодействия негативным информационным влияниям.

На стратегическом уровне крайне необходимо определить и выбрать наиболее приемлемую для нашего общества форму государственно-гражданского партнерства в сфере безопасности.

У наших соседей в Балтии имеются хорошие примеры. Также есть хороший пример польской контрразведки ABW, которая предлагала в доктрине информационной безопасности создать среди специально наученных граждан центры информационного сопротивления.

На тактическом уровне не хватает норм права, которые бы позволяли быстро реагировать и блокировать деструктивные сообщения, хотя бы на некоторое время, до рассмотрения дела в суде.

Грань между свободой слова и распространением тенденциозной информации очень тонкая. Украина соблюдает все стандарты демократического общества. Поэтому часто сложно быстро собрать доказательную базу и оперативно блокировать каналы распространения фейков, направленных на нанесение ущерба информационной безопасности. А это может привести к дестабилизации общественной обстановки.

Мы надеемся, что в условиях гибридной агрессии РФ против Украины законодатель даст нам эффективные инструменты для защиты интересов государства в информационной сфере.

Противник хорошо «играет» на усилении фобий, страхов и недоверии к органам власти

— Понимают ли задействованные в информационных операциях лица, на что нацелены их действия?

— Исполнителей, как правило, используют вслепую — ведь их поведение должно быть искренним. И картинка лучше получается, и посредник может себе деньги присвоить. Иногда предлагают фальшивую цель, иногда придумывают конспирологический мотив, иногда посредники выдают себя за союзников («операции под чужим флагом»).

Если говорить о действиях в информационном пространстве, то человек быстрее осознает (или по крайней мере догадывается), в чьих интересах он действует. Впрочем, спектр применения РФ различных прокси-сил настолько широкий, что доказать и задокументировать настоящего заказчика или организатора возможно только в ходе негласных мероприятий и следственных (разыскных) действий.

До тех пор человек может себя успокаивать, что ничего деструктивного или неправомерного он не делает, а просто зарабатывает деньги или выполняет какой-то бизнес-заказ.

Конечно, существуют сети или группы так называемых конфидентов, которые получают денежное вознаграждение на постоянной основе и знают, в чьих интересах они действуют.

— Принимают ли участие в них политологи и привлекаете ли их к ответственности?

— Политологи, лидеры общественного мнения и разного рода эксперты в основном действуют в формате «мягкой силы» («soft power»), ненавязчиво (а иногда настойчиво) транслируя аудитории общий стратегический наратив влияния, формируя соответствующую карту представлений аудитории и причинно-следственных связей разных событий. Их задача — это интерпретация фактов и событий в выгодном противнику свете. Эксперты, как правило, очень осторожно высказываются, чтобы их деятельность не подпадала под действие УК Украины. Вражеская пропаганда маскируется под «свободу слова», «альтернативную точку зрения» или «политическую агитацию» во время выборов.    

Конечно, СБУ держит таких спикеров в поле зрения и реагирует согласно действующему законодательству Украины.

— Что изменилось во время пандемии? «Работают» ли подрывные группы на тему вакцинации?

— Тема вакцинации остается одной из ведущих в обойме российской пропаганды и мер воздействия. Так, до недавних пор одним из основных заданий было расчистить пространство для захода на украинский рынок российской вакцины. С этой целью, с одной стороны, проводилась мощная глобальная кампания по демонизации вакцин западных стран и в целом вакцинирования («чипирование» людей, модификация генома человека, «опыты над человечеством» и др.), с другой стороны — проводилась очень осторожная, но комплексная операция по продвижению российской вакцины на украинский и международный рынки.
РФ использует все поводы для усиления среди населения разного рода фобий, страхов, провоцирование недоверия к органам власти, медицинской системе и т. п.

— Как зарабатывают на вбросах в телеграмм-каналы?

— Главное преимущество Тelegram состоит в его доступности, ведь основной функционал предоставляется бесплатно. А главные капиталовложения заинтересованной стороны направляются на создание финансовых стимулов для тех, кто занимается распространением продукта, то есть заказного деструктивного контента для широких масс.

— Как определяете, что ТК администрируют из РФ? Можно ли это понять простому получателю информации?

— Политика конфиденциальности Тelegram сформировала пользовательскую среду, в котором сложно деанонимизировать владельцев аккаунтов. Именно высоким уровнем анонимности Тelegram привлекает к себе внимание тех, кто хочет использовать эту платформу для разного рода противоправной деятельности. Поэтому идентификация владельцев ТК, которые публикуют информацию противоправного содержания, — сложный процесс.

Вместе с тем, нетрудно понять, что канал администрируют из РФ, на основе анализа контента. Как правило, все пропагандистские каналы Тelegram работают более или менее синхронно, и они являются анонимными. Их месседжи, как правило, совпадают и по своей тематической направленности, и по времени «вброса» в информационное пространство. ТК используют для проведения психологических операций в форме распространения «слухов». Даже на 80% правды там всегда будет 20% откровенной лжи, и почти невозможно отделить одно от другого.

— Что такое ботофермы и фабрики троллей? Имеют ли они какие-то признаки?

— Под ботофермами, как правило, понимают совокупность аккаунтов в социальных сетях, которые выполняют распространение информации по общедоступным или закрытым сообществам, осуществляют автоматическое комментирование публикаций, и деятельность которых подпадает под признаки скоординированного неаутентичного поведения.

Ботосети как составляющие таких систем мониторинга выполняют следующие функции: осуществляют мониторинг в режиме реального времени сети Интернет; собирают информацию (big data) о пользователях сети Интернет, их действиях, интересах, увлечениях, также психологические портреты пользователей и отдельных целевых групп; распространяют и продвигают деструктивный контент в рамках информационных операций, обеспечивают «астротурфинг» в социальных сетях; отслеживают эффективность информационного влияния на конкретные целевые аудитории для корректировки направлений информационных атак.

Поэтому очень важно в рамках повышения медиаграмотности и информационной гигиены пользователей призывать их к удалению из друзей, или отказу в подписке на аккаунты, имеющие признаки принадлежностей к бото- или трольсетям.

Это повысит уровень как личной безопасности пользователей, так и информационной безопасности общества в целом. Сохраним вместе суверенную, демократическую Украину!

Фото автора.