Ситуация в экономике — парадоксальная.

Рекордный урожай зерновых, бум в розничной торговле, где объемы реализации значительно превышают «доковидные» показатели, рост зарплат (за 9 месяцев — на 15 процентов) и, соответственно, значительное увеличение спроса на товары и услуги, рост объемов кредитования экономики — все это указывает если и не на «экономический бум», то, по меньшей мере, на быстрое восстановление экономики.

Нацбанк хотя и ухудшил прогноз под конец года, но и сейчас обещает вполне оптимистичные 3,1 процента роста ВВП, а финансовые эксперты вообще говорят о возможных 3,7 процента. Неплохие прогнозы и на 2022 год. НБУ предусматривает рост на 3,8, а специалисты нашей наибольшей инвестиционной компании Dragon Capital — на 4,3 процента!

«Мыльный пузырь»

Однако «стричь купоны» может разве что банковская система — единственная отрасль, которая счастливо обошла все горячие протуберанцы ковидных карантинов. Экономисты предупреждают: по курсу корабля «Экономика Украины» рифов намного больше, чем на берегу певцов дифирамбов, немалая толпа которых глаголит осанну «незримой руке свободного рынка» и Кабинету Министров Дениса Шмыгаля.

В первую очередь специалисты указывают на весьма низкую базу сравнения. В прошлом году экономика упала почти на пять процентов, так что если под конец года мы выйдем пусть даже на 3,7 процента роста ВВП, это будет означать, что реальный сектор еще не вышел на уровень 2019 года.

Это уже не повод для победных реляций. В прошлом году боялись, что вынужденный карантин обвалит экономику на 10—15 и больше процентов. Когда же падение оказалось не катастрофическим, в Минэкономики всю зиму радостно потирали руки и устами министра Петрашко обещали быстрое восстановление и переход в длительный период нового подъема.

Здесь нужна реплика в сторону. Четыре процента роста в 2017—2019 годах — совершенно не та штанга, которую мы должны были толкнуть. Эксперты Всемирного банка, МВФ и ЕБРР нацеливали нас на 6—7 процентов год от года. Так что хотя в наших пенатах хватает политологов, которые и четыре процента считают «отличным», «просто замечательным результатом», все же следует согласиться с теми нашими и зарубежными экономистами, которые те четыре оценивали как стагнацию. Ежели так, значит, стагнационные процессы только усиливаются?

Ну и главное: что же за кулисами «исправных цифр»? Почему кажется, будто мы на пороге экономического бума?

Экономисты объясняют обнадеживающие тренды... инфляционными процессами. По данным Госстата, в сентябре длинный перечень потребительских товаров по сравнению с сентябрем 2020 года подорожал более чем в два раза! В целом в третьем квартале этого года рост потребительских цен ускорился до 11 процентов. Такого не было уже три с половиной года!

В своем инфляционном отчете Нацбанк объясняет: рост цен происходит в результате совпадения по меньшей мере трех негативных факторов. Это очень высокие цены на сырье, прежде всего природный газ; рост в связи с этим затрат на заводах и фабриках; высокий потребительский спрос внутри страны, который тоже гонит цены вверх.

И долгосрочный «прогноз погоды» — неутешительный. Как ожидают в НБУ, инфляция пойдет на убыль не скоро, и войдет в целевые ориентиры — запланированных пять процентов — только в конце следующего года. Так вот если наш центробанк что-то твердо и обещает, то это в очередной раз «мужественно бороться с инфляцией» с помощью «жесткой монетарной политики».

В НБУ хотят держать учетную ставку на уровне 8,5 процента вплоть до III квартала 2022 года, а не до II квартала, как думали раньше. Судя по всему, регулятор не исключает и значительного повышения учетной ставки — чтобы «удерживать инфляционные ожидания под контролем». А «жесткая монетарная» продолжится и в первые месяцы 2023 года.

Это еще одна плохая новость для бизнеса и, в частности, промышленности. Ведь давно известно: чем выше учетная ставка центробанка, тем меньше в стране деловая активность, тем более закрываются предприятия, которые не могут позволить себе роскошь брать в долг по «инфляционным» банковским ставкам. Эти горькие уроки наша экономика уже прошла в 90-е годы. Все «на круги своя»?..

Словом, инфляция — это тот подводный риф, который «Экономике Украины» не обойти. Известный эксперт, начальник аналитического отдела «Альфа Банка» Алексей Блинов убежден: «Инфляция съест почти весь экономический рост. Дело в том, что объемы экономики, выраженные в денежном эквиваленте, в результате инфляции действительно «растут». На самом деле мы имеем довольно умеренный подъем. Но этого не видно, потому что реальные цифры «прикрывает» рост цен, который в несколько раз больше...

