Из досье «Голоса Украины»
Сергей Николаевич Шкарлет родился 19 октября 1972 года. Среднее образование получил в Нежине. Со временем окончил в 1995 г. факультет прикладной математики КПИ. Учился в аспирантуре Международного научно-технического университета, потом — в докторантуре Национального авиационного университета. Доктор экономических наук, профессор с 2008 г. Был почти 9 лет ректором Черниговского института информации, бизнеса и права. В апреле 2010 года тайным голосованием трудового коллектива избран ректором Черниговского государственного технологического университета. Депутат Черниговского областного совета.
— Сергей Николаевич, 24 января вы принимали участие во встрече в клубе Кабинета Министров с премьером Николаем Азаровым по поводу новой редакции закона «О высшем образовании». Выступали студенты, ректоры ведущих вузов страны. И снова звучали довольно противоположные по смыслу предложения. Как вы считаете, этот проект закона нужно существенно дорабатывать или все же принимать?
— По моему глубокому убеждению, действующий закон «О высшем образовании» уже не отвечает реалиям жизни и требованиям времени. Учитывая то, что в 2005 году Украину приняли в Европейское образовательное пространство, законодательство в сфере образования в целом и в сфере высшего образования в частности необходимо срочно адаптировать в соответствии с современными потребностями экономики и ее инновационного развития. Я считаю, что законодательное обновление в сфере высшего образования своевременно, более того — является актуальной и насущной необходимостью.
— Сегодня существует три альтернативных проекта нового закона «О высшем образовании»...
— Действительно, в Верховной Раде находятся три законопроекта — правительственный и два альтернативных. Лично я не очень соглашаюсь с термином «правительственный» и назвал бы его скорее «экспертным», учитывая общее время подготовки (почти 4 года) и то количество обсуждений, «круглых столов», слушаний, принятых поправок, которые предшествовали представлению этого документа в Верховную Раду, а также то разнообразие участников его обсуждения, специалистов, экспертов. Я ознакомлен со всеми законопроектами и положительно оцениваю стремление авторов к изменениям в высшем образовании. И все же преимущество отдаю правительственному. Что касается альтернативных проектов, то они появились недавно, практически в конце года. Поэтому преподавателям и студентам их положения малоизвестны. По моему мнению, точка зрения их разработчиков не учитывает то разнообразие идей, которое присутствует в правительственном законопроекте. Хочу отметить, что последний обсуждался почти в 900 научно-педагогических коллективах, на советах ректоров всех уровней, на комитетских слушаниях, на студенческом референдуме и на нескольких всеукраинских студенческих собраниях с представительством Всеукраинского студенческого совета (объединяет почти 2,5 млн. студентов) и Национального студенческого союза (объединяет почти 1 млн. студентов), а на ІІІ Всеукраинском съезде работников образования был единогласно одобрен как подлежащий направлению в Верховную Раду Украины — как первоочередной. В него внесено и учтено свыше 1200 поправок от экспертов разных уровней. То есть это действительно законопроект, который вышел, так сказать, из народа.
— И Чернигов принимал участие в этом обсуждении?
— Да. И неоднократно. Только наш вуз направил 11 предложений относительно улучшения содержания правительственного проекта и, следует отметить, большинство из них учтены. Например, одна из поправок нашего научно-педагогического коллектива касалась редакции статьи 23 законопроекта. В частности, мы предлагали отказаться от определения типов вузов по параметру количества студентов дневной формы обучения. Эта поправка принята. В существующем правительственном законопроекте типы высших учебных заведений определяются с учетом научной составляющей в их деятельности.
— Но созданная на вышеупомянутой встрече оперативная рабочая группа во главе с и. о. ректора Национального технического университета Украины «КПИ» Михаилом Згуровским должна доработать правительственный законопроект о высшем образовании. Значит, все-таки внесение изменений в него предусматривается?
— Я не думаю, что они коренным образом изменят содержание правительственного законопроекта. Хотя были и такие предложения, которые только улучшили бы его содержание в части расширения автономии высшего учебного заведения. Это, прежде всего, предоставление вузам права самостоятельного распоряжения собственными средствами специального фонда без ограничений со стороны юридических норм Бюджетного кодекса, тендерного законодательства и регуляторных влияний государственного казначейства. На встрече с Н. Азаровым 24 января сего года 99 процентов присутствующих поддержали правительственный законопроект и настаивали на его немедленном рассмотрении в первом чтении. Ведь сегодня промедление с его принятием путем очередной доработки — это именно тот случай, когда, как говорится, «лучшее — враг хорошего». И вообще, на мой личный взгляд, процесс принятия нового закона «О высшем образовании» давно уже перешел из практической плоскости в кулуарно-политическую. Мне, например, непонятно, почему такие наиболее противоречивые законопроекты, которые касаются пенсионной реформы и «предпринимателей-упрощенцев», уже давно рассмотрены в парламенте и введены в действие, а крайне необходимый для одной из наибольших отраслей законопроект до сих пор собирает вокруг себя противоречивые обсуждения и дискуссии.
