Сказать, что к нашим обращениям власти предержащие отнеслись безразлично — ничего не сказать. Убеждены, что они наших писем и не видели. Иначе чем объяснить, что вопиющие проблемы в основоположной для экономики и государственности сфере не нашли до сих пор хоть какого-то места в поле зрения высших должностных лиц? Не нашли, потому что... свет же есть, розетки под напряжением. Якобы все то — данность, дарованная Украине, данность бесконечной длительности. На самом же деле, это рукотворная данность.

Благодаря самоотверженной работе ученых, инженеров и техников, рабочих Украина до 1990 года имела в своем распоряжении лучшую в мире электроэнергетику как по структуре мощностей, так и по конфигурации системы. Следует вспомнить хотя бы освоенные блоки по 800 мВт на сверхкритических параметрах пары, которых не было (и не будет) нигде в мире. Да и наши системообразующие ЛЭП напряжением 750 тыс. вольт доступны для воплощения мало каким странам. Внедряя точные научно-технические решения, в принятии и реализации которых участвовали практически все академические институты Украины (и не только Украины), обеспечивалась исключительно надежная работа всей энергосистемы. Не была допущена ни одна масштабная каскадная авария с обесточиванием обширных районов. (В США, ФРГ, Франции и многих других странах такие аварии возникают ежегодно, убытки для обществ каждый год достигают 10—30 миллиардов долларов). Другими словами, научно-технический потенциал Украины есть, он прошел испытание и временем, и даже попытками разрушить, растянуть остатки упомянутого могущества и богатства. Признаем, что именно электроэнергетика — единственная отрасль, которая до сих пор продолжает надежно функционировать.

Годовое производство электроэнергии достигло 330 млрд кВт-ч, экспорт ее осуществлялся на уровне 1,5 млрд долларов. Сейчас же может говорится о половине того уровня производства, экспорт фактически разрушен.

В 1990 году одновременно строилось семь атомных и три тепловых электростанции. Что бы сегодня мы без них делали — вопрос даже не риторический.

В недавние годы электроэнергетика выдержала дикую приватизацию, после которой никто не понимает, что же будет дальше, все застряло в неопределенности, когда часть сетей и электростанций принадлежат частным собственникам, а другая — государству. Полностью развеян миф о низкой эффективности государственного управления, так же, как и мифы о «всемогущей руке рынка» и о стратегическом инвесторе. Надо еще трезво проанализировать, какой ценой государству и обществу досталось развенчивание этих лживых мифов.

Непосредственным результатом этого преступления стало увеличение удельных расходов условного топлива в отрасли — от 340 до 500 граммов на кВт-ч, электрические потери в сетях выросли с 8 до 18 %. Это миллионы тонн топлива, выброшенного в воздух. Параметр потока отказов просто не фиксируется, а это основной показатель надежности. Свою лепту в это безобразие внес и так называемый энергорынок. Почему «так называемый»? Потому что никто не может объяснить, как могут конкурировать между собой ТЭС (тепловые электростанции), АЭС (атомные) и ГЭС? У них совсем несопоставимые технико-экономические показатели, отличающиеся между собой в десять раз и больше. Как рынок может «способствовать» повышению эффективности производства энергии? Это нелепость, от которой надо немедленно избавиться.

Надо откровенно признать, что все без исключения структурные изменения в системе управления отраслью абсолютно негативные, чтобы не сказать — бессмысленные. А бездумное подчинение национального диспетчерского центра (УКРЭНЕРГО — средоточие управления отраслью) Министерству финансов (?!), атомных и гидростанций — Кабинету Министров, граничит с откровенным вредительством.

Вследствие всех этих «мер» и, особенно, нелепой кадровой политики, когда практически все специалисты высокой квалификации и высшего уровня ответственности последовательно заменяли людьми, не имеющими никакого отношения к энергетике, не имеющими опыта и знаний, на основе которых этот опыт можно приобрести. Совершается сознательная, целенаправленная деградация энергетики. Как следствие, наше государство вплотную приблизилось к состоянию страны — места сбыта (!) чужой электроэнергии. Это в первую очередь позор для Украины. Кроме того, не стоит забывать, что почти все войны в мире велись как раз за рынки сбыта.