Иными словами, «исправные цифры» отчетов — не больше, чем финансовый «мыльный пузырь», как специалисты обычно называют экономические данные, «надутые» спекулятивными или инфляционными факторами.

Гремучая смесь неурядиц

Это видно и из положения дел в промышленности, которые Госстат подает в своем свежем отчете за девять месяцев.

Производство пищевых продуктов в целом снизилось на 10 процентов. Особенно волнует то, что по сравнению с сентябрем минувшего года объемы производства молока уменьшились уже на 7,2 процента! Ученые Института аграрной экономики и специалисты УСПП давно предупреждали правительство: «молочные реки мелеют». Но в Кабмине, наверное, надеялись на «незримую руку свободного рынка», которая исправить ситуацию в животноводстве должна сама, без какого-либо регуляторного вмешательства.

Производство одежды уменьшилось на 12 процентов, а фармацевтических продуктов и препаратов — на 3,8. Почти не растут объемы в химической промышленности. Машиностроение добавило более восьми процентов, но еще не отыграло прошлогоднее падение, которое составляло более 10 процентов. То же можно сказать о текстильной и обувной промышленности.

С твердыми «плюсами» нынче только горнорудная отрасль и металлургия, которым способствовало то, что в первой половине года на внешних рынках вырос спрос на железную руду, рудное сырье и металл. В добывающей промышленности объемы выросли на 1,2 процента, в частности, угля подняли на-гора на 4,4 процента больше, чем за девять месяцев минувшего года, железной руды — на 4,5, других полезных ископаемых — на 21,4.

Индекс промышленной продукции в металлургии по сравнению с сентябрем 2020-го прибавил 6,3 процента. Производство чугуна, стали и ферросплавов выросло на 7,2, труб, полых профилей и фитингов из стали — на 15, другой продукции первичной обработки стали — на 12,7, а готовых металлических изделий — на три процента.

Как на ковидные времена, общий Индекс промышленной продукции неплохой: по данным Госстата, составляет 1,4 процента с сентября по сентябрь.

— Но промышленность растает лишь в денежном эквиваленте, — комментирует исполнительный директор Центра социально-экономических исследований «CASE Украина» Дмитрий Боярчук. — Рост по многим направлениям номинальный: цены на наш экспорт были лучше, чем цены на импорт. Но если посмотреть на экспортные объемы, то они снижались. Мы производим столько же, а то и меньше, просто в валюте заработали больше, потому что сильно выросли цены на мировых рынках.

Эксперт обращает внимание на то, что экспорт промышленных товаров в I квартале нынешнего года был на 17,4 процента меньше, чем за первые три месяца благополучного, «доковидного», 2019-го, во II квартале — на 6,4 процента меньше. Вместе с тем растет импорт: в валовых (реальных) показателях его объемы за год выросли более чем на 20 процентов.

Его слова подтверждают и данные Госстата: за январь—август «негативное сальдо составляло 1730,5 миллиона долларов (в январе—августе 2020-го тоже негативное — 2618,5 миллиона долларов)».

По мнению многих экономистов, наша промышленность втягивается в стагфляцию — гремучую смесь стагнации производства, которую сопровождают серьезные инфляционные процессы.

Между Сциллой и Харибдой

Но самый большой подводный риф — нынешние цены на природный газ. На Нидерландской торговой бирже, к ценам которой «привязана» Украина, весь ноябрь средняя стоимость голубого топлива не падала ниже тысячи долларов за 1000 кубических метров.

Зашкаливают также цены на бензин и нефть. А недавно наших предпринимателей «осчастливила» и Нацкомиссия по регулированию в сферах энергетики и коммунальных услуг (НКРЭКУ), которая предлагает с 1 января 2022 года увеличить тариф на передачу электро-энергии сразу на 20 процентов, до 352,38 гривни за МВт-час...

Прогнозы и тут не-утешительные. «Цены на топливных рынках еще год-два будут высокими, — прогнозируют в энергокомпании ДТЭК. — Глобальных изменений на энергорынке не будет, хотя после закрытия старых блоков угольных ТЭС и ТЭЦ стоимость электроэнергии начнет расти под давлением увеличенного спроса и снижения предложения».

У нас на телевизионных ток-шоу цены на энергоносители обсуждают часто и охотно, но все разговоры почему-то крутятся только вокруг их стоимости для населения и коммунальных предприятий. Дескать, до конца отопительного сезона цены «заморожены», все обстоит благополучно.