— Что в нем является наиболее значимым для вашего университета?
— Я приведу всего один пример: правительственный законопроект значительно расширяет автономию высших учебных заведений в большинстве из сфер их деятельности. В частности, ценность упомянутого мы особенно ощутили при налаживании сотрудничества с вузами Великобритании. Как известно, в апреле Кабинет Министров Украины принял постановление относительно Положения об учебе студентов и стажировке аспирантов, научных и научно-педагогических работников в ведущих высших учебных заведениях и научных учреждениях за границей, а в мае — утвердил порядок использования средств, предусмотренных в государственном бюджете для учебы, стажировки, повышения квалификации студентов, аспирантов, научно-педагогических и педагогических работников за границей. И вот когда мы готовили, базируясь на этих правительственных решениях, договора о сотрудничестве с зарубежными партнерами, последние хотели убедиться в нашей надежности, самостоятельности, значимости.
На английских представителей высшей школы большое впечатление произвел правительственный законопроект нашего «просвещенского кодекса», который сегодня фактически идентифицируется как долгожданный закон о высшем образовании. Именно он уверил их, что мы на правильном пути к Европейскому образовательному пространству, и с нами были заключены соответствующие контракты на учебу студентов и стажировку сотрудников в одном из университетов Великобритании.
— Студенты уже учатся за границей?
— Да. В октябре 2011 года восемь лучших студентов инженерных специальностей нашего университета отбыли на учебу, а три молодых доцента — на стажировку в Глиндвордский университет. Этот вуз в Уэльсе — один из самых престижных в Великобритании, поскольку дает основательное и качественное образование. Наши студенты будут получать знания в Глиндвордском университете бесплатно, даже будут получать стипендию. Вернутся они домой уже магистрами по специальностям Mechanіcal Manufacturіng и Computer Scіence. Дома же по возвращении из Великобритании будут иметь возможность получить магистерский диплом и своего родного технологического университета.
При этом отмечу, что принятие закона «О высшем образовании» в редакции правительственного законопроекта облегчит дальнейшие подобные контакты украинских высших учебных заведений с зарубежными вузами. Ведь, например, реализация правительственной программы образовательного сотрудничества в нынешних условиях требовала принятия пяти подзаконных актов, чтобы выделенные средства на поездки студентов, аспирантов, преподавателей можно было использовать.
— Какие предложения, прозвучавшие на встрече в Кабинете Министров, на ваш взгляд, нуждаются в критическом осмыслении?
— Прежде всего, идея об отмене при вступительных экзаменах балла высшего учебного заведения. Я считаю, что она существенно снижает автономию вузов. В правительственном законопроекте речь идет о необходимости разрешить высшим учебным заведениям принимать граждан на основе полного общего среднего образования при поступлении на учебу с учетом среднего балла государственного документа о полном общем среднем образовании и балла высшего учебного заведения. Это, кстати, нормальная европейская и мировая практика. Любой университет США, Великобритании, Франции, ФРГ устанавливает свои определенные критерии для отбора студентов. Кто едет учиться за границу, это хорошо знает. Почему же у нас должно быть иначе? Три года назад мы принимали в университет на учебу по 17 специальностям (ныне 28. — Прим. авт.). И вот один абитуриент сразу подал 17 заявлений на все специальности, чтобы где-то таки «пройти». Нужен ли вузу такой молодой человек, которому все равно, кем он хочет быть? Можно ли из него подготовить квалифицированного специалиста? Ведь цель такого обучения — просто получить диплом о высшем образовании. Поэтому я стою принципиально за то, чтобы наш университет имел возможность с помощью собеседования или другого дополнительного экзамена отбирать, во-первых, студента, который действительно решил учиться именно в этом высшем учебном заведении и именно на определенной специальности, а, во-вторых, осуществить отбор лучших кандидатур на вакантные студенческие места.
— Но ведь балл вуза может привести к возвращению той пресловутой практики, когда в вуз будут попадать не столько по знаниям, сколько по «потребности».
— Чтобы этого не случилось, необходимо в экспертную или экзаменационную комиссию во время приема ввести представителей студенческих советов. Это, надеюсь, исключит коррупционные схемы попадания на бюджетную форму обучения юношей и девушек с явным недостатком знаний. А вообще, выбирать высшее учебное заведение должен не только абитуриент, но и сам вуз должен иметь право «находить» своего студента.