Определенные усилия во избежание печальной перспективы наметились в 2006 году, когда была разработана программа развития энергетики Украины до 2030-го. В этом документе, который готовился с участием ведущих ученых и институтов Академии наук, предусматривались все направления развития отечественной энергетики, включительно с повышением энергоэффективности потребления на 20 %, внедрением регуляторов потребителей разного типа на основе электрификации, аккумуляции энергии и т. д. Короче говоря, предусматривалось внедрение многих передовых идей и технологий (которыми только теперь занялись в мире все, кто понимает необходимость спасения планеты от климатических и энергетических потрясений). Широкое обсуждение программы в Украине и за рубежом, принятие соответствующих решений правительством вселяли надежду и оптимизм. На все мероприятия, обусловленные программой, предусматривалось финансирование в объеме 250 млрд (тех еще) гривен.

К сожалению, как и не раз бывало с другими планами, все осталось на бумаге. То есть, программа развития энергетики, выверенная и качественная по всем направлениям, была одобрена, утверждена, но реализация ее сорвана, ни один пункт (!) за 15 лет не был выполнен. Сложно представить, что за 10 лет, оставшихся до определенного срока, что-то удастся серьезным образом изменить. Легко, однако, понять чувство соответствующих инициаторов и руководителей, потративших на программу время, знания, представивших ее широкой общественности. Осталось надеяться, что благодарные потомки вспомнят их добрым словом, хотя бы за то, что их работа нашла отклик во всем мире, где упомянутыми в программе идеями проникаются специалисты и политики. (Невольно напрашивается ассоциация с нашей Конституцией: содержание прекрасное, признанное в мире, но нормы Основного Закона власть попирает, о них забывает).

За прошлые годы многое изменилось в мире и у нас. Досадно, у нас не в лучшую сторону.

Многочисленные форумы, саммиты, обсуждения и резолюции с участием первых лиц государств с очевидностью демонстрируют обеспокоенность мировой общественности нынешней ситуацией, ее вызовами. Мир вступает в период большого перелома, определяя новую энергетическую парадигму, связанную прежде всего с проблемами изменения климата.

В неотдаленном времени мировой энергетический сектор ожидают фундаментальные преобразования.

Страны Америки и Европы принимают амбициозное решение о нулевых выбросах вредных веществ до 2050 года. На этом пути предусматриваются меры для безопасного перехода к чистой энергии.

Понятно, что в связи с реформой всей энергосистемы мира особое внимание уделяется нетрадиционным возобновляемым источникам энергии: ветру, солнцу и т. п. Однако при этом нужно помнить об увеличении рисков в работе энергосистем, о необходимости надежности их функционирования. Речь идет о том, что в базу генерации попадают большие мощности (сотни ГигаВатт, которые нельзя точно спрогнозировать), появляются риски, связанные с динамической и статической устойчивостью энергосистем, с регулированием межсистемных перетоков энергии, наличием резервных мощностей, быстродействующих электрических защит. В таких условиях существенно усложняется оперативное управление системами, которые нужно тщательно изучать, прогнозировать ситуации, их оптимизировать. Вырастет опасность кибератак, в связи с чем нужны радикальные меры, в частности, безусловное разделение технологических и информационных цепочек. Нужны точные расчеты, а — соответственно — нужны инженеры высшей квалификации. Пора вспомнить, что все, что нас окружает, было создано преимущественно именно умом и трудом инженеров, техников и рабочих!

Свою и значительную долю в борьбе за нулевые выбросы должно внести всеобщее повышение энергоэффективности.

Нашу украинскую (!) перспективу можно представить в таком виде:

1. Помня, что водород «царит» во Вселенной, спроектировать, подсчитать и  перевести все ТЭС на сжигание водорода. Для ТЭС затраты минимальные, поскольку все они работали на природном газе, замена его водородом в технологии ничего не меняет. Доставка водорода из гидролизных установок упрощается до минимума, так как со всех точек зрения эти установки нужно размещать непосредственно на станциях (например, на площадках, освобожденных от угля, где к зиме скапливалось несколько миллионов тонн топлива). Врезка водородных труб в существующие газовые после газораспределительной станции (ГРС) или газорегуляторного пункта (ГРП) технически несложная. А электросети всех напряжений есть на каждой ТЭС.

Гидролизные установки являются к тому же прекрасным средством регулятора потребления, их можно включать в ночные провалы нагрузок или корректировать график нагрузок. Их можно использовать и в качестве аккумуляторов энергии.

Они, между прочим, станут незаменимыми в аварийных ситуациях, когда нужно мгновенно сбросить потребление.

