«Голос Украины» на своих страницах и на сайте golosukraіne. com продолжает публичную дискуссию на тему медицинской реформы. Об идее проведения глобальных изменений в системе здравоохранения, об их своевременности, теории и практике беседуем с Семеном ГЛУЗМАНОМ, известным правозащитником, секретарем Ассоциации психиатров Украины (на снимке).
— Насколько необходима была эта реформа?
— Она нужна была давно. Медицина, существующая до сих пор, — это остатки системы, соответствующей советскому государству с его экономикой и социальными стандартами, которая давно развалилась. Можно ностальгировать по прошлому, но назад дороги нет. Реформа медицины необходима. Однако она должна быть продумана не только мечтателями, но и экономистами.
— Значит ли это, что к изменениям в системе здравоохранения не подготовились должным образом?
— Изначально реформа продумывалась правильно. Но это книжное продумывание. Бумажное.
Прежде чем объявить старт реформе, нужно было сделать дороги и грамотно все просчитать. На эту реформу долгое время не могла решиться власть. Не знаю, понимали ли до конца в администрации действующего главы государства, на что идут. Ведь проведение любой реформы на начальном этапе — это обреченность на плохое отношение населения.
Я считаю, Киев как столица вообще не должен был участвовать в пилотном проекте, куда был внесен вместе с Донецкой, Днепропетровской и Винницкой областями. Это большая ошибка, на мой взгляд.
Есть еще одно международное правило. Не может ведомство, в данном случае Минздрав, само себя реформировать. Не может, как барон Мюнхгаузен, само себя вытащить за волосы из болота. И решение создать Комитет экономических реформ было правильным.
Сама подготовка к реформе обнадеживала. Уже тогда было очевидно, что большинство больниц не соответствует стандартам оказания медицинской помощи. И понятно, что с таким диагнозом не согласны бабушки... Ведь многие медучреждения с наступлением холодов превращались в социальные объекты, где на больничной койке можно было перезимовать и получить тарелку горячего супа. Однако такую благо-
творительность бюджет не выдерживал.
В своем письме в Комитет экономических реформ я предупреждал, что будет сопротивление реформе со стороны медицинской общественности. Оно связано не столько с коррупцией в этой сфере, сколько с нежеланием людей вообще что-либо менять, не веря ни власти, ни светлому будущему. И все равно, уверен, работать в этом направлении с врачами нужно. А с населением — просто необходимо! Этого не было.
— Как должна выглядеть такая рекламная кампания?
— Нужно создать некий пул моральных авторитетов из журналистов, врачей, общественных деятелей, которым в стране еще верят. И просить их ездить по Украине и рассказывать о необходимости изменений в медицине. Но не делать это с помощью политиков в программе у Савика Шустера.
Работой с населением должен заниматься не Минздрав. А я и такие, как я. Но подобная работа должна координироваться со стороны Президента страны. 
Необходимо ежедневно объяснять Ивану Ивановичу и его семье, почему реформа необходима и почему будет страшно, если ничего не делать.
Кроме того, нужно было запретить использовать слово «реформа» при закрытии больниц, ФАПов или санаториев, которые прекращали существование совсем по иным причинам. Министерство об этом не думало. И такая ситуация лишь усугубила недовольство населения, которому никто толком ничего не объяснял.
Думаю, для чистоты эксперимента, следовало вообще Министерство здравоохранения как таковое исключить из процесса реформы. Хочу отметить, что специалисты из регионов, которые были задействованы в подготовке реформы, работали в этом направлении за свой счет. Им не оплачивали командировочных и не отпускали с основного места работы.
— С чего, по вашему мнению, следовало бы начинать менять отечественную медицину?
— Думаю, с подготовки кадров и информирования населения.
Считаю, не следовало идти на кардинальные революционные действия в некоторых вопросах. На-пример, лишать страну педиатрической помощи как таковой. Сделали бы два направления семейных врачей — детских и взрослых. Такой подход облегчил бы ситуацию внутри цеха медиков. Ведь подготовить квалифицированного семейного доктора за полгода нереально.
Семейный врач должен хотя бы распознать болезнь и решить, что делать дальше. 
От него не требуется быть таким докой, как доктор «дженерел практишн» (общей практики) в Англии. С моим коллегой детским психиатром Игорем Марцинковским пару лет назад мы были в Лондоне. Общались со специалистом общей практики на предмет знания психиатрии. И тогда Игорь сказал: у этого доктора широкого профиля знаний по нашей специализации больше, чем у многих украинских психиатров.
Без решения проблемы подготовки кадров реформа у нас не пойдет.