Меня окончательно подкосила простуда. Иду в городскую больницу №16. На прием к участковому терапевту, или, как теперь принято говорить, семейному врачу, попасть не удалось. В принципе, к нему нужно было только за направлением к ЛОРу зайти. Ведь теперь без консультации терапевта к специалисту узкого профиля не попасть. Даже если вы, как и я, — хроник со стажем и хождения по семейным врачам только отнимают время, чтобы предотвратить осложнения, — это никого не интересует. Стой и жди. Моего семейного доктора вызвали на срочную консультацию, и медсестра известила собравшуюся очередь о том, что приема не будет, — расходимся. Попытка решить проблему с приемом больных через заведующую амбулаторией №4 к результату не привела. «Что я могу сделать? Я вообще педиатр, а врачи все в отпусках или на курсах. Идите в другие амбулатории, только вас там не примут», — развела она руками.
Попасть к врачу своей амбулатории, хоть и не к участковому, удалось только под конец рабочего дня. В кабинет я зашла в 16.50, хотя в больнице находилась с 9 утра. Недовольная терапевт посмотрела на меня, с сожалением констатируя, что без больничного не обойтись. Выписала антибиотиков и отправила к ЛОРу.
Хождение по мукам
В регистратуре сообщили: талонов к ЛОРу нет. Решаюсь пойти наудачу — попасть без записи. Получилось. Но, к моему сожалению, врача, который меня излечивал во время осложнений, не оказалось, ее перебросили в военкомат. А на месте отзывчивой Галины Николаевны сидит раздраженная Анна Евгеньевна... Та самая, которая несколькими месяцами ранее своим бездействием едва не отправила меня на тот свет: спохватилась, только увидев снимок, который свидетельствовал о показаниях к срочной госпитализации. Тогда из кабинета терапевта я отправилась сразу в стационар на операцию. На этот раз врач уже сдержанней в своих высказываниях и неохотно делает осмотр, выписывает более мощный антибиотик и отправляет на рентген.
Иду в регистратуру, чтобы получить талон в рентген-кабинет. Выясняется: там меня смогут «просветить» только через три дня. Через два дня опять нужно показаться терапевту. Жалуюсь на сильную головную боль. Врач отвечает, что у неё тоже голова болит. Дальше что-то весело обсуждает с медсестрой, перемывая косточки коллегам...
Круг первый
На следующий день у меня по плану рентген в 8.45. Прихожу к половине девятого, чтобы взять направление и оплатить пленку. В кабинет попала только через час после назначенного времени. До девяти утра весь персонал обсуждал, что кому снилось, и распивал чай. В девять начали приводить больных из стационара, которых обязаны пропускать без очереди. В этот день в Донецке пошел снег, а отопление еще не дали. Сидение в коридоре под дверью на сквозняках добавило пару градусов к моей «простудной» температуре. Сделать рентген удалось только после скандала. Люди просто не выдерживали стоять в коридоре — особенно те, кто был на костылях.
Прошло еще три дня. В регистратуре без изменений: записи нет. После недолгого поиска находится мой отложенный талон. Занимаю сразу две очереди — к терапевту и ЛОРу.
Убедившись, что улучшений никаких, Анна Евгеньевна назначает еще антибиотик и «горячие» уколы внутривенно. Терапевт довольна выбором коллеги, хотя и не понимает, почему мне не делают «кукушки» и других традиционных промываний носа.
Покупаю нужные препараты и иду в манипуляционный кабинет. Укол очень болезненный. По пути домой стало плохо, добралась на автопилоте и до вечера пролежала в постели. О вреде своих лекарств узнала только через день.
Финишная прямая
День спустя. В манипуляционном другая смена, медсестра в годах говорит мне, что антибиотик очень токсичен и нужно принимать дополнительные препараты, чтобы уберечь печень и желудок. ЛОР-врач меня об этом не предупредила...
Еще через два дня. У меня кашель, насморк и головные боли. ЛОР пишет в карточке, что состояние улучшилось. Терапевт советует попить «ибупрофенку» и закрывает мой больничный, мотивируя тем, что «не хочет портить показатели».
Оказывается, врачи «обязаны» вылечить от ОРВИ в течение 10 дней. Такой диагноз ставят практически всем, потому что грипп или другое заболевание до объявления официальной эпидемии медикам по каким-то причинам писать запрещено. Вот и получается, что выписывают человека не потому, что он выздоровел, а чтобы не портить какие-то условные показатели. Если больничный продлевать — нужно заключение заведующего амбулаторией или специальной комиссии. А это долго и хлопотно.
Для чего это делается?
У меня сложилось впечатление, что все это безразличие врачей направлено на то, чтобы пациент заплатил. Один интерн признался: их учат такому поведению, чтобы люди несли деньги. Только тогда врач изменит отношение. Практика не повсеместная, но, к сожалению, довольно часто встречается.
Я вовсе не против платить вменяемую цену за медицинские услуги, но при условии, что это все официально и через кассу. Платить в карман кому-то лишь за то, что он пришел на работу и соизволил расписаться на больничном листе, тем самым взращивая коррупцию, не хочу.
Донецк.
Рис. Александра МОНАСТЫРСКОГО