2. Часть функционирующих АЭС стоит загрузить производством водорода как базовой нагрузкой. Попутно можно решить потребность обеспечения водородом автомобилей, развернув соответствующую сеть автозаправок. Популярные теперь электромобили в скором времени изживут себя из-за потребности замены электрических сетей к зарядным пунктам и дефицита мощностей, а также из-за проблемы утилизации аккумуляторов. Будущее неотвратимо за водородом. К тому же исчезнет проблема обеспечения всех больниц Украины дешевым кислородом. Есть много других «плюсов». Вообще-то, водород можно использовать на любом производстве, где газ используется как топливо. Вспомним мудрых, которые утверждали, что топить газом — все равно, что топить ассигнациями. Разумеется, это касается и быта, где давным-давно нужно вводить сплошную электрификацию. Газ опасен, взрывается, он вреден, когда горит на кухне, а запасы его не бесконечны и принадлежат они следующим поколениям.

3. Экономию потребления газа можно высчитать отдельно, имея в виду технологические, финансово-экономические, политические и другие составляющие этой темы.

4. Важно, что с использованием водорода в ТЭС решается проблема нулевых выбросов, будет экономия огромных средств на изготовлении разного вида очисток и улавливателей. Экономика выйдет из тупика, связанного с «грязными» кВт-ч.

На днях завершился саммит министров энергетики стран G20. В их коммюнике говорится о финансировании для реализации проектов по «0-му» варианту по 100 млрд долларов ежегодно. (Наши же предложения, при наведении порядка в управлении, экономике и т. п., можно реализовать своими силами. Можно обратиться и к распорядителям названной суммы. Они тоже заинтересованы в стабильности нашей энергосистемы, могут помочь).

5. Очевидно, что таким революционным (а это так!) новациям будут неистово противодействовать представители газового лобби. Не случайно же в коммюнике энергетиков с G20 ничего не упоминается о водороде, хоть лидер в техническом прогрессе — «Мерседес» — выпускает автомобили под заправку водородом. Сопротивление может иметь разные формы, к нему нужно готовиться властям, политикам, законодателям.

6. Поскольку мы (надо так понимать) ничем так не дорожим, как своей свободой и независимостью, нужно отказаться от идеи работать с Западом синхронно и перевести ЛЭП-500 на постоянный ток. Тем самым обеспечивается общая, но независимая работа наших энергосистем.

Уточним: для нас крайне тягостно и чрезвычайно дорого выполнять западные стандарты и требования. Вспомним, что мы обязывались работать синхронно с Западом уже в 2008 году. Ничего не получилось. Кроме того, надо четко представлять, как работать синхронно с мощностями, которые на порядок преобладают наши. Это Запад будет задавать нам графики нагрузок, перетоки электроэнергии, тарифы, ремонтные площадки и т. д. Другими словами, будут нами управлять в своих интересах. Украине это совсем не нужно, такое мы уже проходим в других сферах взаимоотношений.

7. Никакой необходимости в синхронной работе с Западом и Востоком нет, тем более, что нас последовательно и цинично в прошлые годы превращали в удобный (не для нас) рынок сбыта с необходимыми мощностями для регулирования, выделяя средства лишь на ГЭС и ГАЭС. Нас сажали на «электрическую иглу», устанавливая нам тарифы, цены, технические условия и требования. Специалисты не зря считают, что от электрической иглы до электрического стула (или пула) всего один шаг. А как сидеть, например, на газовой игле знают уже и наши бабушки.

8. Конфигурация электрической энергосистемы в Украине вполне современная, наиболее пригодная к предлагаемым переменам. Она, конечно, нуждается в своевременной модернизации и дальнейшей оптимизации.

9. Названные предложения можно реализовать в реальные сроки при оправданных затратах, если Украина будет иметь необходимые квалифицированные кадры, организационную структуру и политическую волю. Такой структурой может быть только Минэнерго с возвратом ему присущих прав и соответствующей структуры.

10. Внедрение передовых, повторим: революционных технологий в энергетике позволит применить здесь (и во всех отраслях экономики) достижений нано, био, информатики, искусственного интеллекта, синергетики. Все это — производные от надежной передовой энергосистемы.

Хотелось бы верить, что наша страна найдет в себе и политическую волю, и финансовые возможности, чтобы существующий научно-технический потенциал смог преодолеть отставания, не оставшись на обочине истории.

Наши предложения заслуживают внимания как рубеж, которого сдавать нельзя и который может стать основой возрождения Украины. Надеемся, что власть примется за их реализацию. Они не простые, но без рекомендованных шагов будущее Украины выглядит призрачным. Очевидно, СНБО должен бы рассмотреть суть предложений, указом Президента определить содержание и объемы аналитических и проектных работ, кадровые и организационные задачи, так как это путь к спасению Украины.


Александр МОРОЗ, Председатель Верховной Рады Украины  II и V созывов,


Виталий СКЛЯРОВ, министр энергетики и электрификации УССР (Украины) (1982—1993 гг.), академик Инженерной академии наук Украины.