— У студентов вызывает беспокойство положение правительственного законопроекта о праве руководства учебных заведений исключать студентов за плагиат. Это действительно очень уж вроде бы и жестко.
— Я опять же таки могу апеллировать к этому, воспользовавшись зарубежным опытом. В Великобритании, откуда я недавно вернулся, за плагиат студента без исключений отчисляют. У нас же в любом городе, столице столбы, заборы обклеены объявлениями об изготовлении за определенную сумму рефератов, курсовых, дипломных работ и даже диссертаций. За несколько часов работы в Интернете тоже можно без особых усилий воспользоваться чужими мыслями, страницами для «создания» определенной работы. Этой печальноизвестной практике в конце концов надо ставить заслон. Нужен ли работодателю специалист, который не научился мыслить самостоятельно? Что это за учеба, если выпускник не умеет изложить логически свои мысли, разобраться в той или иной проблеме? Если молодой человек со студенческой парты привык к легкому освоению-плагиату чужих текстов, идей, то, ясное дело, в дальнейшей жизни ему будет или сложно, или он станет неконкурентным среди других специалистов.
— Настораживает в этой позиции то, что так руководство вуза может любого студента отчислить за, например, списанный из учебника абзац...
— Прежде всего, хочу отметить, что ни один ректор без согласования со студенческим советом не может отчислить за то или иное нарушение студента. Согласно действующему законодательству ныне в представительном органе — ученом совете и в высшем коллегиальном органе университета — общем собрании 10 процентов состава — студенты. Кстати, такие же нормы сохранены и в правительственном законопроекте. И их голос существенно влияет на те или иные решения ректора. Отмечу, что перед ним не стоит задача отчислить из вуза наибольшее количество тех, кто не живет своим умом. Но строгое наказание за плагиат должно быть в новом законе. Возможно, ввести это положение в действие нужно несколько позже с четким изложением механизма его применения, чтобы молодежь успела переориентироваться до новых законодательных требований.
Строгая борьба с плагиатом, на мой взгляд, положительно повлияет на качество подготовки специалистов в вузах. Она будет стимулировать студентов к самостоятельной научной работе, творческому осмыслению задач.
А вообще, я считаю, что применять наказание за плагиат необходимо не только к студентам, но и перенести его в плоскость применения ко всем без исключения участникам учебного процесса и научного поиска.
— В советское время было выгодно хорошо учиться, потому что за «3» студент лишался стипендии. А как сейчас?
— К сожалению, сегодня студент бюджетной сферы и за «3» получает стипендию. Справедливо ли это? Может, стоило бы направить государственные средства на самых талантливых юношей и девушек? В правительственном законопроекте прописано, что стипендия должна быть на уровне прожиточного уровня. Это очень важно, поскольку в таком случае учитываются инфляционные процессы и т. п. Студенческая громада положительно оценивает факт повышения стипендиального обеспечения, но с беспокойством задает вопрос: будет ли повышение в бюджете государства общей суммы стипендиального обеспечения? Ведь если нет, то стипендию по повышенному уровню должно получать меньшее количество студентов — во всяком случае, те, кто учится без троек. По моему мнению, стипендия на уровне прожиточного минимума — это безусловно положительный стимул к лучшей учебе, а оценка «3» всегда считалась посредственным результатом идентификации имеющихся знаний.
— Какие плюсы получит Черниговский государственный технологический университет, если закон «О высшем образовании» Верховная Рада примет в марте?
— Я очень надеюсь на то, что высшие учебные заведения Украины в недалеком будущем получат долгожданный нормативный документ, регламентирующий их деятельность. И это будет большой плюс не только для нашего университета, но и для всей просвещенской громады. Она согласно положениям существующего правительственного законопроекта получит прежде всего законодательную норму о том, что предусмотренные права высшего учебного заведения, определяющие его автономию, не могут быть ограничены другими законами. Кроме этого, чрезвычайно важными являются закрепленные юридические нормативы по формированию автономии высшего учебного заведения в части: самостоятельного определения форм обучения и организации учебного процесса; приема на работу педагогических, научных, научно-педагогических и других работников; самостоятельного внедрения собственных программ научной, научно-исследовательской, научно-технической и инновационной деятельности; самостоятельного внедрения и прекращения специализации, определения их содержания и программы выборочных учебных дисциплин; образования, реорганизации и прекращения деятельности структурных подразделений; установления собственных форм морального и материального поощрения работников высшего учебного заведения; распоряжения собственными поступлениями, в частности, полученными от предоставления дополнительных платных услуг соискателям высшего образования и другим физическим и юридическим лицам; открывать текущие и депозитные счета в банках и прочие.
Интервью провел Сергей ПАВЛЕНКО.
Чернигов.
Фото из архива ЧГТУ.