Но почему-то забывают о том, что высоченные цены на газ, рост стоимости бензина и электроэнергии увеличивают себестоимость почти всех товаров, продуктов питания, лекарств и транспортных перевозок. Понятно, что предприниматели вынуждены поднимать цены на свои продукцию и услуги... Следовательно, нас ждет тотальное подорожание всего и вся. И обесценение зарплат и пенсий, покупательная способность которых очень сильно снизится. Однако об этой угрозе большинство политологов упорно молчат.

Наша газета уже сообщала, что цены на газ доводят предпринимателей уже просто до отчаяния. Ассоциация «Укрсахар» просит правительство предоставить отрасли дотации, «Укрлегпром» — установить «социальные» цены на голубое топливо для высокотехнологических предприятий отрасли, прежде всего текстильных и обувных фабрик, работники известняковой промышленности — применить антидемпинговые санкции в отношении белорусских и российских импортеров извести...

А на прошлой неделе к правительству апеллировали производители минеральных удобрений.

— На европейском рынке образовывается дефицит минудобрений, — говорит председатель Союза химиков Алексей Голубев. — В связи с безумствующими ценами на газ в ЕС объемы производства минудобрений упали на 40 процентов. Наши комбинаты, производящие азотные удобрения — черкасский и северодонецкий «Азоты», «Днепроазот» и «Ривноеазот», — работают и способны обеспечить наших аграриев удобрениями. Но ситуация может кардинально измениться. К примеру, если в Украину зайдет хотя бы небольшой объем российских удобрений, которые ввозят по демпинговым ценам. Тогда наши комбинаты станут. Так уже было в 2017-м. Импортеры остановили наших производителей, после чего подняли цены сразу на 30 процентов!

Проблема — и цены на газ, который для азотных комбинатов не только топливо, но и сырье. Союз химиков предлагает правительству найти возможность предоставить отечественным азотным комбинатам товарный кредит в виде товарного газа объемом до 1,25 миллиарда кубометров из запасов «Нафтогазу». Газ будет возвращен в течение апреля—июля следующего года. То есть предлагают заключить так называемое «своп-соглашение» — относительно продажи активов с условием отсрочки выкупа их обратно на тех же условиях.

Это предложение поддержали УСПП, Федерация работодателей, союзы аграриев и Совет предпринимателей при Кабинете Министров. О реакции в министерствах и Кабмине мы сообщим позднее.

Но уже сейчас понятно, что сигналы SOS и MayDay будут звучать и дальше, уже из других отраслей промышленности. Поэтому, наверное, дело в том, чтобы выйти на определенное системное решение «газовой проблемы».

Ведь цены на «голубое» — это уже даже не риф, а Сцилла неопределенности энергетической политики Кабмина и Харибда откровенно нерыночной, спекулятивной цены на топливо.

«Свободный рынок опасен»

Между тем многих просто ошарашили условия, на которых на прошлой неделе МВФ выделил нам очередной транш в размере 700 миллионов долларов.

Одним из главных условий стал отказ украинской стороны от... ограничения цен на газ, тепло и горячую воду! Ба, больше, с весны 2022 года «Укргаздобыча» значительную часть добытого топлива должна продавать не НАК «Нафтогаз України», как сейчас, а выставлять на товарную биржу, где цены на топливо будут формироваться по сугубо «рыночным» принципам. На биржу будет идти 60 процентов добытого газа.

То есть по меньшей мере до весны, скорее, в течение всего 2022 года, предприниматели будут покупать газ по сверхвысокой, спекулятивной, цене, которая установилась на «псевдорынке» в результате мошеннических манипуляций Кремля. Ситуация очень напоминает начало 90-х годов, когда «либерализация цен» подняла стоимость газа сразу в сотни раз. Тогда тысячи заводов по всей стране останавливались, а рабочие и инженеры массово шли торговать на промтоварные рынки...

Поиски выхода из патовой ситуации заставляют вспомнить дискуссии, которые в разгар мирового финансового кризиса, в 2008—2009 годах, вели все ведущие газеты Европы. Тогда многие экономисты, среди них и наш Богдан Гаврилишин, пришли к выводу: «Полная дерегуляция рынка опасна». Роль государства должна вырасти.

Значение государства должно вырасти и сейчас. Потому что, наверное, правы те наши эксперты, которые говорят: нынешняя стоимость топлива — это не рынок, это — энергетический кризис! Чтобы преодолеть его, государство должно найти способ активно инвестировать в разработку газовых месторождений, наращивая добычу собственного топлива. Системность решения — это когда цены на энергоносители коррелируют с уровнем отечественных пенсий и реальных зарплат, с рентабельностью отечественных производителей. А чтобы достичь такого баланса, надо формировать свой, отечественный рынок «голубого топлива» — на базе объемов газа собственной добычи.

Рис. Василия ФЛЕРКО.